Бывает

В жизни очень много поворотов и развилок. Очень часто, наверное, всё-таки постоянно люди об этом не задумываются. Может это и правильно, потому что, размышляя над каждой мелочью, легко упустить и, правда, что-либо важное или стоящее. Но весь подвох в том, что человек почти не в силах отличить пустышку от настоящего – в этом и все проблемы. Молодая девушка сейчас пыталась отыскать тот момент, когда допустила ошибку, когда мелочь стала решающим фактором. Немного дрожащими пальцами кликала яростно по иконкам папок, будто они виноваты были в её оплошности. Всё её тело напряжено, хоть она и пыталась выглядеть непринужденно, склонившись перед тонким монитором. Однако скованность никак её не покидала, потому что особе было непонятно, как она всё-таки ввязалась в то, что сейчас ей предстоит сделать. Пусть и находилась в собственном доме своей гостиной, но уверенности это добавляло совсем немного. Причиной тревог являлся человек, который сейчас вальяжно сидел на диване за её спиной. Темноволосый молодой человек с тяжелым взглядом чёрных глаз наоборот был спокоен, и тревога его однокурсницы действовала на него немного странно. Он был этим доволен. Ситуация вроде бы одна и та же, но совершенно разные роли. Саске и Сакура знают друг друга не столь давно – всего полгода, как поступили в университет, а бывали часто в одной компании из-за общего друга. Брюнет поначалу считал знакомую обычной девушкой. Почти обычной, если брать в расчет цвет волос. Но потом, когда ненароком обращал на неё внимание, отметил, что иногда она ведет себя как-то слишком независимо с противоположным полом и даже грубовато. В остальное время она являлась среднестатистической девушкой со своими наклонностями и предпочтениями, которая любила посмеяться, повалять дурака и позлить подругу. Но вот прямого общения с ним каким-то образом постоянно пыталась избегать, и он не знал в чём причина. Так было до одного момента. В один из вечеров, когда большая шумная компания собралась у кого-то дома и отмечала выходные, Сакура умудрилась поспорить с Саске. И проиграла… Спорили на желание, и вроде бы Учиха всё равно было, как там считает девчонка, и он смог доказать свою правоту, но её дерзость… Так просто он не хотел это оставлять, а решил наказать, нет, скорее проучить её. Быстро оценив ситуацию, победитель озвучил своё желание – проигравшая станцует ему стриптиз. Парни тогда одобрительно загудели, девушки по-разному отнеслись к его заявлению (кто-то с завистью, кто-то с сожалением к Сакуре), но Саске ждал реакции розоволосой. Услышав свой приговор, Харуно почти незаметно побледнела и только широко распахнутые глаза выдавали её смятение и страх. Она никогда не доверяла этому человеку. С самого первого дня, как она его узнала, он не внушал доверия. Таких как Учиха стоило опасаться. Наметив и определив себе цель, он уже не отступится, как бы она далека и трудна не была. В некоторой степени высокомерие и эгоистичность его постоянные спутники. Многие девушки вокруг него желали быть с ним или провести хоть одну ночь из-за его внешности и статуса. Сакура теоретически понимала, что это не тот человек, который будет мямлить, говоря о своих чувствах, что он сам не будет терпеливо выслушивать нелепые заикания, маловероятно, что он мечтает о тихой и спокойной жизни до глубокой старости со своей любимой. Но именно он занимал все мысли зеленоглазой. Раньше девушка не замечала за собой падкости на красавцев и никак не могла себе объяснить, чем он так её задел. Сакура считала, что её идеал парня это примерно такой типаж, к которому относится Наруто – добрый, верный, понимающий. Но чем её привлек в большинстве своем молчаливый, немного высокомерный аристократ с характером самого настоящего самца, который твёрдо уверен в том, что имеет право подчинять себе людей? Ответа Харуно найти не могла и поэтому пыталась избегать брюнета, украдкой за ним наблюдая и проклиная своё сердце за то, что начинает биться чаще в моменты, когда ей это совсем не надо, точнее, когда он появлялся рядом. С другими парнями она чувствовала себя намного раскованнее и всегда без раздумий резко их обламывала, когда те позволяли себе вольности, но рядом с Саске она чувствовала