Японский для начинающих

Флэшбэк - Исаму-сан? - мужчина пришел домой намного раньше обычного, вызвав недоумение и даже страх Кэла. Юноша жил в доме японца уже достаточно долго, чтобы понять привычки хозяина - как правило, тот возвращался поздно, ужинал, а затем отправлялся в спальню. Ему нравилось получать массаж, а затем старательный жаркий минет, и лишь после этого он мог взять своего юного любовника. Или же отправить того в душ и приказать лечь спать. Само собой, в такие ночи Кэл сам заботился о своем удовлетворении. Иногда японец мог проснуться среди ночи - тогда он овладевал блондином нежно, даже осторожно - хоть парень и не мог спать, он старался не шуметь, искренне кайфуя от такой нежной власти хозяина. А вот в те дни, когда Исаму возвращался домой рано, юноше приходилось туго. Обычно мужчина был взвинчен до предела, и гонял мальчишку по кровати так жестко и требовательно, что на утро Кэл мог ходить лишь в раскорячку. Вот и теперь, видя, что на часах всего три часа дня, а мужчина уже дома, блондин испуганно заспешил к нему навстречу, чуть не навернувшись о ковер. - Добрый день, господин, - Ники возникла между ними, поклонившись и забрав плащ хозяина. - Обед готов, прошу вас в столовую, - вот уж чьему спокойствию Кэл не уставал удивляться. Девушке попадало куда чаще, чем прочим людям Исаму - за любую их провинность отвечала она, за любую оплошность мужчина выговаривал ей так, что даже суровые телохранители дрожали. А Ники лишь покорно кивала, кланялась и обещала всё исправить. И исправляла, всё так же сохраняя непроницаемое выражение лица. - Вы сегодня так рано, сэр, - Кэл пролез между хозяином дома и девушкой, поклонившись и поцеловав руку своего любовника. - Идём обедать, я голоден, - голос Исаму звучал вполне спокойно, и юноша даже удивился, а уж когда пальцы мужчины потрепали его по волосам, то и вовсе чуть не выдал себя растерянным стоном. - В чём дело? - Вы очень добры, господин, - мягко проговорил блондин, вместе с японцем направляясь в столовую. - Могу ли я помочь вам расслабиться? - Поешь со мной, это приказ, - Кэл послушно кивнул, стараясь скрыть удивление за улыбкой. Обед был куда плотнее того, что блондин видел обычно - Ники или любой другой дежурный по дому, всегда точно знал, будет ли Исаму-сан к этому приему пищи, и если шеф задерживался, то готовили что-то простое и легкое. Сейчас же всё было сделано так, словно на обед ожидалась по меньшей мере особа королевской фамилии. Кэлу стало обидно - его никогда не предупреждали ни о чем, кроме разве что редкого “приготовься ублажать господина всю ночь, он явно не в духе”. - Рассказывай. - Что именно, господин? - блондин смущенно улыбнулся, сидя рядом с хозяином дома и настороженно поглядывая на охранников японца. - Что угодно. Хочу послушать твою болтовню, - равнодушно сообщил Исаму-сан, жестом показав своим людям идти отдыхать. Вскоре в обеденном зале остались лишь они с Кэлом, Ники и несколько человек, решивших воспользоваться возможностью и пообедать. - Простите, сэр, это очень неожиданно, - пробубнил юноша, стараясь придумать хоть какую-то тему для беседы. Он практически не выходил из дома японца, общался только с Ники и лишь пару раз смотрел телевизор, но и там не было ничего примечательного, о чем можно было бы рассказать хозяину дома. - Мне казалось, ты довольно разговорчив. Помнится, такую сказку мне рассказал при нашей первой встрече. - Когда голоден и боишься остаться на улице ночью, то ещё и не на такое пойдешь, - заметил блондин, прикусив губу и поймав на себе недовольный взгляд Ники. - Простите, сэр. Вы осчастливили меня своим вниманием, а я... - Почему ты оказался на улице? - Кэла удивил этот вопрос, но оставить его без ответа юноша не