Коффки,очарование моее:)

Pov Алекс «Тьфу ты, пропасть! Это всего лишь кот!» - раздраженно думаю я, и тут мой взгляд упирается в серые, испуганно распахнутые глаза Дэни прямо перед моими, спускается чуть ниже и останавливается на его губах, на которых осталось немного сливок. Бездумно склоняюсь и слизываю сладкую капельку. Чувствую аромат клубники, слабую дрожь его губ и судорожный вздох, сорвавшийся с них. Все мое тело обдает жаром, мысли гаснут как лампочки, кроме одной, красными буквами светящейся в темноте: - «О, да! Наконец-то! Сейчас!» И я впиваюсь в сладкие клубничные губы, о которых мечтал все эти дни. Жар и сладость. И мой омега отвечает мне! Неумело и страстно отвечает. Мои руки тут же обхватывают его, одна за талию, другая за затылок, прижимая еще сильнее. Он ахает мне в рот и тоже обнимает меня, судорожно сжимая пальцы. Поцелуй становится все жарче, я ощущаю под собой его желанное тело, он приникает ко мне, неосознанно трется бедрами, сильно, почти до боли. Чувствую его возбуждение рядом с моим. Жар. Жар и жажда заполняют меня. Ненадолго прервав поцелуй, сдергиваю с него и себя футболки и снова прижимаюсь, втягивая в поцелуй, упиваясь его вкусом и тихими вздохами-стонами, ощущением его кожи. Просовываю руку между нашими телами и начинаю судорожно расстегивать его ремень, но в этот момент Дэни внезапно каменеет в моих объятиях. Какое-то время я еще продолжаю возиться с пряжкой его ремня, не замечая, как его руки пытаются оттолкнуть меня. Но Дэни с силой стучит кулачками мне в грудь, отталкивает меня, я поднимаю взляд и вижу панический страх в его налившихся слезами глазах. Все это действует на меня, как стакан ледяной воды, вылитый за шиворот. Резко отстранившись, сажаю его на диван рядом и спрашиваю: - Что случилось, Дэни, солнышко? Что-то не так? Тебе больно? Но он внезапно срывается с дивана, вбегает в спальню и захлопывает за собой дверь. В оглушительной тишине громом раздается щелчок замка. Я подбегаю к двери, стучу, умоляю открыть и объяснить, что происходит. Но в ответ слышу сдавленные рыдания, сквозь которые прорываются отдельные слова, которые не проливают свет на происходящее: - Нет! Не хочу… не хочу, как Марти… все равно не выйдет… Уходи, Алекс! Уходи! Я не могу… Потом… мы поговорим потом… я позвоню… а сейчас, пожалуйся…уходи. Ну какой альфа уйдет от своего омеги, когда тому плохо?! Я продолжаю стоять у запертой двери, уговаривая: - Дэниль! Дэни! Успокойся, прошу тебя. Я напугал тебя? Прости. Выйди, давай поговорим. Клянусь, я не прикоснусь к тебе. Я знаю, я поспешил. Пожалуйста, выходи. В ответ только глухие всхлипы, похоже, он плачет, уткнувшись в подушку. Да что такое происходит? Он же хотел меня, в этом не может быть сомнений. Так почему такая реакция? И что за Марти такой? Кстати, я знавал одного Марти несколько лет назад. Юный омега моего двоюродного брата Эрика. Брат был влюблен без памяти, уверен, что нашел истинную пару, и, несмотря на то, что только что окончил школу и учился на первом курсе университета, собирался сделать предложение. Его и мои родители были в шоке, особенно после того, как отец омеги пришел к дяде и попросил дать ему денег, как будущему родственничку. Дядя вспылил, но деньги дать согласился, в рассрочку, небольшими партиями, при условии, что ни омега, ни его папаша больше не появятся на нашем горизонте. Так и случилось. Когда Эрик, не веря в произошедшее, пытался дозвониться до своего малолетнего любовника, трубку взял его папаша и сказал, что Марти на полученные деньги сделал аборт и уехал учиться в другой город к дальним родственникам. Эрик был в шоке, он не знал о беременности, не ожидал такого удара от своего омеги, казавшегося невинным и влюбленным. Он безропотно согласился заключить брак с сыном дядиного компаньона, что побыстрее организовали, опасаясь возвращения Марти. После свадьбы Эрик запил так, что мы постоянно боялись за него, а когда бывший омега все же попытался позвонить ему, видимо, деньги пришли к концу, в ярости послал его подальше, пригрозив прибить, если увидит. Но и омега-супруг долго с ним не продержался, не вынеся бесконечных пьяных скандалов, подал на развод. Под давлением родителей Эрик согласился пройти курс лечения, которое оказалось вполне успешным. Сейчас он не пьет, окончил свой университет и работает у моего отца, но больше ничто не напоминает в нелюдимом парне с безжизненным взглядом прежнего моего веселого брата. Так что имя Марти ни с чем хорошим у меня не ассоциируется. Да уж, похоже, эти Марти – проклятие моей семьи. Но надо уже что-то предпринять. Может дверь выбить? Сил то мне хватит, но тогда я напугаю моего Дэни еще больше. Уйти? Нееет. Это просто невозможно. Как