себя неспособной защититься. О нём она часто думала на парах и перед сном, пыталась понять характер и услышать как можно больше о его прошлом от подруг, но в тоже время он раздражал её тем, что имеет над ней какую-то власть. Власть влезать в голову и оставаться там надолго, вести себя несвойственно, отказываться от внимания других парней. За это она его стала тихо ненавидеть, особенно после того, как он озвучил своё желание после проигранного спора. Наверное, можно было бы всё исправить, если б она сразу начала действовать, но тогда девушка впала в ступор, когда он смотрел ей прямо в глаза, пытаясь понять, что же на самом деле творится в её душе. Если бы она сразу начала протестовать, то возможно просто бы отказалась от своих слов, плюя на мнение других о себе, но выпуталась бы из очень неприятной ситуации. Однако Сакура упустила момент и очень жалела об этом сейчас. Девушка поставила условие, что танцевать будет у себя дома, так как эту территорию считала для себя намного безопасней, чем его квартира или дом. С самим исполнением «красивого раздевания под музыку» проблем не было – Харуно пару лет назад окончила танцевальную школу, в которую её из года в год упрямо таскала лучшая подруга. А вот человек, перед которым она, хоть и не полностью должна была обнажиться, загонял холод под кожу и леденил кровь в жилах одним взглядом, брошенным словно ненарочно. Его спокойствие заставляло нервничать и считать себя, абсолютно ничего не знающей в этой жизни. Оделась Сакура принципиально просто потому, что соблазнять Саске не собиралась - легкая кофточка бледно-сиреневого цвета на маленьких пуговичках, не оголяющая живот, простая синяя юбка приличной длины и никаких чулок, корсетов, боевого раскраса, которые могли бы дать хоть один нелепый намек. Музыку подобрала не быструю и не медленную, без многозначных намёков в тексте и самом звучании мелодии. Девушка всем своим естеством противилась тому, что должна сделать, но теперь глупо возражать в секунде от неизбежного. Саске самостоятельно приглушил слишком яркий свет, который раздражал глаза. Теперь в комнате было подобие полумрака, что розоволосую напрягало ещё сильнее – темноте она никогда не доверяла, пусть и гнала от себя детский страх. Вспомогательным атрибутом Харуно сделала стул, который как ей казалось, служил некой гранью, преградой между ними. Несколько вдохов-выдохов, первые секунды мелодии девушка стояла неподвижно, пытаясь сосредоточиться только на музыке. Затем немного оторвавшись от реальности, поймала ритм, начиная своеобразный танец, за которым она пыталась скрыть истинные эмоции. Двигаясь немного скованно, всё больше уходила в себя. Взмахи руками, полуповорот, легкий прогиб – всё вовремя и в меру. Темп композиции стал ускоряться, и Сакура тоже не отставала, почти незаметно расстёгивая пуговицы на кофте. Время стало тягуче карамельным, почти осязаемым, и будто бы вовсе остановилось. Дышать было трудно, но в теле чувствовалась необыкновенная легкость. Саске смотрел внимательно, следил за её плавными и необыкновенно точными движениями. Было в этом что-то необычное, притягивающее. Никакой попытки соблазнения, ни одного многозначительного взгляда, наоборот, глаза лишь чуть приоткрыты. Если бы она знала, что это заинтересует его ещё больше, заставит желать не только её тело, а всю целиком, чтобы попытаться понять её натуру. И вот снова она прогнулась немного, отвела руки назад и верхняя часть одежды легко соскользнула на пол, и в этом не было и капли пошлости. Слишком красиво, необычно. Сочетание лебединой грации и словно бы отчаяние покоренной пантеры. Им же покоренной. Вдохнув полной грудью, зеленоглазая расстегнула молнию на юбке. Пара поворотов вокруг себя и остановка, вещь упала на пол. Стоя к нему спиной, наклонила голову назад в попытке скрыть тело от его взоров. Волосы, что были чуть ниже лопаток, коснулись поясницы. Как же она боялась вновь повернуться к нему. Боялась, потому что чувствовала внутри какой-то странный трепет, чувствовала, что её тянет к нему. Как ни странно, но она была очень благодарна ему за то, что на его лице не проскользнуло и тени ухмылки. Брюнет не делал ничего, что могло бы её смутить, но Сакура где-то