посмел. - Я был неудобным ребенком, сэр. Не слишком умный, не слишком послушный, гей до кончиков ушей, - это была не самая приятная для блондина тема. - Это повод оказаться без крыши над головой? - Мой отец испытывал ко мне сексуальное влечение и несколько раз, выпив, избивал меня и порывался изнасиловать. А протрезвев питал такую ненависть, что после очередного раза выгнал меня на улицу в одном белье, - Кэл покраснел, уткнувшись взглядом в тарелку, ощущая такое омерзение к своему прошлому и себе самому, что хотелось заплакать. - Простите меня, сэр, это явно не то, что вы желали слышать. - Ты решил прикинуться шлюхой, поскольку твой отец питал к тебе интерес? – Исаму нагло игнорировал попытки собеседника свернуть разговор. Он благосклонно улыбался, и взгляд его черных глаз придавал Кэлу сил. - Он часто говорил, что если я пойду на панель, то буду неплохо зарабатывать. У меня всегда был имидж дорогой шлюхи, господин. - Совершенно не оправданный, - мужчина нахмурился, жестом показав Ники налить чай. – Ты ещё учишься, верно? - Должен бы… - этот вопрос Кэл не обдумывал, и уж тем более не ожидал такого вопроса от своего любовника. – Я жил в другом городе, сэр. Не думаю, что вернусь туда. Да и… Не уверен, что есть смысл тратить время на образование. - И что ты намерен делать? – казалось, ответ юноши всё же вызвал раздражение японца. Его брови нахмурились, и блондин, опасаясь нарваться на наказание, постарался свести разговор на более безопасную, по его мнению, почву. - Пока я могу удовлетворять вас - быть вашей послушной шлюхой, сэр. Надеюсь, я смогу оставаться интересен вам достаточно долго. А после этого… Если вы выставите меня на улицу, то, наверное, начну соответствовать образу. - Глупо, - тон мужчины был сердитым, недовольство отразилось на его лице, и Кэл испуганно задрожал, опустившись на колени возле своего стула. - Простите меня, сэр. Я ужасно себя веду и посмел рассказывать о своих проблемах... – пусть это и было желание Исаму-сана, но юноша был уверен, что вина его заключалась именно в этом. - Встань, - кинул японец, жестом подозвав Ники ближе к себе. Он всё ещё был зол, голос его звучал холодно и опасно, и Кэл уже начал мысленно прощаться с жизнью. - Я отъеду на несколько часов, пусть парни отдыхают, шофер не понадобится. - Да, господин, я подгоню машину, - ровно проговорила девушка, поклонившись и уйдя прочь. Никаких эмоций на её лице не отразилось, и Кэл в очередной раз позавидовал этой её способности. - Простите меня, господин... - Одевайся, поедешь со мной, - приказал Исаму-сан, теперь уже обращаясь к своему любовнику. Юноша шокировано распахнул глаза, но спорить не посмел. Сменив шорты на джинсы и собрав светлые волосы в “хвост”, он выскочил в холл, где его ожидал японец. - Я готов, сэр. - Прекрасно. Сегодня ты будешь меня развлекать весь день, - проговорил японец, усмехнувшись растерянному выражению лица блондина. Юноша не решился спрашивать, а Исаму не спешил ничего объяснять - сев в машину, мужчина направился прочь от дома, а Кэл сидел рядом, наблюдая за любовником и гадая, что тот задумал. Конечно, он допускал, что такому человеку, как Исаму, ни по чем законы, и он может захотеть чего-то экстремального, но представлять себе это блондин опасался. - Сэр, простите, что испортил вам настроение, - парень сделал ещё одну попытку, робко облизнув губы – он не решался прикасаться к мужчине без его дозволения на то. - Уверен, ты загладишь свою вину и не раз, - ровно ответил японец, не отводя взгляда от дороги. Юноша понял эту фразу буквально и, дрожа от страха, подался ближе, коснувшись губами шеи Исаму-сана, мысленно молясь всем известным ему богам, чтобы самообладание не изменило ему. - Я... Прямо