я смогу? Я должен быть уверен, что с моим омегой все в порядке. Да и поговорить нам необходимо. Мне есть, что ему сказать, и о чем его спросить. Но делать это через дверь просто глупо. Я даже не знаю, слышит ли он меня. Стоять под дверью как-то унизительно и глупо тоже. Услышав движение позади себя, резко оборачиваюсь и вижу Френки, кот смотрит на меня в упор, потом разворачивается и уходит в кухню. Точно! Кухня. Я стараясь топать погромче ухожу в сторону коридора, даже слегка хлопаю входной дверью, а потом тихо прокрадываюсь на кухню и устраиваюсь за столом. Мой расчет прост, уверившись, что я покинул квартиру, омега рано или поздно успокоится и выйдет из спальни. Вот тогда мы и сможем поговорить. Сидящий и отделенный от него столом, я не буду вызывать ощущение опасности, и тогда, возможно, он сможет спокойно обсудить нашу ситуацию. А какая она, эта самая наша ситуация? Я отношусь к нему более чем серьезно, хочу предложит встречаться, еще лучше узнать друг друга. Понятно, что после того, как я продемонстрировал такую несдержанность, мне будет трудно убедить Дэни в серьезности моих намерений, но я приложу все усилия. Кот сидел на полу и смотрел на меня с пониманием. - Я хочу предложить твоему хозяину встречаться, Френки, - тихонько обратился я к коту, - я уверен, что Дэниель – моя омега. Пожелай мне удачи, хвостатый! - Мряо! - благосклонно отозвался кот, и мне хочется думать, что он сказал «Действуй!» Прошло всего минут десять, а мне казалось, что несколько часов, когда в глубине квартиры я услышал щелчок звонка, и омега прошлепал в ванную. Звуки льющейся воды, бормотание, слов не разобрать, и шаги, приближающиеся к кухне. Адреналин забурлил в моей крови, я замер. В дверях появился Дэни с заплаканными глазами, красным носом и мокрыми волосами, которые он вытирал полотенцем, видимо, пытаясь успокоиться, плескал водой в лицо и намочил волосы. Увидев меня, омега чуть ли не подпрыгнул от неожиданности и выпалил: - Бля! Алекс! Ты что здесь делаешь?! Меня чуть кондрашка от ужаса не хватила! Вот это хорошо, пусть лучше злится, чем рыдает. Поэтому я ответил со всем возможным спокойствием: - Я не мог уйти, Дэниель, ты же сам это понимаешь. Нам нужно поговорить и разобраться во всем. Я задолжал тебе объяснение, но и ты мне тоже. Поэтому налей себе чаю, сядь, и давай спокойно все обсудим. - Да, ты прав, Алекс, - неохотно согласился он, включая чайник, - ты тоже будешь чай? Или тебе кофе сварить? - Давай чай, если нет ничего покрепче, - согласился я. Какой уж кофе, если и так трясет всего. Сейчас бы пару глотков виски, чтобы хоть немного ослабить напряжение. - Есть немного коньяка, я использую при выпечке, тебе налить? – растерянно спрашивает Дэни, а я вдруг вспоминаю кузена Эрика. Не хватало еще и мне забухать на нервах. - Не, я пошутил. Я с удовольствием выпью чай. Дэни пытается справиться с волнением, суетясь по кухне, выставляя на стол чашки, сахарницу, нарезая в блюдечко лимон и наполняя вазочку вареньем. Ощущение, что он готов начать печь торт, лишь бы подольше не начинать наш разговор. И это нервирует меня еще больше. Pov Дэни Все произошло даже хуже, чем я боялся. Я думал, что Алекс попытается за мной ухаживать, как-то соблазнять, а он, ни слова не говоря, чуть не разложил меня у меня же в гостиной. Причем мои мозги в этот момент утекли в неизвестном направлении. Вернее, понятно, куда они утекли, но от этого не легче. Я как никогда понимал сейчас Марти, когда любишь своего альфу, и он тебя целует, даже самые разумные возражения в один миг становятся такими несущественными. О чем я думал, когда планировал сохранять дружбу с Алексом, которого любил, и хотел так, как омега хочет своего альфу. Я виноват перед ним. Я лицемерил, наверное, давал ему надежду, а сегодня еще и чуть не отдался. Я слышал, как альфы называют таких омег «динамистами» и «дрянными зажигалками», и вот я сам стал таким. Надо честно сказать Алексу, что ничего у нас с ним быть не может, а потом как-то привыкнуть снова жить без него. В конце концов, у нас же еще ничего не было, хотя представить, что я когда-нибудь забуду его поцелуи, его горячее крепкое тело, стук его сердца рядом с моим, я просто не могу. Но тем более я не готов согласиться на небольшой роман, после которого я буду заживо умирать, или, не дай Бог, растить ребенка, обреченного на жизнь в неполной семье. Панические мысли носились кругами у меня в голове, пока я, оттягивая необходимость окончательно принять решения, расставлял на столе посуду. Голос Алекса грянул, остановив бег моих мыслей: - Дэни, наливай уже чай и садись! Я трясущимися руками поставил на стол чашки с ароматным напитком и обреченно уселся напротив альфы.