Поиграем в любовь? POV REN / part 2 /

Мне мерещится окутанное дымом от сигарет помещение, яркие вспышки, куча толкающегося народа. Всем весело, и только вот я один в этой толпе, как потерявшийся ребёнок в огромном торговом центре, не понимаю, как я тут оказался и кто эти люди вокруг. Всё слишком быстро и резво движется, голова начинает кружиться – кажется, я сейчас упаду… Мои глаза, которые придавливают тяжелые веки, замечают в этой толпе знакомый силуэт ДжейА – его чёрную кожаную куртку с железными шипами на спине. Я кричу, а он не слышит. Мне хочется ринуться к нему и догнать, но ноги словно приклеились к полу – стали такими тяжелыми, словно налитые свинцом. Я продолжаю кричать, разрывая глотку до хрипоты в голосе, но он меня не слышит. «Я не хочу здесь оставаться… Почему он уходит… Почему оставляет меня, ведь он пришёл за мной!» Откуда-то в голове возникает голос. Его голос: «Ты потерял свой шанс… Ты мне больше не нужен… Я не желаю видеть тебя…» Голос продолжает эхом раздаваться теперь, как мне кажется, повсюду. Кровь пульсирует по телу и резко приливает к голове – снова мне мерещится, что я теряю сознание, но я по-прежнему продолжаю выкрикивать его имя, как сумасшедший. «Как это не нужен!? Мне вдруг стало страшно, дико страшно. Сов-в-сем не нуж-ж-ен что ли…?» Я падаю на колени и бью кулаками об пол. А вокруг всем так же весело – народ суетится, не замечая меня, словно я выпал из другого измерения и являюсь чем-то настолько неприметным, будто меня вообще здесь нет. «ДжейА…» – я закрываю глаза, и по щекам текут слёзы. Тёплое ощущение в моей руке заставляет поднять голову, и я вижу перед собой лицо лидера. Мои глаза увеличиваются в размере в два раза, если не больше, и за секунду я осознаю, что это был всего лишь сон. «Но что это за сон ещё такой, чёрт возьми?!» – я до сих пор ощущаю горесть на душе и этот осадок, что меня бросили и что я больше не нужен ему… Я смотрю ему в глаза слегка испуганно, а тот отвечает милой улыбкой и крепко сжимает мою руку. Руку? – Хён! Ты идиот! – выкрикиваю я и выдёргиваю ладонь из цепких пальцев лидера, которые уже успели властно переплестись с моими. Я прячу руку подальше в карман и чувствую, что вспыхиваю, как соломенный лист, вспоминая, что ведь сам взял его за руку вчера и отрубился. «Ууу-у, чёрт, как стыдно. Как же…» Но тут мои мысли прервали возникшие образы из сна. Что бы это могло значить? Я боюсь потерять этого парня? Я поднимаю на него глаза и пытаюсь понять, что же я всё-таки испытываю к нему. Ведь уже очевидно, что он не просто мой лидер, друг или член группы, а гораздо больше. «Ащщ!» – я отмахиваюсь от этих мыслей, наблюдая усмешку на его лице. Моя растерянность и смущение, похоже, забавляли его. – Ты бы ещё дольше приходил в себя, – я встаю со стула и с облегчением смотрю, что он выглядит вполне здоровым, живым, да и ещё улыбается. «Отлично, раз он в порядке, теперь можно и свалить, пока он не начал закидывать меня вопросами. Вообще удивительно, что он сразу с них не начал...» В моей голове всё перемешалось из-за этого дурацкого сна. И теперь мне хотелось выйти на улицу, подышать свежим воздухом – проветриться, чтобы прогнать это саднящее в груди чувство непонятного страха. «Это всего лишь сон», – повторял я себе в голове… – Но раз ты в порядке, я пожалуй пойду, – я развернулся к двери и сделал шаг, но меня остановила рука ДжейА, которая успела зацепиться за край белого халата. Тот, что я спёр. Я ухмыльнулся на эту попытку остановить меня и, развернувшись, собрался было сказать что-то в духе: «Эй, идиот, отпусти, время моего посещения давно уже