здесь, господин?.. - Эй, жить надоело? Сиди ровно, я сам скажу тебе, что делать и когда, - раздраженно шикнул на него Исаму, кинув на мальчишку опасный взгляд. - Вам это нравится, сэр? - тихо спросил юноша, надеясь, что этот вопрос не разозлит мужчину. Обычно тот сам требовал, чтобы Кэл молчал, или же чтобы говорил, и блондин искренне не мог понять, что ему делать теперь. - Что именно? - кажется, японец был настроен вполне миролюбиво, и его раздражение было не таким, как обычно. Он словно ожидал от юноши чего-то, чего Кэл никак не мог понять. - Говорить людям, что они должны делать. Руководить. Вам доставляет удовольствие полный контроль над всеми? - Ты только теперь заметил это? - мужчина усмехнулся, и Кэл с удивлением заметил, как разглаживается лицо его собеседника. - Могу я... Задать вопрос, за который вы, возможно, пожелаете меня наказать? - Сегодня я разрешаю тебе нести любую чушь, которая только приходит в твою голову. - У вас нет женщины... В Америке, или же вообще? Вы не носите кольца, но я не знаю... - Я не женат и у меня нет девушки, если речь о том. - Это странно, сэр. - Моя работа не оставляет времени на отношения с девушками, ты сам это видел. - Но на меня же у вас есть время. - На секс после работы и редкие разговоры за ужином. Вот уж мечта любой девушки. - А мне нравится, - мило улыбнулся блондин. - Ваши сила и власть сводят с ума. Но если порой видеть вас усталым, расстроенным или же довольным, то и вовсе невозможно сохранить рассудок. - Вот уж не думал, - фыркнул японец, но речь Кэла явно доставила ему удовольствие. - Мы приехали, - добавил он, остановив машину у торгового центра. Юноша удивился, но комментировать не стал, послушно вылезая на улицу. - Вы хотите что-то купить, господин? - Да, верно, - кивнув, японец направился вперед, и блондину оставалось лишь поспешить за ним. - Начнем отсюда, - Исаму практически втолкнул юношу в первый отдел. Судя по тому, как всё было обставлено, Кэл мог предположить, что вещи тут более чем дорогие, однако было бы странно, одевайся такой человек в масс-стоке. - Что именно вы хотите, сэр? Я могу вам помочь с выбором, если нужно... - Тут есть консультанты, - Исаму сел на диван, и тут же подле него возникла миловидная девушка. - Подберите повседневную одежду для этого юноши. Чтобы было красиво, стильно и украшало его. Кэл шокировано распахнул глаза, не совсем понимая, что происходит и при чем тут вообще он. Очнулся парень лишь когда его впихнули в примерочную, оставив кучу вещей на вешалках. Джинсы, рубашки, футболки, толстовки, бриджи - очевидно, консультант решила подстраховаться и принесла всё, что могло подойти молодому человеку. - Неплохо, - когда блондин справился с волнением и смог надеть на себя что-то из предложенного, он вышел в зал, где японец уже потягивал чай из аккуратной белой чашки. - Покрутись. Это берем, дальше. - Сэр, вы могли бы... Подойти? - робко спросил Кэл, и к его удивлению, Исаму кивнул, понимаясь с дивана. - Тут столько всего, я убью море времени на примерку. - Я не спешу. Однако... - японец окинул взглядом вещи в примерочной. - Это, это и это явно не то. И я терпеть не могу карго-джинсы, это явно не для твоей задницы. А вот джинсы с дырками тебе подойдут, - протянул он, отдав продавцу то, что уже отсеял, добавив затем несколько вещей неподходящего цвета. - Это всё берем, - указал он на немалую кучу одежды, которую блондин пытался успеть примерить. - Господин, это же безумно дорого. Я не смогу отработать эти деньги и за год... - Значит, будешь жить у меня два года. Или три, - ровно ответил мужчина, и Кэл залился краской. - Я всё отработаю, сэр, обещаю. Буду отдаваться вам в любой момент и в любом месте... - Ты уверен, что об этом надо рассказывать