Божественные игрища

Дорогие читатели!

      Я прошу у Вас прощения за то, что так долго не было продолжения этого фанфика. Но у меня был очень не простой период в жизни, который пока не закончился. Временами мне хотелось просто заморозить данную историю, но я прекрасно понимала, что тогда я ее вряд ли допишу, а мне все-таки очень хочется закончить эту работу. Не могу ничего сказать о появлении новых глав, возможно они будут появляться быстрее, а может и нет, но я обещаю, что сделаю все возможное что бы закончить фанф не смотря на обстоятельства. Я надеюсь, на Ваше понимании и поддержку, ведь только они помогли мне снова вернуться к этой истории.

С глубоким уважением и миллионом извинений, Ваш Автор!

Глава7

Я знаю, кем я была сегодня утром, когда проснулась, но с тех пор я уже несколько раз менялась. Льюис Кэрролл, «Алиса в Стране Чудес» ©       Странно, но мой мир вновь разделился на время до жертвоприношения и на время после. А самое забавное во всей этой ситуации, что сейчас я словно смотрела на себя со стороны, не испытывая не особых чувств, ни эмоций. Смотрела и ничего не могла с собой поделать.       После встречи в императорском саду с герцогом Дейлом, я не раз и не два пыталась обернуться в человека или хотя бы мысленно заговорить, но все было без толку. Маг меня не слышал. Навалилось чувство безграничного отчаянья и тоски, от невозможности хоть как-то изменить ситуацию. Только Искра поддерживала во мне маленький огонек надежды, не давая совсем упасть духом.       Как она выразилась, из-за пережитого сильного эмоционального шока меня заклинило. Причем так, что не магия, не человеческая сущность никак ни хотели возвращаться ко мне. Еще моя лиса говорила, что все вернется, надо только немного подождать. И я стала ждать, а что мне еще оставалось.       Был только один плюс от существующего положения вещей. Я прочно обосновалась в покоях королевского мага, и стала кем-то вроде домашней любимицы. Меня чесали за ушком, делились мясом и пирожками, а иногда даже разговаривал. Хотя как я подозреваю, маг скорее разговаривал сам с собой, но мне было лестно думать, что он со мной советуется.       По моим скромным и ну очень приблизительным подсчетам, я появилась в королевском саду через несколько дней после случившегося кошмара. Возникает вопрос, где же я эти несколько дней шлялась? Отвечать мне никто не спешил.       Во дворце все еще стояла суматоха, как я поняла, искали меня. Но самое обидное в том, что даже присутствующий на общем совете Локус меня не узнал. Даже не почувствовал. Меня вообще все воспринимали, как обычного, хоть и довольно разумного зверька. И никто не соотносил маленькую белую лисичку, с точно такой же, только по совместительству еще и человеком. Только император Тинуириннель, в какой-то из дней посмотрел на меня и произнес:       -Странный лисенок.       -Почему? — оторвавшись на миг от какого-то жуткого на вид талмуда, спросил Шон.       Я, сцапав предложенный магом пирожок, навострила уши.       -Она не разговаривает. Совсем, — Тиану все так же меня рассматривал.       Герцог Дейл удивленно приподнял бровь, как бы прося императора пояснить свою мысль. Тот не заставил себя долго упрашивать и задумчиво продолжил:       -Все животные, не важно, к какому виду они принадлежат, общаются между собой. Это изначально заложено в них природой. У зверей помимо звуков, есть еще язык тела и запах. Так они передают друг другу информацию, но у нее нет речи, как таковой. Она не общается, а то непонятное мурлыканье, которое она изредка издает это не речь. Ее язык тела, больше похож на человеческий, и пахнет она… — мужчина на минут замешкался, но все же закончил мысль — вербеной.       Я подавилась остатками пирожка, и в изумление округлила глаза. Когда это он успел меня обнюхать. Стыд то какой. Но по сути он прав. Вербеной всегда пах мой шампунь для волос. Еще дома я добавляла в домашние шампуни пару капель экстракта из вербены, мне безумно нравился этот запах. И когда попала на Гелиану, была просто счастлива, когда узнала, что это растение растет и здесь. И не изменила своим привычкам.       Под двумя задумчивыми взглядами мне стало неуютно, и я попятилась.       -Ну, что ты не бойся, я не причиню тебе вреда — очень нежно проговорил Тиану, протягивая ко мне руку.       