вышло…». Но, взглянув на его лицо, увидел, что счастливая улыбка, озарявшая меня прежде, куда-то испарилась, глаза поблёскивали так жалостливо, и ещё, он словно специально поджал губы и из них вырвался тихий молящий шепот: – Ещё немножко… пожалуйста. «АРР-РЩ! Я не выдержал! Ну как тут вообще можно выдержать… Когда весь израненный, благодаря мне к тому же, парень смотрит на тебя так…, и говорит таким голосом, крепко хватаясь за кусочек тряпки, лишь бы я не ушёл. Сердце осадил волнующий трепет. Не первый раз уже… Теперь я ощущаю его ежесекундно, пока нахожусь с ним рядом. Он щемит в груди, тем самым волнуя меня и моё сердце, которое отбивает размеренные,но глухие удары. «Да что же это такое!? Неужели всему виной дурацкий сон? И чего я так боюсь, он ведь никуда от меня не уйдёт!» – дыхание перехватывает. Почему я вообще волнуюсь, что он может куда-то уйти… Пусть даже если оставит, пусть… Пусть? Да! Пусть валит хоть на все четыре стороны!» Я резко выдернул халат из руки ДжейА и прижал задницу всё к тому же стулу. Мои ноздри раздувались от быстрого хватания воздуха носом, а руками я нервно теребил кусок того самого халата. «Пусть валит, да? И какого чёрта я тогда не ушёл? Идиот похоже тут только я…» ДжейА подарил мне лёгкую улыбку и уставился глазами в потолок. Пользуясь моментом, пока его глаза меня не сверлят, я стал внимательно разглядывать его лицо – ссадины, синяки, запёкшаяся кровь на губе. Глубокий порез над щекой… «Интересно, чем его так…» Синяк под глазом, который вчера был красный, сейчас уже принял тёмно-сливовый оттенок. – Выглядишь ты шикарно, менеджер будет доволен, – сказал я с сарказмом и попытался изобразить нечто подобное улыбке в тот момент, когда мою голову терзали мысли о моём дурацком сне и о том, что же я в итоге чувствую к этому побитому идиоту. – Спасибо, что пришёл ко мне, – ДжейА снова смотрел на меня и его губы растянулись в улыбке, что получилось в этот раз с огромным усилием. Я только сейчас заметил, как ему непросто двигать мышцами лица, не то что бы улыбка, а каждое слово приносило ему боль... Но он продолжал разговаривать со мной и искренне пытаться улыбаться, а ведь мог просто меня отпустить… «Вот идиот». – Да не за что, – отмахнулся я. – Это всё МинХён заставил меня приехать сюда. Он сказал, что если я не приду, то он расскажет менеджеру, что я даже навестить и поддержать своего лидера не могу. Я совсем не хотел видеть тебя в таком состоянии… – начал я как всегда плести ерунду, вспоминая Хёна, который настаивал, чтобы я немедленно приехал домой. «Но, чёрт возьми, ничего не могу поделать с собой! Не могу признать, что волновался… Ужасно волновался…. Себе-то уже давно признался, а вот ему… В его глазах я всё ещё прежний холодный Рен. Если бы он знал, как же сильно разрывают мою голову мысли о нём, что бы он сделал?…» – МинХён хороший парень, – ДжейА устремил взгляд в окно, и я заметил в нём тоску. Я вдруг задумался, что же ему вчера наговорил Хён. Но вроде бы он ничего не спрашивает, да и не злится, значит ничего существенного. Хотя, может быть, просто ждёт, пока я сам всё расскажу? – Значит, ты не беспокоился обо мне и сам бы не пришёл? – спросил он вдруг с обидой в голосе, мельком стрельнув в меня глазами. Я склонил голову и посмотрел на свои руки, пальцы которых, я вертел вокруг друг друга. «И что я ему должен сказать? Я уже запутался в собственной лжи, черт...» – Я беспокоился, но приходить действительно не хотел, – быстро и с легкостью соврал. – Ты сильно пострадал, из-за меня, – сказал правду, которая с трудом слетела с моих уст. «И когда же мне стало так сложно говорить правду