всему торговому центру? - фыркнув, Исаму сунул юноше в руки пакеты с вещами, направившись дальше. Следующим этапом он заставил Кэла подобрать два костюма, светлый и темный - на моменте примерки классической тройки, юноша не мог сдержаться при виде возбужденного члена любовника, и смог сделать японцу чувственный минет прямо в кабинке. Мужчина явно был неравнодушен к костюмам, и блондин постарался это запомнить. Дальше они купили юноше обувь и телефон - от последнего Кэл чуть не бился в экстазе, не смея и мечтать о подобной игрушке. - Господин, я должен продать вам душу или стать безропотным сексуальным рабом? Вы столько дали мне, я в жизни не смогу отблагодарить вас! - они сидели у фонтана, Кэл поглощал мороженое, а Исаму пил свой любимый чай. - Это просто моя прихоть. И Ники настаивала, чтобы ты вернул ей её вещи, - отмахнулся мужчина, легко улыбнувшись. - Исаму-сан, я буду верен вам до самой смерти! - Я не прошу от тебя этого. Мне понравилось гулять с тобой, было неплохо. - Хотите, поедем домой и там я покажу вам, насколько я благодарен? - Послушай меня, - мужчина коснулся пальцами светлых волос юноши. - Не важно, что говорили твои родители. Ты не просто шлюха, которую приятно трахать. Ты человек, мужчина. Ты должен уметь разговаривать, поддерживать беседу, доставлять удовольствие не только в постели. Я понимаю, что ты боишься меня, и знаю, что это обосновано. Я дам тебе неделю прийти в себя, но если окажется, что я в тебе ошибся и секс - это всё, что ты можешь, то тебе придется искать новый дом. - Сэр, простите меня! Клянусь, я буду учиться, я буду интересен вам, буду стараться, - испуганно затараторил юноша, опасаясь, что его выставят прочь прямо сейчас. - Уверен, именно так оно и будет, - кивнул японец, возвращаясь к своему чаю. С того дня Кэл начал много заниматься. В отсутствие любовника, он читал книги, смотрел фильмы, разговаривал с подчиненными хозяина дома, выясняя сферы его интересов. Было непросто, но живой мальчишеский ум впитывал новую информацию весьма быстро. Неделя шла, каждую ночь Исаму напоминал юноше, кто его хозяин и какого его место в доме, однако в поведении мужчины появилось нечто новое, чего Кэл не замечал раньше. - Я не знал, что вы увлекаетесь импрессионизмом, господин, - через неделю блондин сопровождал своего любовника на выставку, и ужасно нервничал в связи с этим. Ники неплохо его подготовила - девушка настояла, что Исаму будет приятно видеть подкованность спутника, и Кэл наизусть знал не только авторов и их картины, но и историю создания каждой. - Мне нравятся те эмоции, что я вижу на этих полотнах. - Согласен, сэр, эти цвета и размытость образов позволяют больше чувствовать, чем созерцать. Мне близок маринизм, я всегда мечтал увидеть море живым и безумным, как на картинах Айвазовского, к примеру, однако должен признать, Моне и Сезанн покорили мою душу. - Ты хорошо подготовился, - было видно, что японец доволен юношей, и Кэл чуть ли не светился от радости в тот момент. Весь вечер они гуляли по выставке, смотрели картины и обсуждали стили в искусстве - кто бы мог подумать, что грозный глава якудзы окажется таким поклонником живописи. Молодой человек постепенно смог расслабиться, и теперь он общался с Исаму-саном, как с другом, а не как со своим хозяином. Тот явно получал удовольствие и от беседы, и от проведенного вместе времени. - Сэр, могу я попросить вас об одолжении? - они уже покинули галерею, направляясь к машине. - Попробуй. - Сходим в кино? - Кэл робко сжал ладонь мужчины пальцами. - Я видел в афише фильм, на который мечтал попасть, едва увидел его анонс. Не знаю, понравится ли он вам, просто... - Поехали, посмотрим твой фильм, - блондин аж задохнулся от восторга, прижавшись