"Звезда"

Эльвире хватило пяти минут, чтобы понять, что мы смотрим совсем не «Сумерки». Думаю, все посетители кинотеатра услышали звук пощечины и крик: «Подонок! Больше не звони мне!». Наконец-то мы расстались! Такое дело нужно отпраздновать. Выхожу из зала и направляюсь к кафе кинотеатра, в котором можно купить попкорн, пиццу и, самое главное, мороженое. Мороженое - моя, наверное, единственная слабость. Беру два шарика шоколадного лакомства с клубничным сиропом и кофе. Занимаю свободный столик у окна и достаю телефон. «Эй, мудак, она меня бросила, ты проиграл» - набираю и отправляю брату. Ответа не приходит. Пожимаю плечами и принимаюсь за мороженое. Вижу, как ко мне подходит улыбающийся Ник. Он садится напротив и сразу же спрашивает: - Бросила? Я улыбаюсь и киваю. - Ты первый на моей памяти, кто довел ее до расставания, - задумчиво говорит парень, попивая кофе из МОЕЙ чашки. – Фу, без сахара. Как ты можешь это пить? - С мороженкой, - говорю я, отправляя в рот очередную порцию вкуснятины. У меня нагло отнимают ложку, зачерпывают мороженое и запивают кофе. С улыбкой наблюдаю. Как поднимаются брови Ника. - А это вкусно! – комментирует он. - Я знаю, а теперь отдай мою вкуснятину. - Жадина! – обиженно говорит Гаврилов, насупившись. Я показываю ему язык и смеюсь. - Сколько тебе лет? – неожиданно спрашивает брюнет, серьезно заглядывая мне в глаза. - А что? Боишься, что посадят за совращение малолетних? – поднимая бровь, спрашиваю я. - С чего ты взял, что я собираюсь тебя совращать? – Ник нагло копирует мое действие. - У тебя все на лице написано, - заявляю я, взмахивая ложкой. – Мне восемнадцать исполнилось две недели назад. - Отлично, - он берет мой телефон со стола и забивает туда свой номер, потом звонит. Раздается стандартная мелодия nokia, парень улыбается и возвращает мне телефон. - Я позвоню тебе вечером, медвежонок, - говорит он и уходит. - Эй, стой! – кричу ему вслед. - Что? – оборачиваясь, спрашивает Гаврилов. - Почему медвежонок? - Ты шапочку свою видел? – парень ухмыляется и заворачивает за угол. Действительно. Я уже и забыл, что сижу в милой коричневой шапочке-медвежонке. А все из-за коварных темных корней. Черт меня дернул высветлить волосы год назад! Теперь хожу в шапочке, мучаюсь, ожидая, когда волосы достаточно отрастут, чтобы можно было их отрезать. Вообще Элька говорит, что мне идет ходить в шапочке, ибо она сочетается с моей «кавайной» внешностью, а светлая челка «эффектно контрастирует» с большими зелеными глазами. Ну, нахуй, бесит моя внешность! Выгляжу как девчонка! Мерзость! *** Квартира встретила меня тишиной. Дверь в комнату брата закрыта, хотя обычно он не закрывает ее даже под страхом смертной казни. - Эй, уебок, ты дома? - кричу я. Ответом мне служит тишина. Вспоминаю про звукоизоляцию и решаю самостоятельно проверить наличие брата в квартире. Медленно подхожу к двери его комнаты и распахиваю ее. Передо мной предстает шокирующая картина. Мой обычно собранный, серьезный и невъбенно брутальный брат сидит на полу и… плачет. -Рома? Что с тобой? – делаю шаг к нему, под ногами раздается шелест, опускаю глаза и вижу лист бумаги, исписанный непонятным почерком, поднимаю его и пытаюсь разобрать текст. – Что это? Рома поднимает на меня красные от слез глаза и отвечает: - Заключение врача. У меня опухоль головного мозга, если в ближайшее время не сделать дорогостоящую операцию, я умру через месяц. Листок выпадает из моих рук и я медленно опускаюсь на пол.