и так легко врать…» – Пожалуйста, не делай глупости, не вини себя… – Зачем ты вообще туда припёрся!? Я знал, что делаю, со мной было бы всё в порядке. Снова ты думаешь, что я ребёнок?? – вспылил я, прервав ДжейА, поддавшись эмоциям, которые вдруг нахлынули от его слов. «Не винить себя говорит. Ага! 10 раз! Ты бы видел своё тело… Оно было, как мёртвое и не двигалось! Да я даже забыл, как дышать! И всё это произошло из-за меня…» – Нет… Рен, – ДжейА вдруг замолчал, а я поднял голову, чтобы, наконец, выслушать его. – Я хочу, чтобы Рен был только моим, я запрещаю тебе шляться по таким местам. – Что?! – я вскочил со стула от его неожиданных, сбивших меня с толку слов. «Запрещает?!» – я чувствовал, как недавно остывшие щёки снова загорелись. И почему меня так смутила эта фраза. «Только моим… Да… что… как… – я стал бить израненного парня по животу, от чего он засопел от боли. «Больно да!? Это чтобы ты больше не нёс подобной фигни. Чёрта с два я твой!» – Как ты можешь бить и без того избитого до полусмерти человека?! – захрипел ДжейА, слегка подскакивая и сгибаясь на койке, ставя блоки руками. Ему было больно, но он всё равно посмеивался через неприятные ощущения. «Счастливый идиот», – все, что я мог сказать, наблюдая за ним. – А как ты можешь нести такую чушь! – фыркнул я и перестал тыкать его. – И никакой ты не до полусмерти избитый, у тебя ничего серьёзного – пара ушибов и синяков. Правда, лицу досталось больше всего – губа, бровь разбиты, синяк под глазом. По крайней мере я себя так утешал, потому что понятия не имел, что под этими бинтами на его груди, которые торчали из-под футболки. Но на вид со стороны, оно выглядело так, что досталось только лицу, хотя я прекрасно помню удары и в живот и в грудь… Я машинально потянулся рукой к его губам, не отводя взгляд от их жутковатого вида. Слегка задев сухую коросту из запёкшейся крови, я поморщился. «Ар-рщ», – прозвучало в моей голове, и я представил, как же ему было больно, ужасно больно в ту ночь… – Зато больше не полезешь целоваться, – нервно пошутил я, сглотнув комок, засевший поперёк горла. На эти слова я получил его очередную тёплую улыбку и счастливо прищуренные глаза, которые придавали его лицу такую милость, что мне стало как-то неуютно от подаренных мне нежностей, несмотря на то, какую боль ему это приносило. – Как ты можешь продолжать любить меня после того, что я тебе наговорил... – проворчал я, опустив голову вниз и спрятав глаза. Смотреть на столь довольное выражение лица, которое аж сияло от счастья только потому, что я оставался рядом, ужасно меня смущало. – Я не такой, как все те кт... – начал он и тут же замолк. А я только через пару секунд понял, что он чуть не проболтал что-то важное. «Всё таки Мин-а ему рассказал какую-то информацию о моём прошлом…» – Что? Ты это о ком? – я резко поднял голову и стал расспрашивать, надеясь, что смогу вытянуть из него хоть что-нибудь. Но ДжейА молчал, как партизан и только пожевывал без того опухшую губу. «Настолько честный парень. Наверно Мин его ещё и припугнул раз он так нервничает», – ухмыльнулся я, наблюдая как он покусывает губы. – Ни о ком. Говорю, что я не из тех, кто убегает, как только его отталкивают. Я всегда борюсь до самого конца, – отмахнулся он в итоге. Я прищурил глаза, наблюдая, как его лицо потеряло радужное свечение и немного побледнело. Я упал лицом на холодную простынь кровати, умиляясь тому, как он нервничает и тихонько посмеялся. – Идиот… – промычал я в простынь, ощущая приятное прохладное касание моих щёк. Следом по телу пробежались мурашки, от касаний моих волос у самого уха. Рука