к груди своего спутника. - Господин, вы делаете меня самым счастливым человеком на свете. - Даже несмотря на то, что держу тебя в качестве игрушки? - мужчина приподнял бровь. - Меня всё устраивает. Лучше быть игрушкой такого идеального человека, как вы, чем жить так, как я жил раньше. - Глупый мальчишка, - Исаму-сан шлепнул парня по заду, открыв ему дверь. - Сто лет не ходил в кино ночью. - Я тоже, - тихо ответил юноша, устраиваясь на пассажирском сидении. Фильм на самом деле оказался весьма увлекательным - хоть Кэл и настоял, что сидеть они должны непременно на заднем ряду, большую часть времени они смотрели картину. Лишь ближе к концу, когда развязка стала очевидной, блондин поддался соблазну поцеловать своего спутника. Понимание того, что он нарушил правило Исаму пришло лишь когда юноша уже сидел на его коленях, обнимая мужчину за шею - японец не позволял целовать или прикасаться к себе без разрешения. - Простите, господин, я забылся... - Продолжай, - одно слово, и их губы вновь встретились, а хрупкое тело Кэла прижалось к крепкой груди Исаму, подрагивая от удовольствия. Блондин не помнил, когда ощущал себя настолько счастливым прежде. *** Тихие стоны заполняли комнату – каждую ночь эти стены слушали истинные песни любви, каждую ночь они видели то, что никому другому видеть было не позволено. Тонкое совсем юное тело извивалось на черных шелковых простынях, не смея перечить настойчивым ласкам почти полностью одетого мужчины. - Не смотри на меня так… - мольба – не требование и даже не просьба, в такие моменты обычно стервозный и наглый Кэл становился кротким и бесконечно послушным. - Почему я не могу смотреть? Ты мой, я могу делать с тобой всё, что пожелаю. И смотреть в том числе. - Ты так любишь мучить и смущать меня… - стоны блондина стали чуть громче, когда пальцы мужчины, прежде блуждавшие по его бедрам и спине, переместились на член, неторопливо заскользив по нему. – Прошу тебя… - Сегодня наша последняя ночь, детка. Я хочу насладиться всем. Твоими губами… - мужчина наклонился, медленно и вкрадчиво поцеловав мальчишку в губы, пробежав по ним языком и лишь после этого нехотя отстранившись. – Твоим телом… - поцелуи мужчины покрывали шею, плечи и грудь юноши, неторопливо подбираясь к его напрягшимся соскам и плоскому животу. – Твоими стонами… Твоей страстью… Твоей развратностью… - Не говори так! – на этот раз в голосе мальчика возникли капризные нотки, за что Кэл в тот же миг был наказал звонким шлепком по заду и резким укусом за сосок. – Ай, нет, серьезно! И с чего этой ночи быть последней? Ты умирать собрался? - Умирать? О нет, не дождешься, - отстранившись, мужчина сел на кровати, поманив любовника ближе к себе. Блондин растерялся, но подчинился, встав коленками на постель и приблизившись к японцу, так, что едва не падал на его крепкую грудь. – Ты ведь мой, не так ли, Кэри? - Не называй меня так, прошу! – мальчик не смог сдержать смешок. Грозный и опасный Исаму прекрасно говорил по-английски, пока ему не попадались слова с буквой «л» - привычно заменяя её на «р», японец вводил в растерянность своих собеседников, а любовника заставлял тихо хихикать всякий раз. - Прости, малыш, - тон мужчины был вовсе не виноватым, однако Кэл с радостью кивнул, позволив себе даже легко поцеловать губы любовника. – Помоги мне раздеться. - Ты удивляешь меня всё сильнее, - проговорил мальчик, послушно коснувшись пальцами пуговиц на рубашке Исаму, принимаясь их расстегивать. Прежде японец не раз говорил, что не видит смысла раздеваться для того, чтобы трахнуть шлюху. Кэлу даже казалось, что мысли о нем как о маленькой потаскухе, еженощно оплачивающей жилье и еду своим телом, заводят мужчину ничуть не меньше его ласк. Блондин