в глубине души начала осознавать, что ей нравится танцевать для него, и из-за этого на щеках появился румянец. Между ними словно бы пролегли разряды. Колючие, но и тянущие друг к другу, раскаляющие атмосферу. Ей уже плевать, что теперь она перед Учиха лишь в нижнем белье, а он безотрывно следит за её силуэтом, который словно бы стал растворяться в горячем воздухе напряжения. Пара плавных движений и она замерла на месте, как и потухшая мелодия. Сакура была уже не в силах сдерживаться и поэтому дышала шумно, глубоко вдыхая такой необходимый кислород. Во внезапной тишине шум дыхания был слышен очень отчетливо. Харуно как-то и не вспомнила о том, что на этом её наказание закончено. Девушка лишь пыталась хоть как-то привести в порядок свои чувства. Только вот Саске знал, что на этом всё никак не может окончиться. Не так быстро. С одной стороны он совершенно не понимал своего состояния, а с другой абсолютно точно знал, чего хочет. В этой девушке определено было что-то такое, что ему с одной стороны жутко не нравилось, а с другой влекло необъяснимо. Брюнета бесила её грубость в общении с парнями, иногда почти и не девичье поведение, но этим вечером она вела себя совершенно по-другому. Сейчас всем своим видом показывала, что растеряна и нуждается в защите. Это подкупало и тешило самолюбие, потому что именно с ним недотрога являлась такой. В этот самый момент смотрела пристально, с некой долей страха, ожидая его дальнейших действий. Сакура не то чтобы не хотела отводить взгляда, а просто не могла. Физически для неё это было невозможным. Учиха медленно протянул к ней руку, ладонью вверх, приглашая подойти. От этого жеста розоволосая вздрогнула, но не двинулась с места. Она абсолютно точно знала, что ей надо срочно выйти из комнаты, привести себя в порядок и навсегда забыть об этом инциденте. Только вот что-то внутри противилось такому ходу мыслей и толкало к нему. Сакуре очень хотелось действовать согласно здравому смыслу, но ещё больше девушка желала всё-таки послушаться и подойти к нему. И вот… несмелый шаг. Невидимые нити потянули крепче и заставили сделать ещё пару шагов. А дальше она не могла остановиться. Подойдя на катастрофически близкое для неё расстояние, вложила свою ладонь в его. Крепко сжав руку, Саске спокойно потянул девушку на себя. Сакура почти упала на диван, упираясь в него коленями, немного возвышаясь над брюнетом и положив ладони на его плечи. Происходящее было для неё вовсе ненастоящим, а каким-то дурманом, наваждением. Поэтому она никак не отреагировала, когда парень, проведя рукой по изгибу плеча, запустил руку в волосы и притянул к себе. Только когда губы соприкоснулись, Харуно смогла вынырнуть в реальность. Но вот разрушить почти волшебное для неё мгновение не сумела. Розоволосая в глубине души признавала, что хотела, чтобы он её целовал, хотела, чтобы обнимал. Саске целовал медленно, продлевая удовольствие и понимая с какой-то тихой радостью, что если эти губы и целовали, то очень мало. Проведя языком по нижней губе, коснулся её язычка, с удовлетворением чувствуя, как по её телу пробежала дрожь. Теперь он вовлек её совершенно в другой танец. Танец, который возбуждал его ещё сильнее и наверно также потому, что сейчас она была лишь в одном белье прижата к нему. Поцелуй не мог бы дать ему все, что он сейчас хотел от неё, а зеленоглазая отчаянно нуждалась в кислороде. Осторожно, чтобы не спугнуть, Учиха уложил её на диван, устраиваясь сверху, готовясь пресечь все попытки к бегству. И Сакура предприняла эти попытки, когда чуть отдышавшись, в затуманенном сознании сложила единую картину происходящего. Испугалась, почувствовав на шее приятные ощущения от прикосновения его губ, и зная, к чему это может привести. Только после этого стала вырываться. Пытаясь скинуть его с себя, коря за то, что поддалась, за то, что вообще подошла. Себе лишь хуже сделала в будущем болезненным воспоминанием. Ругала себя за глупость, непредусмотрительность, за то, что полюбила человека, к которому ей лучше вообще не приближаться. - Отпусти меня, уйди, - Сакура хотела расплакаться от обиды, от невыносимо горького ощущения внутри. Перед глазами стало предательски мутнеть от соленой