Я скептически фыркнула, и показательно щелкнула зубами рядом с пальцами мужчины. Этими эльфийскими штучками нас не проймешь, не на ту напал. Тот лишь вздохнул, но руку убрал. Ну не люблю, я когда меня трогают. Исключение из правил составляет только один встрепанный маг, которому я позволяю себя чесать за ушком, когда ему только вздумается. Даже императора Арденариэля я умудрилась покусать. Ну, точнее попыталась, черт бы побрал их щиты, чуть зубы не сломала.       Это случилось при первом знакомстве. На следующий день после моего триумфального появления. Королевская семья в составе: одной королевы и двух императоров, решила устроить незапланированное собрание в комнате своего придворного мага. И явившись к нему, так сказать в гости, узрели меня. Уж не знаю, о чем в тот момент думал Арден, протягивая свою королевскую длань к незнакомому дикому животному, но явно не о том, что случилось. Заметивший маневр эльфа Шон попытался его предостеречь:       -Арден, она не любит, не надо! —,но безбожно опоздал.       Именно в этот момент я цапнула Его Величество за палец, правда тут же выпустила раздраженно шипя и отплевываясь. Но надо было видеть лицо пострадавшего. Такого выражения детского удивления и обиды я еще не видела ни разу. И это был всегда уравновешенный император Арденариэль.       -Меня никогда в жизни звери не кусали, — растерянно произнес он.       Заливаясь звонким смехом императрица подошла к мужу:       -Очень больно? — весело спросила она, прекрасно зная, что драконий щит не прокусить. –Хочешь полечу?       В это мгновение в глаза императрицы зажегся шальной огонек, страсти и любви. Заглянув в глаза жене Арден произнес внезапно охрипшим голосом:       -Очень хочу!       А дальше их прервал Тиану, возвращая к делам земным, то есть гелианским.       Я вынырнула из воспоминаний и посмотрела на грозящего мне пальцем мага.       -Не шали Снежка!       Это имя он мне дал по цвету моей белоснежной шубки, долго не заморачиваясь. А мне то что. Снежка — так Снежка. Хоть горшком обзови, только в печку не ставь. Сказать своего имени я все равно не могу. Так пусть хоть так называет.       Снова фыркнула. Я не шалю, это некоторые тут руки распускают. Примерилась и запрыгнула на колени к магу, свернулась калачиком, положив голову на пушистый хвост. Шон хихикнул и почесал меня за ухом, я замурлыкала как кошка, и, приподняв голову, потерлась о его бок. Ну да, знаю, наглость сидеть на коленях у одного из самых влиятельных людей королевства, но сейчас я всего лишь странный зверек, так почему бы и нет.       -Хм, а вот тебе она позволяет себя гладить, — удивленно произнес Тинуириннель       -Ну, сначала она тоже пыталась меня укусить, но я успел ее погладить, и похоже ей понравилось. Может поэтому она мне и доверяет. Ты думаешь, что это лисенок заколдованный человек? — поинтересовался, тер Дейл, продолжая поглаживать меня по голове.       -Человек? Не знаю, не уверен. Но, то, что это не простой зверек, это точно.       Дальше их разговор перетек на другие темы, над моей проблемой они решили подумать чуть позже.       И вообще у меня создавалось впечатление, что кто-то словно отводил от меня все разговоры. Как только хоть кто-нибудь начинал сомневаться во мне, подозревать, что я не просто зверек, то его тут же перестраивали на другой лад.       Как не странно, но Искра думала так же. Посоветовавшись с ней, я решила, что не только мое эмоциональное состояние завело меня в такой тупик, но и кто-то еще очень могущественный не желает, что бы я снова стала цельной. И этот кто-то следит за тем, что бы мне никто не помог. От этого становилось очень страшно.       Еще я переживала за Локуса, хоть и была на него обижена за то, что он меня не узнал, но все равно. Последний раз, когда я его видела, он выглядел ужасно. Весь бледный, с темными кругами под глазами, казалось, даже его огненная шевелюра потускнела. И эта аура скорби и потери, просто разрывала мне сердце. Я так хотела подойти к нему, обнять, сказать, что все хорошо, что я жива, но я не могла. А еще была вина…       Вина за то, что не уберег, что не успел, что не смог помочь. От этого мое сердце разрывалось на части. Мне так хотелось быть рядом, что бы избавить его от страданий. Мне хотелось, снова услышать его веселый голос, дурацкие подколы, и милы сердцу:       -Ох, ну ты и дитя — лисенок.       