жил в этом доме уже достаточно долго, чтобы понимать – он здесь вовсе не случайный гость, которого выставят, едва хозяину наскучат их ночные игры. Что-то происходило между ними, что-то непонятное ни им двоим, ни кому-либо из окружения Исаму. Только лишь Ники хищно усмехалась всякий раз, когда видела их вместе. - Поторопись, малыш, - прошептал японец, и Кэл сглотнул, настолько непривычно было ему слышать такие нежные нотки в голосе любовника. Обычно их ночи оборачивались непрестанной пыткой для блондина, он не имел права ни целовать мужчину без его разрешения, ни видеть его тела, пока их любовные игры не закончатся. Он брал мальчишку лишь в тех позах, в которых имел полную власть над ним, никогда не просил, а лишь приказывал, как и полагалось обращаться с обычной шлюхой. Сейчас же он был настолько ласков и осторожен, что Стивенс на миг даже замер, пытаясь понять, не бредит ли он. Однако несмотря на сомнения и размышления, руки юноши работали, и вскоре уже он смог жадно скользить глазами по крепкому идеальному телу японца. Поддавшись порыву, он начал покрывать поцелуями светлую кожу мужчины, опасаясь оставлять на ней следы и наслаждаясь его запахом. - Будь ты демоном, я бы без сомнений отдал тебе душу… лишь за то, чтобы каждый день видеть тебя таким, - горячее дыхание мальчика обжигало, но Исаму не шевелился, позволяя своему любовнику впервые действовать самостоятельно. Его пальцы мягко скользили по белым шелковым волосам, чуть сжимая их в кулак, но не причиняя мальчишке ни капли боли. - Иди ко мне, - казалось, Кэл мог кончить уже от одного этого голоса, от томных соблазнительных ноток, от этого тихого, едва различимого стона, что сорвался с губ мужчины, когда мальчик принялся играть языком с его сосками. Послушно подавшись вперед, юноша прижался ягодицами к паху мужчины, потираясь о головку и нерешительно кусая губы, не зная, насколько далеко позволено ему сегодня зайти. – Давай, детка, не бойся. Сегодня я хочу видеть тебя всего. Настоящего. - Я всегда настоящий с тобой, - одними губами произнес блондин, насадившись на член любовника и прижавшись губами к его губам, выпрашивая первый поцелуй. Исаму всегда целовал его сам. Властно, как делал и всё прочее. Грубо. Трахая языком его рот или же до боли сжимая волосы на затылке. На этот раз мужчина лишь приоткрыл губы, позволяя любовнику проникнуть языком в свой рот и принимаясь жарко и нежно целовать ошеломленного и неприлично счастливого мальчишку. - Я знаю, малыш… - они целовались. Долго, безумно, неприлично долго. Исаму двигался в теле любовника, заполняя его полностью, заставляя сходить с ума, стонать в их поцелуи, его ладони лежали на бедрах мальчика, заставляя его насаживаться на крепкий налитый кровью член… - Кэр… Кэл, - впервые мужчина смотрел в глаза любовника в такой момент, впервые звал его по имени, делая немалые усилия, чтобы верно его произносить. – Ты ведь мой, правда? Только мой? - Да, сэр… Исаму-сан, только твой… - теряясь в возбуждении и удовольствии, мальчик даже толком не мог подумать, к чему могут быть эти вопросы. - Ты готов провести со мной всю жизнь? - Всю… и даже больше… вечность, - несвязно произнося слова, Кэл сглотнул, уловив в черных глазах японца что-то совершенно новое, что-то, чего он никогда не видел прежде. Волнение, желание, страсть – всё сплеталось во взгляде мужчины в некий клубок… - Ты выйдешь за меня? – мальчишка замер на миг, не зная, шутит ли его любовник, или же издевается, или бредит. Однако Исаму был серьезен, его глаза теперь смотрели с ожиданием. - Исаму… Я… ты…. Эээ… - Ты не кончишь, пока не дашь мне ответ, - прошептал мужчина, усмехнувшись такой привычной улыбкой и в тот же миг ускорив толчки в тело любовника, словно давая