пелены. - Тише-тише, - вполголоса проговорил Учиха и, не собираясь её отпускать. Он был возле грани, доведен ею же до кондиции. Никакие уговоры, мольбы, угрозы не смогут его переубедить не делать того, что он так сейчас желает. И этот её беспомощный вид, её слабость, которую она скрывает ото всех, только усугубляют положение. – Тебе нечего бояться. - Мне тебя стоит бояться! – выкрикнула зеленоглазая, уперев ладони ему в плечи и пытаясь отдалить. – Ну, отпусти же, пожалуйста, - отвернулась, что бы он не увидел слез, что стали катиться по щекам, против воли, раздражая кожу. - Знаешь же, что не отпущу, - брюнет обнял строптивицу, вынуждая её сделать тоже самое. «Тебя стоит бояться» - теперь он понял, что Сакура к нему неравнодушна. Это интересно и опасно. Опасно потому, что не знает, как дальше она будет себя вести. И почему она такая сложная? И именно из-за того притягательная. - Зачем тебе всё это? – немного справившись с собой, тихо спросила розоволосая. – Я не хочу быть девушкой на одну ночь. Мне становится противно только от одной мысли об этом. Потом я сама себе буду отвратительна. И всё из-за какой-то минутной слабости. Причём не моей. Я себя уже тысячу раз корила, за то, что поспорила. Чёрт меня дернул. Я выполнила желание – мы квиты. Уходи теперь. - Всё не так просто, как ты думаешь, - Саске хотел поцеловать её, но девушка отвернулась. Тогда парень провёл кончиком языка по ушной раковине, а потом спустился к синеватой жилке на шее. – А ещё ты меня заинтересовала явно не на одну ночь. Откуда у тебя такие феминистические наклонности? - Не твоё дело, - от бессильной злобы Сакура снова начала ерзать, стремясь скинуть с себя этот груз. - Не на одну, так на две. Это что-то меняет? Для тебя это всё равно будет развлечением, забавой, ну а что мне прикажешь делать? Быть очередной брошенной тобой? - Ты обо мне плохого мнения, если считаешь, что я меняю девушек каждую ночь. – Учиха заставил её посмотреть ему в глаза. – Я так же как и ты не одобряю связи-однодневки. Да и постоянных девушек у меня было не так много, чтобы считать меня бабником. Ну, а ты? Чего ты добиваешься своим поведением с противоположным полом? Ищешь того единственного, но сама отлично понимаешь, что время летит только вперед. - Повторяю ещё раз: это не твоё дело, - Харуно пыталась вложить в слова как можно больше негативных чувств, но, увы, получилось плохо. И не было той уверенности, которая так нужна ей сейчас. – Я не верю во внезапную заботу с твоей стороны. Ты для меня абсолютно чужой человек. - Так почему же твоё сердце бьётся так быстро? - немного приподнявшись, Саске положил ладонь на грудь девушки. Сакура открыла было рот, чтобы снова парировать, но внезапная догадка заставила её замолчать. Он всё понял. И в этом не было никаких сомнений. Девушка осознала, что её загнали в угол и, нет у неё ничего, что помогло бы выпутаться из этой ситуации. Ей бы нужно было учесть прошлый опыт: спорить с ним бесполезно. - Раз ты молчишь, значит, мои предположения верны, - брюнет провёл рукой вдоль тела девушки. И сопутствующая этому дрожь на её теле, являлась красноречивым доказательством. – Но снова хочешь отрицать, верно? Мне это уже надоело – всякому терпению приходит конец. Саске снова поцеловал её с некоторой долей раздражения, чуть грубее, хоть и не собирался причинять боль. Их полемика всё равно ни к чему путному не приведёт, да к тому же Харуно жутко упряма. Это только сильнее его возбуждало, хоть ему больше нравилась её слабость и беззащитность, даже растерянность, а не напускное равнодушие и грубость. Да и не сильно она стала ему сопротивляться, хоть и ощутимо стучала кулачками по его груди. - Хм, сколько страсти, Сакура, - брюнет стянул лямку лифчика и поцеловал ключицу, не обращая внимания на протесты. - Иди к чёрту! – зеленоглазая злилась сильнее из-за того, что ей нравились его действия. И в этом в первую очередь она винила его. Ведь он явно не собирался останавливаться, но ведь вряд ли он догадывается, что… - Саске, прошу, остановись, - голос немного задрожал, а тон стал намного мягче. Парень с некоторым непониманием посмотрел на розоволосую, вопросительно приподняв бровь. – Я девственница, - произнесла на выдохе и отвернулась. Учиха