Но этому не бывать. Ведь он меня даже не замечал, принимая за простого зверька. Тот, кто мне стал родным, в этом чуждом мире, сейчас безмерно страдал, а я ничего не могла с этим сделать. Это мое наказание, за глупость, за самонадеянность и за беспечность. Ведь всегда страдают самые близкие, когда мы слишком увлекаемся, когда думаем только о себе. И я очень хочу попросить прощения, и все исправить. И очень надеюсь на то, что мне все-таки выпадет этот шанс.       Тяжело вздохнув, я открыла глаза, и оказалось, что ни Тиану, ни Шона нет в комнате. Я пропустила момент, когда эти двое ушли.       С герцогом Дейлом всегда так. Сколько я у него живу, столько не устаю удивляться его энергии. Внезапно появляясь он так же внезапно исчезает. Даже ночью, казалось бы, когда все нормальные люди (а также, эльфы, драконы, и прочие разумные расы) спят, даже тогда, едва уснув, он перекидывается в ворона и улетает, в одному Матери известном направлении. Хотя не только Матери, я тоже знаю, куда летает Мрак по ночам. Но в последнее время, создается ощущение, что что-то идет не так. Маг больше не улетает по ночам, иногда хмуриться, отрываясь от очередного эксперимента, и задумчиво смотрит вдаль.       Вот и сегодня, когда вечер уже начал граничить с ночью, он вернулся задумчивый, и какой-то грустный. Рассеянно потрепал меня по голове, и, скинув сапоги, прямо в одежде завалился на кровать. Заложив руки за голову, маг просто смотрел в потолок и усиленно о чем-то думал.       Я встрепенулась в своем кресле. У нас так повелось. Я выбрала себе кресло напротив кровати Шона, что бы каждый раз перед сном глядя на него мысленно пожелать спокойной ночи. А он, в свою очередь, проходя мимо, пред сном гладил меня по голове. Но сейчас, он сделал это словно автоматически, даже не заметив меня.       Спрыгнув со своего ложа, я тихонько подошла ближе, еще минуту потопталась возле, а потом набралась храбрости и запрыгнула на кровать. Ткнулась носом в бок. Маг вздрогнул.       -Снежа? Ты чего? — повернулся набок, удивленно глянув на меня.       «Это я чего?! Это ты чего?!», — хотелось крикнуть мне, но я лишь пристально посмотрела на мужчину, слегка наклонив голову.       Но он, кажется, понял, перетянул к себе на грудь. Так мы и лежали, смотря друг другу в глаза. Он слово бы хотел, что-то сказать, а я была смущена, и одновременно обрадована этой близостью, и этим доверием. Пусть доверием к домашнему питомцу, сейчас это было не важно. Рука Шона нежно гладила меня по голове, а его глаза были так близко, что я начинала тонуть в них. Он не спешил говорить, а я не могла спросить, в чем причина его печали, что мучает его в последнее время. Где-то в груди разливалось неясное тепло и нежность, и еще какая-то щемящая тоска. Так хотелось успокоить, помочь, поддержать, но я была нема. Так хотелось, что бы хотя бы сегодня его сон был беззаботен, но что я могла. Откуда-то из самой глубины, поднялся непонятный звук, похожий на шум волн, и лишь спустя несколько минут я поняла, что эти звуки издаю я, и что это ни что иное, чем песня. Песня на чужом, не знакомом языке, песня, которую поет сама природа своим детям.       А во сне мне снился Шон, и что я пела ему, очень древнюю песню, что поет сама жизнь. О смерти, и о любви, об одиночестве и радости единства, о счастье полета, и звездах, песнь сердца и души, и еще о чем-то, очень важном, чего я запомнить не смогла.       Утро встретило меня хмурым небом, и задумчивым взглядом карих глаз.       -Доброе утро! — произнес герцог.       Вот здесь я не на шутку испугалась. Чего это он? Вроде бы никогда со мной не здоровался. Встала насторожено наблюдая за ним.       -Знаешь, мне снился странный сон, — продолжил маг не спуская с меня взгляда. — Я слышал песню, вот только языка не понял, а я могу различить все языки на Гелиане, но этот я не слышал никогда. Поэтому хочу спросить: Ты кто?       Я икнула и села на хвост. Да ладно! Не может же быть, что бы нам снился один и тот же сон. Или он попал в мой сон? Или я в его?       Но тут маг улыбнулся, своей неподражаемой улыбкой.       -Давненько я так не высыпался! Как бы там ни было, спасибо тебе.       