Save me.

Опасения Сакуры подтвердились. Акацуки вовсю вели охоту на джинчурики. Больше половины хвостатых уже было поймано. Наруто грозила серьезная опасность. Чем меньше оставалось джинчурики, тем ближе была беда. Узнать подробности предстоящих миссий девушке было не суждено. Розоволосую попросили из зала. Неведенье только увеличивало тревогу за друга и родную Коноху. Ведь глупо было думать, что деревня не будет сражаться и не пострадает. Она беспокойно мерила шагами свою небольшую комнату, размышляя над тем, что предпринять. Вариантов у нее было немного. Во что бы то ни стало, нужно было разведать их планы, а потом попытаться предупредить о возможном нападении. Соперничать с шиноби такого класса в слежке было рискованным делом для нерадивой куноичи, но у Сакуры не было другого выхода. Девушка кралась по коридору, внимательно вслушиваясь в каждый скрип и шорох. Розоволосая вспомнила все, чему ее учили, и виртуозно применяла полученные знания. Она с легкостью преодолела пустынный коридор, на несколько секунд замерла, оглядываясь по сторонам, и только потом прислонилась к нужной двери, прислушиваясь. Ей приходилось очень нелегко: мало того, что нужно было вслушиваться в происходящее за дверью, так еще нужно было следить за коридором и быть наготове. Ее никто не должен был видеть. Итачи с искоркой веселья во взгляде наблюдал за девушкой. Сакура снова делала ту же ошибку, что и всегда. Она сосредотачивалась на нескольких конкретных объектах, упуская из вида мелкие детали. Брюнет покачал головой, фатальная ошибка для шиноби. Бедный Хатаке, можно подумать, что он плохой учитель, наблюдая за его ученицей. Если, конечно, не знать, каким было ее обучение. Ведь розоволосая куноичи всегда львиную долю своего внимания посвящала его маленькому глупому брату, и только то, что оставалось - искусству быть шиноби. Нукенин невольно улыбнулся. Он не в первый раз наблюдал ее промахи, которые напоминали, что она еще несмышленый ребенок. И этот ребенок был в него влюблен, как говорил Кисаме. Но разве сам Учиха не знал об этом? И это было еще полбеды. Девчонка никак ни шла у него из головы. Стоило закрыть глаза, и он видел ее милое личико, большие изумрудные глаза, нежно - розовые волосы, стоило ей оказаться поблизости, и в нем разгоралось пламя страсти. Стоило забыться лишь на минуту, чтобы все возведенные им барьеры разлетелись вдребезги. Итачи слишком хорошо это понимал, поэтому не подпускал ее слишком близко, поэтому не позволял себе приближаться. Гений клана Учиха был проклят, ему не позволено было любить. Она была так близко - его проклятье и его спасение. Нукенин мгновенно вернул себе хладнокровие, привычно отбросив прочь сентиментальные мотивы. Ситуация требовала немедленных действий. Пейн вряд ли сочтет таким же забавным шпионаж розоволосой куноичи. Учиха бесшумной тенью двинулся вперед. Сакура оглядела пустой коридор и снова приложила ухо к двери, она не чувствовала его приближения. Девушка успела только пискнуть до того, как рот ей закрыли ладонью, а сама она была прижата к мужскому телу. Одного звука было достаточно, чтобы вызвать подозрение. Итачи успел скрыться за ближайшим углом до того, как дверь комнаты для гостей открылась. Брюнет замер на месте, по-прежнему прижимая куноичи к себе и закрывая ей рот рукой. Нельзя было проронить ни одного звука. Теперь это была борьба шарингана против ренингана, в которой у Итачи было мало шансов. Оставалось надеяться на волю всевышнего. Судьба сегодня была к ним благосклонна. Сакуре повезло в том, что на месте преступления ее застукал именно Учиха. Нукенину повезло в том, что Пейн их случайное присутствие в коридоре истолковал по-своему. Она была мучительно близко. Парень отчетливо различал бешеный ритм ее сердца. Ее сбивчивое дыхание опаляло кожу ладони, отчего его собственный пульс учащался. Ему показалось, что прошла целая вечность прежде, чем дверь снова закрылась. Но Учиха не спешил отпускать розоволосую. С ее способностями она могла в считанные секунды все испортить, подставив их под удар. Так и не убрав руку от ее рта, нукенин потащил ее за собой по коридору. Куноичи покорно шла с ним, даже не пытаясь сопротивляться. Брюнет шагнул в ее комнатку, и