И жили они... счастливо

– Катенька, Катенька! Два разгоряченных тела на белой простыне, подушки и одеяло давно слетели на пол. Тело женщины на теле мужчины, руки её упираются в его крепкую грудь, кажется, вот-вот соскользнут и она упадет, он подхватит… Но подхватить сейчас этот мужчина никого не сможет… Есть для этого веская причина. А женщина пока контролирует свои движения, они медленные-медленные, мышцы бедер напряжены и тогда, когда она в верхней точке амплитуды движения, и тогда, когда она опускается, сжимая бока мужчины… - Каааатяаааааа! – уже не сдерживаясь, завопил Андрей. Катя дотянулась до запрокинутого лица мужа, губами дотронулась до ресниц, мокрых, солёных. Потом легко поцеловала нос, миновала губы, коснулась колючего подбородка. Мимолетно подумала, что на груди опять останутся следы от его щетины. Но эта мысль надолго не задержалась – движения её убыстрялись, она поднималась и опускалась над телом Андрея теперь в совсем уж запредельном ритме, отчего окончательно потеряла возможность мыслить связно. Единственная потребность, туманившая сознание и выключающая мозг напрочь: скользить вперёд – вверх и назад – вниз, сжимать и разжимать, застывать на мгновение. И снова, и снова… Наступившая разрядка почти совпала со стоном Андрея. Когда она вернет былую ясность сознания, она, наверное, поразмышляет, о том, как удивительно они с мужем подходят друг другу. В постели. Кто бы мог подумать? Но пока она устало опустилась на него, вытянула свои ноги поверх его ног, макушкой уткнулась ему в подбородок. Он промычал что-то, видимо её волосы угодили ему в рот. Они лежали молча, тяжело дыша. Вскоре Андрей не выдержал: – Развяжи, а? Я хоть сейчас обниму тебя, домомучительница! Это же чёрт знает, что такое! Катя подняла голову, соскользнула с мужа, лукаво и довольно улыбнулась, и тихонько прошептала, приникнув к его уху губами: – В следующий раз будешь думать, прежде чем с Ромкой в футбол играть. Без меня. Весь выходной. И в сети сидеть, до четырех ночи. Вместо того чтобы… – Осознал, уяснил… Катя-а-а-а…– не развязывая его рук, она скользнула своей ладошкой по его животу, тронула пальчиком – легонечко-легонечко – чуткую плоть ниже…

***

Как он обожал, любил и просто ненавидел, эту Катину новую привычку: наказывать его подобным способом. Называется: научил на свою голову…