хоть и ожидал от неё многого, но всё же удивился. С такой внешностью в девятнадцать лет она умудрилась остаться девственницей? До этого он был твердо уверен, что ей кто-то воспользовался, а потом бросил и из-за этого она так ведёт себя. Теперь и понятно её сопротивление, но абсолютно не понятно, почему она такая… Принципиальная? Глупая? Странная? - Прости, но я всё равно не остановлюсь, - Саске заправил розовую прядь за ухо и повернул лицо девушки, чтобы посмотреть в глаза. Но Харуно зажмурила их крепко, зато он смог лицезреть красные щеки и чуть подрагивающие губы. – Тем более что и потом не собираюсь сразу отпускать. - Так не бывает. Я не верю тебе. - И не надо. Ты даже себе не веришь, - парень погладил щеку розоволосой, а потом повёл дальше к талии и остановился на бедре, поглаживая его. Ему уже жутко надоело ждать. Если бы он не знал, что она девственница, то был более настойчивым. Низ живота уже давно скрутил горячий узел желания, и теперь ему стоило больших усилий держать себя в руках. Целуя шею и слегка прикусывая бледную кожу возле уха, Саске заметил, что Сакура больше не сопротивляется. Наоборот, будто бы обмякла, потеряла все силы и теперь смиренно ждала. Ему понадобится много времени, чтобы привыкнуть к таким контрастным перепадам настроения. Прикусив губу девушки, брюнет заставил её вздрогнуть и приоткрыть плотно сжатые уста. Парень легко водил руками по её телу, поглаживая и вынуждая расслабиться. Сакура, которая уже давно поняла его намерения и то, что переубедить его крайне сложно, хотела просто, чтобы это всё быстрее закончилось. Но к своему удивлению она понимала, что не может назвать его насильником или мерзавцем, потому что все, что он делал, было для неё приятным, хоть она и пыталась этого не показывать. Это сразу бы сказало о её поражении. На диване было тесно и очень неудобно. Это не волновало Учиха до поры, до времени. Однако теперь ему нужно было больше пространства, когда розоволосая, наконец, перестала брыкаться. Саске воспользовался её временным замешательством и, взяв на руки, понёс в спальню, которая отыскалась довольно быстро. Положив девушку на кровать, брюнет навис над ней, готовясь к новой волне сопротивления. Её не последовало. - Я думала, что близость у меня будет только с любимым человеком, - Сакура отвела взгляд, сделав попытку обмануть парня, заставить усомниться в его догадке. - Тогда тебе не о чем беспокоиться, - он не повёлся. – Перестань усложнять всё. Тебе же на самом деле надоело быть недотрогой, верно? - Даже если и надоело, то это не повод ложиться в постель с первым встречным. - Ты и сама прекрасно знаешь, что я для тебя не первый встречный, - сев на бёдра девушки, Саске снял с себя рубашку. Харуно покраснела. Хоть она и пыталась отвести взгляд, но любопытство брало своё и, поэтому девушка бросала на него взгляды из-под полуопущенных ресниц. Учиха, наклонившись, поцеловал её, а затем раздвинул коленом ноги, устраиваясь на ней. Соприкосновение обнаженной кожи вызвало в девушке какой-то странный трепет. Мало того, к животу стал стягиваться весь жар, что накопился за этот вечер. Своего состояния Сакура никак не могла понять. Вообще-то он делает всё против её воли, но она же не сопротивляется. А если подумать, то сопротивление ни к чему не приведет. Положительному, по крайней мере. Саске, увидев некоторую отрешенность во взгляде девушки, нахмурился, а потом медленно провёл языком от шеи до груди. Розоволосая вздрогнула. Брюнет незаметно ухмыльнулся и, немного потрудившись, снял с девушки белый лифчик, что оказалось не так просто сделать. Сакура пыталась удержать кружевную ткань, считая её своей последней защитой. Когда её всё-таки устранили, девушка прикрыла руками грудь и отвернулась. - Ты жутко странная, - парень выдохнул на изгиб шеи, спускаясь к груди. Давить он на неё сразу не собирался, поэтому не убирал её рук. - Потому что не ложусь под каждого намекнувшего на секс? – огрызнулась Сакура. - Твоя бессмысленная бравада раздражает, - Саске стал стягивать с девушки трусики. Розоволосая сразу же положила свою руку на его, препятствуя нахальным, на её взгляд, действиям. – Перестань казаться сильной. Тебе это не нужно. - Не тебе