только там оттолкнул от себя девушку, сразу закрыв дверь. Он повернулся к ней, смерив леденящим душу взглядом. - Я даже не стану говорить насколько это глупо, Сакура-сан, - парень как всегда говорил спокойно, и только глаза выдавали его гнев и недовольство. - Я должна знать, что происходит. Конохе может грозить опасность, - нерешительно произнесла розоволосая. - Роль шпиона не для тебя, ты слишком неуклюжая, - к ее удивлению уголки его губ дрогнули в улыбке, которая тут же исчезла, когда он сжал губы в тонкую линию. - Если бы тебя поймал кто-нибудь другой, ты вряд ли осталась в живых, глупая девчонка. - А вам? - ее голос дрожал, но Сакура с вызовом посмотрела на парня. - Вам подходит роль шпиона? Какой бы наивной не была розоволосая куноичи, все же девушка была довольно смышленой. То, что роль Учиха Итачи очень неоднозначна, она уже давно догадывалась. И, конечно же, сцена, подсмотренная на лесной поляне, наводила на определенные умозаключения. Не зря же Учиха хотел стереть ей память. Она сама не понимала, зачем устроила эту провокацию. Как будто несмышленая девчонка могла переиграть гения великого клана. Он разгадал ее намеренья еще до того, как Сакура решила блефовать. Хотя ей показалось, что нукенин вздрогнул от ее невинного вопроса. Но эта иллюзия быстро развеялась - в следующее мгновение брюнет выглядел по-обычному равнодушным. - Что вы хотите узнать, Сакура-сан? - этот парень умел виртуозно переводить стрелки, уводить разговор от ненужных ему тем. Причем мастер иллюзий делал это настолько искусно, что у девушки не возникло и тени сомнений. - Правду, - и вновь его губы дрогнули в подобии улыбки. Розоволосая так и не поняла, что его больше развеселило: ее требовательный тон или смысл сказанного. - У правды слишком хорошее умение скрываться. Так или иначе, вы все равно услышите лишь мое мнение. - Я хочу знать, собираются ли Акацуки напасть на Коноху?! И когда это произойдет?! - Мне кажется, что за время болезни вы успели позабыть с кем имеете дело, Сакура-сан? - в черных глазах всполохнул шаринган. Девушка инстинктивно вздрогнула и сделала несколько шагов назад. Никому не удавалось прочитать Итачи, этот шиноби для всех оставался загадкой. Нерадивой куноичи не стоило и пытаться. Она была уверена, что Учиха воспользуется своими проклятыми глазами, чтобы проучить ее. Конечно, Сакура удивилась, когда он дезактивировал шаринган и спокойно заговорил. - В Конохе находится джинчурики девятихвостого, Узумаки Наруто. Акацуки ищет джинчурики, чтобы извлечь биджу. Лидер сам собирается идти в Скрытый Лист. В свои планы он никого не посвящает. Коноха знает о возможном нападении. Знают, потому что у нас грамотные шиноби. Знают, потому что несколько недель назад Джирайя-сама погиб в деревне Скрытого Дождя, сражаясь с Пейном. Розоволосая прижала ладони к губам, шокированная таким страшным известием: - Джирайя-сама? Какая страшная утрата для всей Конохи. Цунаде-сама, наверное, переживает. А Наруто? Как он воспринял известие о смерти учителя? - девушка не знала, что ей делать сперва расплакаться, или удивиться силе Пейна и испугаться за друга. А вот брюнета это известие нисколько не трогало, он сообщал ей о гибели легендарного санина так, как другие говорят о погоде. Итачи ведь тоже был знаком с ним. Так почему же он остается таким хладнокровным. - Он уничтожил собственный клан, - напомнила себе куноичи. - Джирайя-сама проник на территорию Скрытого Дождя, чтобы добыть информацию о лидере Акацуки. Если его постигла столь печальная участь, тебе следует навсегда забыть о геройстве. - С каких пор вас так заботит моя судьба, Итачи-сан? - Я не для того вытаскивал тебя из холодной реки, рискуя своим здоровьем, чтобы тебя убили как шпиона Конохи, - Учиха не мог говорить искренне. Сакура всматривалась в его лицо, в его бездонные черные глаза, она искала в них подвох. - Вы несильно заботитесь о своем здоровье, Итачи-сан. С каждым днем ваши глаза видят хуже, а болезнь отбирает последние силы. Почему вы не хотите принять помощь, Итачи-сан?! Почему? Он долго смотрел на нее так, словно видел впервые, затем устало вздохнул: - Глупо тратить время, силы и чакру на человека, который уже обречен. Если меня не прикончит