ДжейА водила по локонам слегка подёргивая, оттягивая кожу. Затем ещё раз и ещё раз, это было так приятно, что я, кажется, не заметил, как издал какой-то звук схожий с мурчанием. Затем резкое дёргание заставило меня поднять голову. – Ай! Ты что… – Я хочу поцелуй, – негромко вымолвил ДжейА умоляющим тоном и поджал свои губы. – Поцелуй!? – вскрикнул я, от неожиданности приоткрыв рот, и посмотрел на искалеченного парня, затем на его губы. «Какой ещё к чёрту поцелуй!? Да ты еле разговариваешь…» – А вы, не обнаглели ли? Я понимаю, сейчас вы в особом положении, но чтобы так наглеть… ДжейА только засмеялся, наблюдая, как я нелепо машу руками. – Спи! Тебе нужно отлежаться здесь пару дней и тогда тебя выпишут, – заключил я и приземлил руку на живот парня, ткнув ему в ребро вместо ожидаемого от меня поцелуя. – Я побуду с тобой, пока ты не уснёшь, а завтра приду снова. – Обещаешь? – спросил ДжейА, пытаясь уловить искренность в моих словах. Я хмыкнул и одарил его холодным взглядом. Не удивительно, что он не верит ни единому моему слову. Но я действительно сейчас сказал правду и собираюсь завтра придти сюда снова... Приходится же как-то расплачиваться за свою неосторожность ввязать парня в свои похождения. Я наклонился к лицу ДжейА и, слегка улыбнувшись, накрыл его глаза ладонями. – Слушай, что тебе говорят, и выздоравливай, идиот. В ответ он заулыбался и, положив сверху на мою руку свою, стал плавно опускать их вниз. Я резко отдёрнул ее, когда она оказалась на груди парня у самого его сердца. Я пошаркал подушечками пальцев между собой, ощущая на них сохранившиеся касания грубых сухих губ лидера. «Что творит этот ид...» Какой раз? Может сотый или тысячный? Почему за любую его нелепость я называю его идиотом? Кажется, меня начинает это раздражать. Ведь он отчасти оказался прав, когда сказал, что чем больше я нервничаю рядом с ним, тем чаще я это повторяю. А теперь и в своей голове… ДжейА перестал улыбаться, и его лицо теперь приобрело безмятежное спокойствие, грудная клетка медленно поднималась и опускалась, а реснички слегка подрагивали. «Неужели эта спящая побитая красавица действительно послушалась и решила вздремнуть?» Я смотрел, как он лежит с закрытыми глазами и думал. Что же будет с нами дальше. К моему удивлению он не стал расспрашивать меня о моих чувствах к нему. Но ведь это не конец и ничего уже не станет как прежде после того, что случилось. Я это понял давно, но только сейчас осознаю, что сам не смогу стать прежним, ведь я уже не могу не думать об этом идиоте…» Я решил дождаться, пока он уснёт и покинуть комнату, но он вдруг резко соскочил с кровати и уставился на меня ошарашенными глазами. От неожиданности я чуть не упал со стула, но, благо, схватился руками за кровать. – Что ещё?! – вскрикнул я. Он схватил меня за руку и потянул к себе. «Да что… что он творит, ему же больно двигаться…» – Что они тебе сделали?! – его холодный голос пробрал до самых костей, его лицо потеряло всю милость, что была прежде. Ноздри вздулись, а на губах появился звериный оскал – узнаю взбешённого ДжейА. – Эй, что на тебя нашло, кто они? – не понимая, что на него вдруг нашло, я пытался высвободить руку из его цепких пальцев, которые очень сильно сжали моё запястье, что мне показалось очень странным. Откуда у побитого парня, который еле говорит, взялось столько сил. – Эти четверо ублюдков… Я замер. И вдруг всё понял, то, откуда в его глазах столько агрессии и ненависти. Это выглядело так, будто он до этого момента совсем ничего не помнил, и вдруг на него снизошло озарение? Амнезия? На секунду сердце дёрнулось. Неужели его так