решать, что мне нужно. - Перестань сопротивляться и поймёшь как хорошо женщине, покорившейся мужчине. И это не только в плане секса. Тебе не нужно самой принимать решения и находить пути избавления от проблем, - Учиха заставил Сакуру посмотреть ему в глаза. – Ты не должна быть сильной. Признай, что хочешь всё-таки, чтобы о тебе заботились и опекали, ты хочешь чувствовать себя защищённой. Так ведь? Харуно не могла сказать и слова, потому что была потрясена. Он за такое короткое время смог увидеть в ней то, что она старалась спрятать как можно глубже. Ей в детстве хватало насмешек и издевательств и, потому решила, что станет сильной и независимой несмотря ни на что. Но Саске несколькими словами заставил сомневаться в правильности решения. Он сумел сделать так, что она стала ему против своей воли верить и тянуться ещё сильнее. Внутренние противоречия разрывали на две части. Так хотелось послушать его, но потом ведь может быть очень больно. А с другой стороны, когда она решится жить по-настоящему, не боясь на каждом шагу допустить ошибку? Может, стоит именно сейчас прогнать страхи? В худшем случае у неё останется хотя бы опыт. Отведя взгляд в сторону, Сакура нерешительно протянула руки, обняв Саске. Сложно было снять с себя такую привычную маску напускного равнодушия и броню ненастоящей силы. Да, он прав. Она хочет чувствовать себя в безопасности, хочет быть под защитой. Только она не верила, что он собирается дать ей это. Когда брюнет почувствовал кожей упругую грудь девушки, что сейчас была тесно к нему прижата, то мысленно стал себя уговаривать не торопиться. Этой девчонке следует доказать, что во многом она всё-таки ошибается. - Только сегодня, - тихо прошептала розоволосая, убеждая скорее себя, чем его. Саске ничего не ответил. Его мысли находились в таком же беспорядке. Лучше было бы, если б их не было вообще. Однако возбуждение, уже укоренившееся в его теле не давало возможности отвлекаться на что-либо другое кроме сложной девчонки под ним, доверчиво обнявшей. Проведя руками вдоль стройного тела, парень, приподнявшись, всё-таки снял с неё последнюю вещь. Сакура только прерывисто выдохнула, пытаясь свести ноги, и стала гладить его по голове, путая итак непослушные волосы. Учиха медленно стал поглаживать внутреннюю сторону бедра девушки, расслабляя. Поцелуй справился с этой задачей лучше. До этого неподатливые губы теперь полностью покорились его власти, руки не отталкивали. Никакого протеста не было вообще, но Саске нужно было, чтобы она стала желать его так, чтобы было плевать на предрассудки и условности. Сакура вздрогнула, когда брюнет сжал грудь, большим пальцем массируя уже твёрдый сосок. Выгнулась навстречу и почувствовала его возбуждение, когда он, обняв одной рукой, крепче прижал к себе. Она млела от его ласк, полностью теряя рассудок. Прикосновения были обжигающими и такими приятными, что уже хотелось стонать громко, а не прикусывать губу. Когда же Саске проведя по плоскому животу, спустился и стал поглаживать нежные складки, девушка широко распахнула глаза и не смогла сдержать протяжного стона. Вцепившись в его плечи, розоволосая стала жадно глотать воздух, пытаясь не утонуть в новых ощущениях. Там, где находилась его рука, было горячо и мокро. Брюнет продолжал поглаживать то невесомо, то ощутимо надавливая на клитор и вызывая новые стоны, которые Харуно уже и не пыталась скрыть. Учиха не соврал. Сакура и правда чувствовала себя невыносимо хорошо, покорившись ему. И теперь его слова не казались сладкой ложью. Она поверила ему. И странные, как казалось самой девушке, чувства к нему обострились словно приступ неизлечимой болезни. Хотелось быть с ним, больше не расставаться, никому не отдавать. Приподнявшись, Саске снял с себя оставшиеся вещи. Он не собирался предупреждать её о боли. Зачем? Она итак знает и именно поэтому напряглась, когда горячая головка коснулась её лона. Парень, легко поцеловав тонкую шею, с некой собственнической ухмылкой отметил, что всё-таки он будет первым у этой недотроги. Зная, что боли не избежать, старался причинить её как можно меньше. Когда уже член стал упираться в тонкую преграду, резко подался вперёд, чтобы не угнетать её ещё и ожиданием. Вскрик, а