болезнь, это наверняка сделает бой с Саске, - в его глазах девушка прочла усталость и мольбу. - Возвращайтесь домой, Сакура-сан. Возвращайтесь, пока можете. Сакура молчала. Она не могла выдавить из себя ни слова, в горле застрял ком. В зеленых глазах стояли слезы. Пришлось моргнуть несколько раз, чтобы смахнуть их. Девушка вздрогнула от резкости его голоса: - Не смей на меня так смотреть! - Как?! - непонимающе поинтересовалась розоволосая. Он так быстро пересек разделявшее их расстояние, что куноичи даже не успела вовремя отступить. Брюнет стоял так близко, всего в нескольких шагах от нее. Когда Итачи поднял руку, она инстинктивно сжалась и зажмурилась, ожидая удара. Вместо того чтобы ударить, парень мягко провел по щеке, стирая слезы. Девушка думала, что его пальцы будут холодными, а ее обдало волной тепла от его прикосновения. - С жалостью. Я не достоин твоей жалости, - его голос был мягким и тихим, и розоволосая задрожала от таких его интонаций. - Какое же оправдание ты придумала для меня, Сакура, раз решила, что я достоин твоей любви? В любом случае ты заблуждаешься, в таких, как я, не влюбляются. Его последние слова заставили ее удивленно распахнуть глаза. Учиха больше не касался ее, он стоял на расстоянии вытянутой руки и требовательно смотрел на нее. От пристального взгляда черных глаз было не по себе, хотелось скрыться, пока они не заглянули еще глубже в самые сокровенные тайны девичьего сердца. Он все знает. Почему ее так удивил этот факт? А, собственно, чего она ждала? Это ведь Итачи - вечно холодный, равнодушный брюнет с дьявольскими глазами, но при этом невероятно сексуальный, талантливый шиноби, безжалостный убийца. Что семнадцатилетняя девушка с необычным цветом волос могла ему противопоставить? Она не обладала миловидной внешностью, была никудышным шиноби. Осознав это, на мгновенье Сакуре стало стыдно, что она смела его любить. Может быть поэтому, розоволосая зачем-то стала оправдываться. - Я...не знаю. Я ничего такого не думала. Это вышло случайно, само по себе, - парень не смог сдержать улыбку. Девушка была такой трогательно-наивной в своих попытках оправдаться. - Ребенок. Ты все еще такой ребенок, - его улыбка обезоруживала, с ней парень преображался. Голос Итачи звучал по-мальчишески задорно, а улыбка сделала его моложе лет на десять. Но ведь ему и было всего двадцать. В это было трудно поверить. Всегда угрюмый, замкнутый, сосредоточенный он выглядел намного старше своих лет. Ее так заворожила картина улыбающегося отступника, что смысл его слов дошел до нее не сразу. Розоволосая сама не замечала, что улыбается в ответ. Когда же смысл сказанного все же достиг ее сознания, девушка невольно нахмурилась. Он не воспринимал ее всерьез, считал ее несмышленой девчонкой. Сакура была больше обескуражена, чем обижена. Как же ей хотелось доказать, что он ошибается. Только было большое но, и розоволосая это понимала. Любые сказанные слова не возымели бы ни какой силы. Искрящийся смехом взгляд Учихи был явным тому подтверждением. Казалось, брюнет уже разгадал следующий ее шаг. Внешне парень выглядел по-обычному равнодушным, но глаза смеялись, и уголки губ были слегка приподняты. Ее все в нем притягивало в этот момент: и напускная холодность, и едва заметная улыбка, и смеющиеся черные глаза. Сакура шагнула навстречу до того, как осознала, что делает. Девушка обвила его шею руками, коснулась его губ своими и застыла, поскольку целоваться она не умела. Теперь искрились весельем изумрудные глаза. Харуно старалась не думать, чего ей будет стоить эта выходка. Итачи мог оттолкнуть ее и накричать, а мог воспользоваться силой своих глаз. Но, несмотря ни на что, промелькнувшее в его глазах цвета оникса замешательство того стоило. Вместо наказания брюнет положил руку на ее талию, притягивая девушку к себе. Сакура ахнула, и его язык скользнул в приглашающий девичий рот. Рука прошлась вверх по спине и запуталась в розовых волосах. Она закрыла глаза. Итачи снова целовал ее, и девушка не чувствовала под ногами земли. В нем было столько страсти, что она сжигала их двоих. И вновь розоволосая оторопела. Также сильно, как Сакура хотела, чтобы Учиха ее целовал, она боялась испортить эту минуту своими