Чучело

      Просидев, на холодной мраморной лестнице десять минут, Люси вновь задумалась над тем, что же ждет ее впереди? Те же слава, деньги? А может счастье и любовь? Это сейчас не так важно, нужно жить настоящим, задумываться о действительных проблемах. Девушка поднялась, отряхнула юбку, и раздался звонок. Коридор молниеносно заполнился учащимися. Все пробегали у нее перед глазами, а она стояла неподвижно, будто со стороны наблюдая за жизнью. Столько мыслей в голове у одной маленькой девушки, которые все норовят вырваться и заявить о себе, но разве на ее месте, любая другая думала, о чем либо, о чем думает сейчас она? Конечно, нет. Любая другая, думала бы о том, как одеться вечером на ужин, как найти себе самого распрекрасного бойфренда, как заработать больше денег и смотаться куда-нибудь на острова. Хартфилия не такая. Хотя, нет. Она просто была такой. Раньше ее мало волновала учеба, знания, мир. Ее радовало и восхищало то, что она появляется на экране телевизоров у миллионов зрителей, что ее любят, и ее хотят видеть. Но читая книги, про трудную жизнь, про великих открывателей, про тех, кто хочет узнавать, а не быть узнаваем, она поняла, что любит свою работу, но многое упускает.       - Брайтсан, - подойдя сзади, ее схватили за запястье и развернули лицом к себе, - ты от меня бегаешь? Это не был насмешливый или угрожающий тон, он спрашивал серьезно, но в тоже время и спокойно, понимающе. Но что-то в черных глазах, показывало его отношение ко всему, он смотрит на мир свысока.       - Нет. С чего ты это решил? – делая не принужденный вид, ответила она.Он ухмыльнулся, думая, стоит ли отвечать на очевидные вещи.       - Я тебя позвал, утром. Ты обернулась, но заметив меня убежала. Я тебя искал, но тебя нигде не было, - он замолчал, глядя на нее, она опустила глаза, понимая, что отрицать бессмысленно, - если это из-за того вечера, то…       - Нет-нет, - оборвала его Люси, - Я была занята Стинг, вот и все.       Он потер переносицу, и было видно, что ему не нравится этот разговор. Не нравится, как она ему отвечает.       - Я был пьян, и… Мне рассказали, что я тебе наговорил, - неуверенно начал он.       - Не нужно ничего говорить. Я знаю, что все было ложью. Можешь даже не расстраиваться по этому поводу. Все поняли, что ты был в не себе, - а она говорила наоборот уверенно, будто долгое времени репетировала, что сказать.       Но что чувствовала она, когда Эвклиф это говорил, и что чувствует сейчас? Ровным счетом ничего, просто досадно. Но почему ее охватила грусть, пусть и не сильно, но она чувствует ее, и сейчас, что-то не дает ей осознать всего того, что она говорит. А он чувствует, что-то было недосказано в их диалоге. Она убегает, просто убегает по лестнице наверх, а он остается один, глядя ей в след.       Вокруг толпятся люди, но он один.       Люси бежит к туалету на третьем этаже, забегает и пытается успокоиться. Она рыдает, не осознавая почему, смывает холодной водой слезы. Садится на корточки и закрывает лицо руками. Больно, неприятно, обидно.       Некуда убежать, негде спрятаться, еще целый час на обед. Салфетками, блондинка вытирает лицо, распускает спутанные волосы, так чтобы они закрывали красные глаза. И идет к тому, кто всегда рад ее видеть.       - Нацу, - тихо произнесла она, стоя за парнем.       - Люси? Ты чего? Что тебе сказал директор? - разволновался он.       - Ничего, - мотая головой, уверяла девушка, - ты не мог бы мне помочь?       Через десять минут она уже сидела на крыше школы, с легкой улыбкой, смотря, куда-то вдаль. Нацу стащил ключи у вахтерши, и открыл Люси дверь на крышу, он смотрел на нее и радовался.       - Ты такая красивая, - медленно проговорил он, не отводя от нее взгляд. Ее лицо сейчас, было чистое, без косметики. Правильное, светлое.       - Что? – спросила она.       - Отсюда вид красивый, говорю.       - Действительно. Спасибо, что помог мне.       - Ты уже поела? – садясь, и ставя перед собой бенто, спросил Нацу.       - Да, - соврала она. Он бы сейчас начал спрашивать почему, предлагать свое и так далее. Но она не хочет ничего, кроме этого ветра, кроме этого ясного неба, кроме ощущения свободы.       - Почему ты плакала? – с суровым, а может просто озадаченным лицом, спросил парень. Он спросил настолько четко и настойчиво, что Люси просто не могла отрицать этого.       - Не все в наши прихоти исполняются. И все. Я просто капризная. Не нужно обращать на это внимание.       - Ты не капризная, - твердо отрезал он. – Мне порою кажется, у тебя раздвоение личности. И увидев тебя, я понял, внешность так обманчива. Даже не так, первое впечатление обманчиво.       - Что ты хочешь этим сказать?       - В первый учебный день ты мне показалась простой, стеснительной. Но ты оказалась решительной, такой загадочной. Как тебе такое удается?       - Ты хороший парень. И я доверяю тебе, но ты не должен знать все о моей жизни. Просто знай, что ты во многом прав. А все остальное, когда-нибудь узнаешь, - кареглазая прекрасно понимала, что он никому не расскажет, если она раскроет свой секрет, ну вот просто зачем? Появятся новые проблемы, расспросы. Лучше сидеть с ним и смотреть на небо. Спорить сердце или подушка, это очередное облако. Она испытывала к нему самые светлые и добрые чувства. Дружбу. Он постоянно смеялся. Их не смущал ни холодный бетон, ни сильный ветер. Не знаю, сколько они точно там проторчали, но на урок они пришли вместе.       - Класс, не забываем, что на выходных идем в поход! - громко закончила урок классная руководительница. Люси вопросительно посмотрела на Леви, и та пояснила:       - Вчера говорили, тебе не было. Почему?       - Я приболела, - быстро среагировала Брайтсан, фальшиво прокашлявшись, - так про что вчера говорили?       - На выходные желающие идут в поход, это сплотит коллектив и вообще очень весело. Ты же пойдешь?       - Да, отличная идея. Только наш класс. Здорово.       - Ты не правильно меня поняла, - будто нехотя огорчать произнесла Леви, - все желающие.       - Знаешь, я себе еще не очень чувствую, наверное, будет лишним идти. На холоде простужусь еще больше, так что нет. И я думала, нас будет немного, а раз все желающие…       - Люси, в чем дело? Ты можешь посмотреть список на доске объявлений. Нас немного, это же такая школа… ну как сказать…       - Элитная, детки то избалованные. И многие не любят мерзнуть, есть не в ресторанах, не изысканную пищу. Так что нас мало. К тому же выходные, и мало кто хочет пропускать их. А еще я тебя записала, не отвертишься,- закончила беседу Эльза. Сказала, как отрезала.       - Повеселимся, да Люська?- вскрикнул Нацу, улыбаясь. Его улыбка вселила в девушку надежду на хорошее.       - Угу, - озадаченно закусив губу, выдавила из себя блондинка, но позже улыбнулась.       - Стинг, ты видел это? Опять большинство феечек прутся на этот поход, - хмыкнул Руфус.       - На какой поход? – не сразу понял блондин.       - Ежегодный. Элита не ходит на всякие походы, тем более с ними, - самоуверенно и ядовито пропела Минерва.       - Аа, этот поход. А где висят списки?       - Перед тобой. Что с тобой Эвклиф? Ты сегодня очень рассеян.       У школы собралась группа учащихся, примерно человек тридцать. Все разодетые, с походными рюкзаками, и естественной улыбкой. Ведь, тут почти все, кто действительно любит экстрим, кто действительно хочет идти. Хмурое небо не освещало и не благословляло всех на хорошую дорогу, но это лишь раззадоривало ребят.       Люси будто святилась в окружении «своих». Она то и дело, что болтала с ребятами. Все стояли и ждали двух учителей, которые поведут всех. Брайтсан обернувшись назад, увидела в толпе, хитрые глаза. Они могли принадлежать только ему. Она не отвернулась, она пристально смотрела на него. Он стоял позади всех, чувствуя себя не в своей тарелке. Одетый в дорогущий свитер, обиженно смотрел в сторону, не замечая, как на него пристально смотрят девчачьи карие глаза. Она подошла к нему, рядом стоял Гажил, видно Эвклиф его заставил. Вид у Рэдфокса был устрашающе-злой.       - Ты тут ради меня? - хихикая, спросила Брайтсан, не стесняясь, перед всеми, - я шучу.       - Ради тебя, - усмехнувшись, ответил он. Все кто слышал их диалог, вероятно, подумали, что они шутят. Но все, что они говорят, было правдой. Люси тоже решила, что это чистый, нескрываемый сарказм, но как же она ошиблась.       Каждые сто метров обрывы, скалы и озера. Люси смотрела на все зачарованными глазами, она видела такое только по телевизору, воображала себе это по-другому, читая в книгах. За всю ее жизнь она еще ни разу не была в лесу, не была в походе. Все казалось неизведанным, диким, до дрожи интересным. Засмотревшись, она едва не упала в лужу грязи, запнувшись об сучок, отломившийся от дерева. Но устояла.       - Осторожнее, - пробурчал кто-то сзади. Блондинка, улыбаясь, виновато потерла затылок.       Сам путь казался таким извилистым таким загадочным. У учителей были карты, но и они иногда останавливались, пытаясь понять в какую сторону теперь идти.       - Хехехей! - бежал впереди всех Нацу.       - Дебил, куда ты летишь, иди как нормальный человек, - сорвался Грей.       - Че сказал ускоглазый?       Ссора продолжалась, а Люси мило беседовала с Леви, Эльзой, и Лисанной.       - Нам еще долго идти? – жалобно пропищала Брайтсан. Весь энтузиазм почти исчез, из-за усталости.       - Еще половину, может чуть меньше, - ответила Эльза.       За эту половину Нацу с Греем чуть не подрались, Стинг с ними чуть было не подрался. Эльза искупалась в грязи, Леви зацепилась новой кофточкой о дерево. Люси три раза упала. И кто-то чуть не искупался в озере, но его вовремя подхватили, и он намочил только ноги.       И вот, пришли ребята в этот городок, где повсюду палатки, большие бревна, чтобы сидеть, а как выходишь из чащи, встречаешь большую, зеленную поляну. Естественно, первым делом все устало плюхнулись на плед, составленный из всех маленьких пледиков. Потом, был самый вкусный суп в их в жизни.       - Я никогда не думал, что еда может быть настолько вкусной, - сказал Гажил.       - И долгожданной, - добавила, улыбаясь Люси.       А хлеб – стал для них, лакомством богов. Все его просто жадно заглатывали. Ночью, все надели теплые кофты, расселись у костра, в тесноте да не в обиде и давай петь песни под гитару. Было так хорошо: сверчки, треск костра, тихое бренчание гитары, все сидят в обнимку и думают о своем, глядя на огонь.       Стинг сел рядом с блондинкой и положил ее голову себе на плечо, та не стала возмущаться, сил не было, она смотрела на огонь и потихоньку засыпала.       У Нацу, наверное, впервые в жизни зло сверкнули глаза. Какой-то молодой паренек играл на гитаре, пев при этом, старую, всем известную песню. Ребята подпевали, вместе с учительницами, шутили и укутывались в махровые одеяла, припасенные в этом небольшом лагерьке.       - Давайте жарить пастилу, как в сериалах!       - У нас нет пастилы.       - Тогда давайте жарить хлебушек. У нас же есть хлеб? Ну вот!       Перед тем, как отправиться спать, некоторые, вышли на поляну возле озера, разлеглись и смотрели на звезды. Брайтсан, разбудили Лисанна и одна миловидная девушка, учившаяся на последнем году обучения. Теперь модель лежала, глядя на звезды, и ей вспомнилось, как они вчера, угадывали, на что похожи облака с Нацу. Стало чуть грустно, от того, что она сегодня мало провела с ним времени. Боясь, что обидела его этим, она твердо решила, завтра поговорить с ним.       Все разбрелись по палаткам, пытались уснуть. Кто-то сразу от рубился, от долгого пути, а кто-то вообще не мог уснуть. Хартфилия спала в палатке с Леви, последняя уже сопела в подушку, а блондинка, все думала о чем-то. Не сумев уснуть во второй раз, она вышла к потухшему костру и села на бревно. Она слышала, как стрекочут насекомые, как тот, кто не успел, уснуть, копошился в одной из палаток.       Люси подняла голову к небу и прошептала:       - Спасибо за все, мама.