потом и тихое поскуливание, заставили брюнета остановиться, хоть он тяжело дыша и опустив голову ей на плечо, хотел сорваться, чтобы получить нужную разрядку. Слишком долго она заставила его ждать. Когда Сакура затихла, парень начал движение. Болезненное трение приносило девушке дискомфорт, чего нельзя было сказать о Саске. Теснота делала его ощущения ещё ярче и острее. Размеренные толчки, сбивающееся дыхание брюнета и его горячие поцелуи на шее хоть немного отвлекали от боли. Зеленоглазая пыталась абстрагироваться, чтобы не чувствовать. И постепенно её вроде бы стало меньше или же она привыкла к ней. Только когда в низу живота снова появился тот томительный жар, который Саске разжег в ней ранее, Сакура почувствовала первые нотки удовольствия. Теперь захотелось снова крепче к нему прижаться. Девушка неосознанно обхватила ногами его торс и обняла за шею. Только сейчас поняла, что разодрала ему спину в волне боли. Учиха услышав, что розоволосая стонет уже не от боли, сорвался на более быстрый темп. Ему нравилось, как она ведёт себя, когда не притворяется: отдаётся полностью, не сдерживается. И этот растрёпанный, невероятно манящий образ ей шёл намного больше. В порыве страсти Сакура мотала головой из стороны в сторону, вгоняла ногти в его кожу, прикусывала губу при поцелуе. Она желала его так, как никого больше не сможет желать. Таких эмоций, чувств девушка ещё не испытывала и была благодарна Саске за них. И за то, какое наслаждение её накрыло, когда она испытала оргазм. Всё вокруг померкло и прошлое показалось серым смазанным пятном перед тем, что она сейчас испытывала. Учиха кончил сразу же за ней, излившись на край кровати. Когда дыхание стало восстанавливаться и сердцебиение приходить в норму, розоволосая заснула. Брюнет, укрыв их одеялом, лёг удобнее, не сдерживая довольной улыбки. Почему-то это он засчитал себе как победу. Неприступная на первый взгляд девушка оказалась совсем другой на самом деле. Что ж, у жизни много сюрпризов. Но мысли донимали парня совсем недолго. Сон сморил и его. Ночью к ним не приходили сновидения и несколько часов пронеслись очень и очень быстро. Казалось, только недавно закрыли глаза, а уже утро. Сакура проснулась с мыслью о произошедшем. Какие чувства она при этом испытывала, описать не могла. Здесь был самый настоящий коктейль из неверия, страха, странной радости и боли. Розоволосая была уверенна, что он уже ушёл. Конечно, получил, что хотел и больше не будет задерживаться. Но как ни странно, Харуно его ни в чём не винила, была благодарна за проведенное время. Однако неприятное чувство в груди заставило скрутиться клубочком и сжать крепко край одеяла, не открывая глаз, чтобы не возвращаться теперь в постылую реальность. Любить меньше она его не перестала, даже наоборот. И именно поэтому захотелось разреветься по-женски, в голос. Первая слеза скатилась быстро, прочертив дугу на щеке и закончив свою жизнь на подушке. Аккуратное прикосновение заставило Сакуру испугано вздрогнуть и открыть глаза. - Не реви, - парень лежал напротив неё, внимательно смотря в глаза и стирая влагу с щеки. Он проснулся немного раньше и сразу заметил её пробуждение. - Ты не ушёл? – на выдохе полушёпотом спросила розоволосая. Она не могла поверить, что он всё ещё здесь, что не ушел просто так. Смотрела в его глаза и не находила сил отвести взгляд. - Нет, - Саске всё-таки ответил на столь очевидный вопрос. – Я же говорил тебе, что не использую девушек себе в угоду, как ты считаешь. И ты будешь со мной точно до тех пор, пока я, наконец, разгадаю тебя, смогу понять. - Но-о-о… - Не перебивай, когда я говорю, - Учиха нахмурился. – Пока ты будешь со мной, не смей даже смотреть на кого-либо другого, - продолжил брюнет и, договорив, подтянул к себе девушку и обнял, вдыхая запах волос. – Я хочу приручить тебя. Сакура не знала, что на это ответить, потому что пребывала ещё в некотором шоке. Во-первых, он не ушёл, во-вторых, говорит, что она должна быть с ним. И почему-то ей и не хотелось прекословить ему. С ним сейчас она и правда чувствовала себя защищенной. Разве это плохо? Определенно нет, пусть она и не понимала, почему он так решил поступить. Наверное, и правда, в жизни так бывает.