неуклюжими действиями. Когда брюнет оторвался от ее губ, девушка недовольно застонала и распахнула зеленые глаза. Ну вот, даже ничего не делая, она умудрилась все испортить. А губы Итачи уже переместились на ее шею, заставляя розоволосую ахнуть, его пальцы тем временем стаскивали с плеча кимоно. Кожа горела под его поцелуями. Куноичи все же рискнула запустить пальцы в его черные волосы. Парень вроде бы не возражал, наоборот, притянул ее еще ближе к себе, давая возможность почувствовать свое возбуждение. Сакура затрепетала. Она, как и все невинные девушки, чувствовала волнение перед близостью, но в тоже время внутри разливалась волна желания, острая потребность быть с ним одним целым. Учиха прижался губами к ее уху, его горячее сбивчивое дыхание щекотало кожу, шевелило пряди розовых волос. Голос был мягким и хрипловатым, но слова, которые он произнес, подействовали, как ушат холодной воды: - Тебе нравится, Сакура? Приятно, когда тебя целует тот, кто предал твою родную деревню? Приятно, когда тебя ласкают руки убийцы? Этими руками я убивал своих родных, близких, знакомых и случайных встречных. Кровь никогда не смоется с этих рук. Неужели тебе не противно, Сакура? Хочешь подарить свою невинность преступнику? Человеку, которого ненавидит тот, в кого ты с детства влюблена? Харуно отстранилась от него, уперлась нукенину в плечи и стала внимательно всматриваться в его равнодушное лицо. Он просто играл с ней? Ей вдруг очень захотелось ударить его. Что-то подсказывало, что именно этого парень и добивался. Вместо этого девушка подняла руку и осторожно, практически невесомо, касаясь только кончиками пальцев, провела по его щеке. Учиха вздрогнул от ее прикосновения, оно в его планы не входило. - Больше всего на свете, - бесстрашно прошептала Сакура, поймав в ловушку взгляд черных глаз. Вдребезги. Всё равнодушие, все запреты, все возведенные стены и все противоречия в одночасье были уничтожены. Итачи рванул девушку к себе и накрыл ее губы своими. Спустя всего мгновение розоволосая куноичи была прижата к постели мужским телом. Он потянул за пояс ее кимоно, отодвигая в сторону мешавшую ткань. Рука накрыла небольшой холмик ее груди. Ладони парня скользили вдоль тела, дарили ласку. Мягкие прикосновения его рук, его поцелуи заставляли ее тело пылать, разжигали в ней страсть. Как эта глупая Миа могла назвать его холодным? Учиха был похож на вулкан. Ворохи ненужной одежды валялись на полу. Обнаженные разгоряченные тела слились воедино. Сакура почувствовала резкую боль внизу живота. Она не заплакала и не закричала, лишь судорожно вдохнула и нашла его губы своими. За окнами начинало светать. Итачи лежал на кровати без сна. На его плече спала розоволосая девушка, он бездумно перебирал пальцами ее волосы. За эту ночь нукенин не сомкнул глаз. Как только Сакура уснула, он принялся корить себя за свою несдержанность. Учиха ненавидел себя за то, что поддался искушению. Но с другой стороны, его не покидало чувство, что девушка на своем месте, рядом с ним, в его объятиях. И это ощущение было таким реальным, что на мгновение Итачи поверил. Он покачал головой, отгоняя наваждение. Парень осторожно переложил спящую куноичи на подушку, поцеловал в лоб, и, поднявшись, стал одеваться. Хошигаки Кисаме будет ждать его, как только взойдет солнце. Впереди его ждала изматывающая миссия. Там он и подумает, как быть дальше. После случившегося просто так уйти он не мог, но и подвергать ее опасности не собирался. Брюнет надел штаны и потянулся за футболкой, когда раздался ее голос: - Не уходи, - он обернулся через плечо, с усилием сохраняя невозмутимый вид. Сакура сидела на кровати, завернувшись в одеяло. Она была такой милой с растрепанными волосами и заспанными глазами, в которых так отчетливо светилось беспокойство. Девушка боялась, что он оставит ее насовсем. - Меня ждет миссия, Сакура. Я не могу остаться. Она соскочила с кровати и подошла к нему. Розоволосая обняла торс парня и прижалась к его спине: - Ты так надолго пропадаешь все время, - с грустью прошептала она. - Не волнуйся, я вернусь быстрее, чем ты думаешь, - он накрыл ее руки своей ладонью. - Я хочу пойти с тобой, - Сакура уткнулась носом ему в лопатки, ожидая ответа.