Последнее желание.

      Палящее солнце, поднявшееся высоко в небе, легкий ветерок, раздувающий сарафанчик девушки. Крик, застрявший в горле этой безнадежно влюбленной белокурой девчушки. Крик отчаяния, боли и сомнения. Сильные удары сердца, заставляющие подниматься грудную клетку. — Хвостик, — повторяет парень, приближаясь к Холли. Он не называет ее по имени. В этом тоже кроется некий смысл, который не сразу разгадывает девушка. — Зачем ты вернулся? — она, наконец, убирает испачканную ладонь ото рта, позволяя воздуху снова проникать внутрь. — Я должен быть рядом. Не Райан, а я, — Джастин подходит вплотную и дотрагивается рукой до румяной щеки Джордан. — Ты знаешь? — срывается с ее губ прежде, чем она успевает подумать об этом. Парень молча кивает, прижимая к себе девушку. Он чувствует, снова чувствует ее жаркое дыхание на своей коже. Ощущает как дрожит ее хрупкое тело, которое находится в его власти. — Ты должен был забыть меня, — шепчет Холли сквозь нахлынувшие слезы. — Должен быть счастлив. — Стараясь отдалиться от меня, ты не уменьшаешь моей привязанности к тебе, — нежно говорит Бибер, проводя рукой по шелковистым волосам девушки и по спине. — Ты это уже говорил. — Я знаю. И буду продолжать говорить, пока ты, наконец, не поймешь, что без тебя мне только хуже. Я буду любить тебя и после того, как все закончится. — Каждый раз, засыпая, я знаю, что могу больше не проснуться, — говорит Холли, после тяжелых всхлипов. — Джастин, я не хочу исчезнуть. — Я не позволю этому случится. Всю свою жизнь ты была рядом со мной, когда за моей спиной больше никого не было. Все эти огни не могут ослепить меня. Ты любишь меня, и потому никто не в силах сломить меня. — парень крепко прижимает к себе девушку, прикусив нижнюю губу до крови. Он не хочет поддаваться эмоциям, чтобы не навредить любимой. Теперь ему нужно быть сильным. За двоих.       Прошло 3 дня. От лица Холли.       Наверняка, у каждого в жизни наступают такие моменты, когда не хочется никого видеть. Верно? Так вот, помню один из тех дней. Угнетающая обстановка в школе, невыносимые учителя, ну и просто ужасное настроение загнали меня на пристань, у которой обычно стояло около десятка рыбачьих лодок. Усевшись на груду неровно выложенных досок, так называемых пирсом, я опустила ноги в прохладную осеннюю воду. Мне было плевать, что могу заболеть. Возможно, именно этого я и добивалась. Выудив из школьной сумки книгу, я принялась перелистывать страницы, пока чья-то рука не остановила меня. Это была она, Джиджи Бейкер. Вот и сейчас я открываю глаза и вижу эту надпись на надгробном камне. Джиджи. Она была единственным человеком, с которым можно было просто помолчать. Не важно как долго мы были знакомы, важно лишь то, что она была дорогим человеком для меня. Те вечера, которые я проводила на пристани без нее лишились смысла, потому что только она привносила в них некую тайну. — Нам пора, — Джастин тянет меня за руку. — Мы опоздаем на самолет. Да, мы возвращаемся в Нью-Йорк. Биберу удалось убедить меня пройти курс лечения. Я знаю, что это не принесет никаких результатов, но пусть хотя бы в его сердце тлеет лучик надежды. — Ты сделаешь кое-что для меня? — Поворачиваюсь к парню, заглянув в его медовые глаза. — Все что угодно, — улыбается он, сжав мою руку. — Возобнови наше расследование. Найди убийцу Джиджи, — умоляю я. — Это мое последнее желание.       Снова ночные огни, шум большого города и толпы спешащих куда-то людей. Нью-Йорк. Как приятно снова вернуться в этот удивительный город, с которым связана уже новая история моей жизни. Возможно, было глупо возвращаться, но что-то явно тянет меня сюда, и это не только желание Джастина помочь мне. Нечто иное, заставляющее поверить в саму себя. — Думаешь было правильно позволить Райану остаться в Канаде? — спрашиваю я парня, как только он завел мотор автомобиля. — Он уже не мальчик, Холли, — не отрываясь от дороги проговорил Бибер. — Пора перестать заботиться обо всех кроме себя. — Но ведь он вернулся туда только ради меня! — слегка прикрикнула я. — Он не хотел оставлять меня одну. А мы его оставили... — У него были свои причины, помнишь? — Джастин наконец повернул голову ко мне, а затем снова уставился на дорогу, вцепившись руками в руль. — Да, — выдыхаю я, практически не оставив воздуха в легких.       Автомобиль припарковывается у дома, в котором я провела пару месяцев. Ни Зои, ни Кристофер, ни Келси не знают о моем прибытии, хотя мы часто созванивались с ними. Я решила оставить это в тайне. Оставив позади лужайку, я остановилась у входной двери. Джастин рядом. Я слышу его сбивчивое дыхание. — Сделаем это вместе, — он кладет свою руку поверх моей и подносит их к дверной ручке. Через пару мгновений мы поворачиваем ее и тяжелая дубовая дверь распахивается. Никого нет. По-прежнему держа за руку Джастина, я вхожу внутрь, остановившись посреди гостиной. На полу разбросаны игрушки и рисунки. Одна картинка особо привлекла мое внимание. Нагнувшись, я беру лист в руки. На нем изображена девушка, больница и черная дыра посреди рисунка. Сердце сжимается. Кристофер знает? Вдруг слышу шаги, которые сменяются на бег, и оборачиваюсь. По лестнице спускается мальчик, быстро перебирая своими ножками. По его лицу катятся слезы, а при виде меня, его совсем искажает гримаса ужаса. Он подбегает ко мне и обхватывает маленькими руками мою талию, крепко прижавшись всем телом. — Кристофер? — тресу его за плечи. — Что случилось? Где Келси? Он резко отстраняется, устремив взгляд на нас с Джастином. Его глаза мечутся. Губы начинают шевелиться, но никаких звуков малыш не издает. — Он пытается что-то сказать, — говорит Бибер, опускаясь на колени перед ним. — Что? Кристофер, что ты говоришь? — падаю на пол, вцепившись в руки мальчика. Он лишь продолжает шевелить губами. Я быстро соображаю, а затем вытаскиваю из кармана джинс телефон, протягивая его малышу. — Напиши, — умоляю его, стирая дорожки слез, катившиеся по бледным щекам Кристофера. Он хватает мобильник и быстрыми движениями начинает перебирать пальчиками по экрану, придавая своим безгласым мыслям жизнь. Через пару секунд мальчик разворачивает телефон и я вижу на экране: "Это все сделала она. Она подставила тебя." Дыхание перехватывает. — Кто она? — кричу я, услышав какое-то оживление наверху. — Кристофер, кто это? Малыш снова начинает проводить пальцами, нажимая на буквы. Я схожу с ума от ожидания. Поворачиваю голову и вижу, как скулы Джастина начинают проявляться отчетливей. Наконец, беру в руки мобильник, и замираю. Я не могу поверить увиденному. На экране красуется одно имя, выведенное крупным шрифтом: — Келси.