сильно побили, что он умудрился потерять память…?! – Всё в порядке, ничего они не сделали, – ответил я, стараясь избегать смотреть ему в глаза. Я хоть и не врал про тех парней, но всё же кое-что со мной случилось…. – Ты врёшь! – Я убежал... «Я ведь правда убежал от них, точней меня увели... Ну не могу я рассказать ему! Не могу!» – я продолжал смотреть в одну точку, не поднимая глаз на лидера. – Рен! – выкрикнул он, а его голос показался мне бескрайне отчаянным, словно он умолял меня: «Пусть это будет правдой». А моё сердце сжималось от того, что снова приходится врать, и в этот раз действительно другого выхода нет. – Зачем тебе знать, прошлого не изменишь, просто забудь, – ответил я, стараясь сделать голос как можно спокойней и безразличней, чтобы он не подумал, что воспоминания о вчерашнем вызывают во мне отвращение. По лицу ДжейА, на которое я всё-таки глянул, тоже не скажешь, что он мне поверил и это только сильнее давило на меня. «Каково это, продолжать врать человеку, когда понимаешь, что он тебе не верит». Он потянул ко мне руки и начал срывать с меня халат, зацепившись за край футболки, оголил живот до самой груди. ДжейА оцепенел от увиденного, а я сам широко открыл рот, ведь вчера этого не было… Неужели все удары проявляются настолько быстро? Моё тело практически всё – каждый сантиметр был покрыт тёмными, синеватого оттенка метками и царапинами, от ногтей того урода… – Ащщ-щ! Ублюдки! Я их найду и всех убью! – взвыл ДжейА и как бешеный стал метаться из стороны в сторону и вертеть головой. Руки он импульсивно сжимал в кулаки, злобно кусая губы. Морщась от боли, что приносили ему движения, он переставал психовать, но, не контролируя ненависть, снова начинал кусать губы и бить руками по кровати. В итоге, видимо собравшись с мыслями, он отбросил простынь, что укрывала его нижнюю часть тела, и стал опускать ноги, чтобы встать с кровати. Я ошалел, наблюдая, как он мечется от безысходности, а затем ещё и пытается встать. – Ты что дела-аешь!? – я закрыл собой дорогу и закинул его ноги обратно на кровать в горизонтальное положение. Он попытался мне сопротивляться, но встретив преграду в виде моей руки, ничего не смог сделать и снова рухнул головой на подушку. «Настолько слаб, что даже сдвинуть с места меня не может, а ещё куда-то собрался… Вот же идиот». – Ааа-а-а-а!!!! – закричал ДжейА и ударил рукой по кровати, от чего она пошатнулась, издав глухой скрип. Не медля, я сразу закрыл его рот ладонью, придавив ещё и своим весом, потому что он всё равно продолжал кричать. – Идиотина, перестань так орать. Я же сказал всё в порядке! Эти синяки от побоев, но я убежал! Я вырвался и забежал в клуб. Упав с лестницы, я пролетел пару ступенек, врезавшись в косяк, – я показал ему один из синяков на руке, который вполне сошёл бы за удар об стену. Он наконец-таки перестал кричать, и я смог убрать руки от его лица. ДжейА перевёл взгляд на меня. От столь растерянного и отчаянного взгляда, мне снова стало противно, что я лгу. «Чёрт возьми, ну почему всё так сложно! Почему нельзя было просто уйти, и ничего не рассказывать… Лучше б он действительно забыл…» Он внимательно смотрел на меня, дожидаясь следующих слов, и я продолжил врать: – Затем я слился с толпой, забежал в туалет и сразу позвонил МинХёну. Приехала скорая, и мы отвезли тебя сюда. – Это правда? – он придвинулся немного ближе. – Это правда… – А остальные синяки откуда? – Ну, мне не сразу удалось вырваться… – с его уст продолжали сыпаться вопросы. Мне казалось, что если он начнёт копать глубже, то я что-нибудь не то да ляпну. Я старался избегать его прожигающего