Мне очень хотелось улыбнуться в ответ, но, к сожалению, лисья морда не предполагает наличие такого выражения эмоций, как улыбка. Поэтому я лишь радостно дернула ушами, и подставила голову под протянутую ладонь.       С этого момента что-то неуловимо изменилось. Словно рухнула стена ограждающая меня все это время от мира. Шон все с большим интересом стал вести со мной беседы, не важно что это было, его очередной эксперимент или предложением поесть. Он наблюдал за мной, и кажется искал разгадку моего происхождения. А я все чаще стала ловить себя на мысли, что мне с ним безумно весело, и что я очень скучаю, когда он куда-нибудь уходит.       Пару раз он брал меня в лабораторию, и неизменно в эти дни у нас что-нибудь взрывалось. Однажды на вопрос, что еще добавить к странному вида зелью, я, ткнула лапой в какой-то реактив имеющий нежно лиловый цвет. Шон пожал плечами и ливанул его в свою колбу. Итогом был взрыв, и радужный цвет его мантии и моей шерстки в дополнение к общему разгрому. Растерянно почесав нос, этот экспериментатор потащил меня в душ, ругаясь по дороге о том, что магию применять нельзя, иначе последствия будут не предсказуемыми.       Тогда я думала о том, что очень хорошо, что лисы не умеют краснеть, иначе быть бы мне ярко пунцового цвета. Этот…гр… слов нет! Ненормальный дракон, потащил меня вместе с собой в душ, а мое сопротивление списал на нежелание мыться. Хорошо хоть в бриджах остался, а то меня бы точно разбил культурный шок, хотя увиденного мне вполне хватило. Сбросив куда-то в угол свою мантию, маг запихал меня под струю воды, и долго пытался отмыть от последствий научных изысканий. Когда это ему, наконец, удалось, он сам изрядно вымок, с встрепанных волос капала вода. Одна наглая капелька скатилась по шее к ключице, замерла там, на мгновение, словно бы давая мне возможность рассмотреть все, а потом, как будто спохватившись, быстро побежала по груди, рельефному животу, и растворилась на резинки штанов. Кажется, в этот миг я остолбенела, и забыла как дышать.       Во все время помывки, мне было как-то не до рассматривания полуголых магов, но сейчас его герцогское святейшество, предстало передо мной во всем великолепии своей полуодетой персоны. Как оказывается много может скрывать одежда. Герцог не был худым, как можно было предположить на первый взгляд, скорее поджарым. Не слишком рельефная мускулатура, магнитом притягивала взгляд. Захотелось провести рукой по животу, со слегка выделяющимися кубиками пресса, что бы ощутить под пальцами их тепло. Кажется, я невольно сглотнула.       -Ну что ты застыла, как статуя? — вырвал меня из оцепенения объект моего пристального внимания. — Обиделась за душ?       Меня закутали в махровое полотенце и прижали к горячей груди. Это было последней каплей моего морального разложения. Очень захотелось стать человеком, и, сбросив ненавистное полотенце прижаться к столь желанному телу. Мысли роившиеся в моей голове сильно пугали своей непристойностью, а по телу разливался жар. И от этого хотелось бежать от этого человека, куда глаза глядят, дабы усыпить свои неуместные в данной ситуации желания, и фантазии. А еще, я все пыталась втолковать расшалившейся Искре что этот дракон не наша добыча. Где вообще это видано, что бы лисы охотились на драконов? И вообще, он не наш, и его в далекой северной школе ждет, еще маленькая, но очень красивая дракошка. И что он ждет ее тоже, ждет, когда она вырастет. На все домыслы разума, хвостатая нахалка только фыркала, и даже разругавшись со мной, отказывалась разговаривать.       Весь день я ходила словно обухом по голове пришибленная. Шон с тревогой косился на меня, а когда протягивал руку, я шарахалась от него словно от чумы. В итоге ему все это надоело, и вечером того же дня в покоях мага собрался маленький консилиум в лице не безызвестной императорской четы. Глядя на дрожащую меня, император Тинуириннель, с удивлением спросил:       -Ты что с ней сделал?       -Да нечего такого, просто помыл! — развел руками маг, и как я поняла, мысленно пересказал присутствующим события предшествующие помывке.       -А ты не думаешь, что лисичка могла испугаться взрыва? — Астер присела на корточки, сочувствующе глядя на меня, но руки не протягивала, и на том спасибо.       -Нет, не в первый же раз. Она вообще довольно спокойно к таким вещам относиться. Тут что-то другое. Я сначала подумал, что она на меня обиделась за душ, но уже не уверен, что это так. Она из-под кресла вообще вылезать отказывается, а если пытаюсь ее оттуда достать… — герцог демонстративно протянул руку, и я скакнула в сторону едва не врезавшись в ножку кресла, — шарахается — обреченно закончил он.       -Очень странный зверек. Дай-ка я попробую, — произнес Арден, присаживаясь рядом с женой, что бы меня видеть.       Я раздраженно дернула хвостом. Ну, вот куда он лезет? Если даже Шон не может меня успокоить, то куда уж ему. Что забыл как я кусаюсь? Словно бы прочитав мои мысли, императрица улыбнулась мужу.       -Ты уверен, что это хорошая идея? Я конечно, не против тебя снова полечить, но…       В этот момент они перешли на мысленный диалог итогом, которого стал задумчивый кивок женщины:       -Попробуй, может и получиться.       Арденариэль протянул ко мне руку ладонью вверх. Знаю этот жест, он означает приглашение, и то, что обладатель руки не имеет скрытых мотивов. Ага, сейчас, жди! Так я и подошла. А потом он заговорил. Речь лилась неспешным ручейком, и я словно завороженная подалась вперед. И очнулась лишь на руках у эльфа, дернулась, что бы вырваться, но поняла, что не испытываю никаких негативных эмоций от того что чужая рука успокаивающе гладит мою вздрагивающую тушку, успокоилась. Арден пересел в кресло, устраивая меня у себя на коленях, а я даже не сопротивлялась. Усталость этого дня навалилась на меня огромным снежным комом. Не хотелось ни шевелиться, ни думать, вообще ничего. Впервые за этот день мне было тепло и спокойно.       -Не знал, что ты так умеешь, — удивленно протянул Тиану, присаживаясь напротив родственника. — Это был эльфийский зов, я не ошибаюсь?       — Древняя магия, ей практически не пользуются сейчас, — пояснил Арденариэль, устало потерев лицо ладонью. — Расходует очень много сил. Я нашел это заклинание давно, даже не думал, что пригодится когда-нибудь. Ну что маленькая, что тебя так напугало? — ласково обратился он ко мне. Ну, вот зачем он все испортил, я едва не взвыла. Все же было так хорошо, а теперь, все события этого дня навалились на меня с удвоенной силой. Меня снова затопили смущение и стыд, и захотелось малодушно спрятаться за императора, что бы чей-то любопытный карий взгляд, не сверлил меня с такой тревогой.       Арден тем временем застыл статуей самому себе, я даже немного за него испугалась, а потом задумчиво побарабанив пальцами по ручке кресла, повернул голову в сторону мага.       -Это заклинание имеет одну особенность, — медленно начал эльф. — Оно на некоторое время связывает эмоции зовущего и идущего на зов. Я не думал, что с твоей лисой это получится, ведь у нее не было эмоционального фона, но… — император старался тщательно подбирать слова. – Но, то, что я почувствовал, это были эмоции. Очень странные, словно бы искаженные, или отраженные, но эмоции. Не могу понять точно, но напугал ее ты, это даже не испуг, но что-то очень похоже. Она тебе доверяет, и очень привязана, но словно чего-то биться. Странно. В другой бы ситуации я подумал, что это искаженные эмоции человека, но здесь… Я ни в чем не уверен. Так что попробуй с ней поговорить.       -Ну Снеж, ты чего, — маг протянул ко мне руку, и я сжалась. – Ну, это же я. — продолжал он меня уговаривать. — Ну хочешь, поклянусь, что больше никогда не буду тебя мыть! — и он тепло улыбнулся.       А и, правда, чего это я? Это же Шон. Он добрый, и теплый, и кормит меня, и у него приятные руки. Я потянулась носом к терпеливо протянутой ладони.       Меня тут же выхватили с императорских колен и пересадили на свои, почесывая за ухом. И чего я напридумывала себе какие-то страсти, да любови. Эти чувства человеческие, а я лиса. Разомлев от ласки и нежась на коленях у мага я тогда еще не знала, что именно в тот день я могла снова стать человеком, благодаря обуявшим меня эмоциям. Но день закончился, а с ними и эмоции ушли, а я так и осталась лисой, о чем в тот момент я, ни капли не жалела. Память о том, что я когда-то была человеком ощущалось как что-то давнее и такое чуждое, что и вспоминать об этом не хотелось. Было только здесь, и сейчас, и еще тепло человека, который нежно гладил меня по голове...