юноше понять, что это он, и что он вполне в своем уме. Это было подлинное безумие, то, во что Кэл никогда бы не поверил… - Да… - тихий, едва различимый шепот. – Да… - стон. – Да! – крик, громкий, страстный, уверенный крик разлетелся по комнате, покидая её пределы и заставляя охрану дернуться к дверям. – Даа! – мальчишка не помнил себя от восторга, возбуждения и еще тысячи различных чувств. Он кричал, не в силах сдерживаться, кричал, кончая в руках любовника, заливая спермой его живот, но даже после того не останавливаясь, сам уже начав двигаться, подхватывая темп японца. – Да, - последний, вновь едва различимый ответ, потонул в поцелуе, нежном, чутком, сладостном. Поцелуе, который скрепил их ставшие ещё более странными отношения, поцелуе, который будто бы печать подтверждал искреннее желание обоих стать чем-то гораздо большим, чем просто любовники, делящие одну кровать в огромном доме. *** Настоящее время - Не расскажешь, что это было? - Ксандр бросил пиджак на спинку стула, проходя в свою гостиную. Юджин, следовавший за ним, остановился в дверях, сложив руки на груди. - Что именно тебя интересует? - историк выглядел непривычно серьезным, что не могло не вызвать удивление на лице корейца. - Твоё желание во время игры. Оно меня удивило, - признался Ли, ослабляя галстук. - А, это. Мне было интересно, пошлёшь ты меня или сделаешь как я хотел, - Клейн пожал плечами, пройдя в комнату и положив ладонь на щеку своего друга и любовника. - Ты ведь никогда не стоял на коленях, не думал, что пойдешь на это ради меня. - Сколько ещё раз мне нужно доказать тебе, что ты особенный для меня? - Ксандр вздохнул, положив ладони на талию историка. Тот не сопротивлялся, позволяя мужчине обнять себя. - Вопрос в другом - понравилось ли это тебе, Джи. - Если я скажу, что возбудился, - губы Юджина коснулись уха корейца, обжигая его горячим дыханием. - У меня был стояк ещё полчаса, не меньше. От одного этого вида. - Чёрт, - только и мог сказать Ли, удивляясь такому поведению друга и одновременно радуясь ему. - Кто бы мог подумать... - Я уже говорил, что не принимаю ваших с Дэреком развлечений, и потому не буду просить тебя ни о чем подобном, зная, что ты предпочитаешь иную роль, - ровно сообщил Клейн, прикрыв глаза и довольно улыбнувшись. Он затеял опасную игру. Не потому, что Ксандр всегда был доминатом, нет, корейца историк не боялся. Он боялся, что ему слишком понравится то, от чего здравый смысл требовал держаться подальше. - Я хочу попробовать. Не обещаю, что подобная смена ролей вызовет восторг, но с тобой я готов к подобному эксперименту, - сообщил Ли, улыбнувшись и оставив на губах Юджина легкий поцелуй. - Тогда встань на колени ещё раз - я не смог рассмотреть тебя во всей красе, - Клейн сжал пальцы на плече друга, чуть надавив и показывая тому опуститься на пол. Кореец задумался на миг – само собой, для грозного и ужасного Ксандра, актива и доминанта до мозга костей, подобное желание его друга было не только странным, но и сложным. Но отступать кореец не намеревался – он уже переступил через себя, встав на колени в Квадро. - Я должен предупредить тебя о нескольких вещах, - заметил Ксандр, встав на колени у ног друга и подняв на него чуть взволнованный взгляд. - Внимательно слушаю. Только для начала расстегни рубашку и убери руки за спину, - Юджин волновался – его голос дрожал, взгляд выражал сомнения и даже легкий страх, но всё же раз историк решил идти до конца, сдаваться он не намеревался. – И можешь не беспокоиться, я знаю про ваши игры достаточно, так что тебе не придется учить меня. Кореец вновь подчинился, сделав всё так, как желал его любовник и замерев, снизу вверх смотря на Юджина. - Из-за травмы спины я не могу принимать