отчаянием взгляда. Он бы мог расколоть меня, если бы действительно захотел, но по нему видно, что он сам не желает верить в то, что там могло на самом деле произойти. – Они тебя всё-таки тронули?! – он вдруг подскочил с кровати и снова врезался в мою руку, которую я машинально поставил как блок и осторожно вернул его назад на кровать. Мне стало ужасно жаль те раны, которые были спрятаны под бинтами. – Да нет же! Успокойся! – Как я могу быть спокоен, когда эти сволочи пытались тронуть то, что им не принадлежит, – прошипел ДжейА, стараясь унять дрожь рук, которые он всё так же сжимал в кулаки. Все мышцы на руках были напряжены, а вены вздулись, на сжатых губах, кажется, блеснула кровь. От его слов меня будто резко толкнуло в грудь. «Что ты несёшь, придурок, я не собака, чтобы принадлежать кому-то…» – Я тебе не принадлежу. Хватит уже вести себя так, будто мы вместе… – Ладно, – успокоился ДжейА и, наконец-то, его лицо перестало морщиться, а кулаки разжались. Он отвернул сначала голову набок, а потом и вовсе сам развернулся ко мне спиной. Я немного обиженно надул губы, смотря на его затылок. – Я буду спать, а ты иди домой и отдохни. Завтра я буду ждать тебя здесь. Я услышал эти слова и ухмыльнулся. «Да-а. Так сильно переживаешь и печешься обо мне. Любовь говорите... Хех. Как же это смущает...» - Я накрыл ладонью своё лицо, касаясь пылающих щёк. ДжейА больше не двигался и ничего не говорил, похоже, действительно собрался спать. Я подошёл ближе к кровати и ещё раз попытался глянуть на него, но увидел только профиль. На оттёкшие от ссадин скулы спадали тёмные пряди волос. Захотелось обнять беднягу в благодарность за всё, но я не осмелился. «И всё же я трус… И вообще, что же я всё-таки к нему чувствую? Может быть, это и правда, любовь?» – я двинул себе по лбу и закинул чёлку на бок. Наклонившись чуть ближе к лицу парня, упираясь ладонью в его поясницу, я тихонько прошептал: – Спасибо. За эту секунду я успел поймать приятный аромат его волос, несмотря на то, что он всю ночь пролежал в больнице, от него всё так же вкусно пахло. Этот запах, он почему-то возбуждает меня… Я отклонился и направился к двери, смущенно зажимая нос и вертя головой в стороны. – «Идиотизм какой-то». *** До дома я добрался на автомате, потому что на меня вдруг накатило огромное желание поспать. Я глянул на экран телефона и увидел, что на часах всего-то 9 утра. А ведь уснул я в больнице только в часов в 6, хотя показалось, что проспал пол дня, но это только показалось. Находясь с ДжейА, я чувствовал себя бодрым, потому что рядом с ним мой мозг просто закипает от разных мыслей. Причём кидаясь из крайности в крайность, что я сам начинаю в них путаться. То я его жалею, то ненавижу, то так и хочется обнять. – Аааава-в-а-в—ваа, – я завыл как дурак посередине улицы и поспешил пересечь дорогу и войти в дом. Внутри все спали, и я был этому рад. Прошмыгнув на второй этаж, я зашёл в комнату, оглядываясь по сторонам. Заходя спиной, я конечно же не ожидал того, что увидел. На моей кровати спал МинХён, обняв мою лохматую подушку. «Ох ты ж ёмаё… ну Хёё-ён…» Ухмыляясь, я подошёл к кровати и накинул на парня одеяло. Он был в белье, в котором обычно спит. Я сделал вывод, что он ждал меня здесь всю ночь. «Ещё один идиот... Сколько же вас развелось-то, однако...» Я скинул с себя одежду и забрался под тёплое одеяло, пододвинув тело Хёна на край. Тот не проснулся, ну это само собой. Мин всегда крепко спит, и это я в нём люблю. А сейчас я вообще не желал, чтобы ещё один человек мне выносил мозг расспросами. Я уткнулся в подушку, не доставая её из рук Хёна, и уснул.