ряд поз, нагружающих позвоночник, - проговорил мужчина, легко улыбнувшись. – Ну и если ты пожелаешь быть сверху… - Я буду помнить, что никто еще не решался нагнуть великого и ужасного Ли Ксан Ёна, - ровно ответил историк, вытаскивая ремень из своих брюк. – Взгляд в пол, ноги расставь, приоткрой рот. - Да, сэр, - покорно ответил Ксандр, вновь приняв желаемую Юджином позу и облизнув ставшие сухими губы. Тихий хлопок ремня о руку немного удивил корейца, он не думал, что его робкий любовник решит зайти настолько далеко и теперь испытал легкое волнение за свою шкуру, но озвучивать этого не стал. - Ты смущен. Никогда не думал, что увижу подобное выражение на твоем лице, - историк усмехнулся, проведя пальцами по щеке корейца, неторопливо ведя руку ниже. – Прекрасное зрелище. Тебе следует бояться, что я войду во вкус и захочу видеть тебя таким чаще, - Ксандр прекрасно знал это явление. Все начинающие доминанты и все мальчишки, игравшиеся в таковых, начинали именно с подобной болтовни. Опасаясь отдать приказ, не зная, что делать и в какой последовательности, они компенсировали свою неопытность разговорами, вызывающими у них самих дикое возбуждение. Впрочем, такие же неопытные сабы тоже неплохо велись на подобные вещи. Ксан же… он просто ждал, то и дело проводя языком по сохнущим губам. Он мог бы вмешаться, но контроль снизу – вещь специфичная, далеко не все её любят и понимают. – Твоё стоп-слово на сегодня? - Почему бы не Юджин? – встретив непонимающий взгляд любовника, кореец легко улыбнулся. – Обычно во время сессии саб не называет своего верхнего по имени. - Что ж, хорошо, договорились, - кивнул историк, коснувшись пальцами шеи Ксандра. Кореец почти физически ощущал страх своего возлюбленного, но не делал ровным счетом ничего, считая недопустимым прерывать эту странную игру самому. – Я хочу использовать ремень вместо ошейника, - наконец, разродился Юджин, накинув полоску кожи на шею любовника. Тот легко кивнул, приподняв подбородок и позволяя историку застегнуть ремень. Ощущения были не самыми приятными, однако кореец даже не думал жаловаться. Впрочем, дальнейшие приказы историка всё же смогли повергнуть Ли в легкий шок. – Вытащи свой ремень из брюк, - это было вполне ожидаемо, и Ксандр в некотором роде даже машинально принялся расстегивать ремень, освобождая его. – Я хочу, чтобы ты меня выпорол. Не сильно, так, чтобы было приятно. Не справишься – запрещу кончать сегодня, - добавил Юджин, уверенно смотря на любовника. - Это не оговорка… сэр? – тихо поинтересовался кореец, ощущая, как его потянули вперед и послушно подаваясь за импровизированным поводком. - Нет, это моё желание, - ровно подтвердил Клейн, принимаясь неторопливо раздеваться. – Ты будешь мне перечить? - Нет, я подчинюсь, - голос Ксандра звучал достаточно возбужденно, чтобы историк не волновался о верности своих действий. Стянув с себя брюки, Юджин встал коленями на диван, оперевшись грудью о спинку и притянув корейца так близко к себе, как только мог. - Учти, если мне не понравится, я проделаю то же самое с тобой, - строго заметил историк, прикрывая глаза и выставляя ягодицы на обозрение любовника. Тот легко усмехнулся, мягко проведя ладонями по светлой коже Юджина – мужчина не побрезговал эпиляцией, и теперь Ксандру представилось невероятно соблазнительное зрелище. - Может быть, нам начать с более мягких методов? Ремень, даже при очень нежной порке, доставляет достаточно боли. - Это мой не первый опыт, - неожиданное признание само сорвалось с губ Юджина. Кореец сперва приподнял бровь, но затем вспомнил мать своего любовника и вопрос разрешился сам собой. Миссис Клейн вполне могла использовать такие методы воспитания сына. – К тому же в твоих интересах сделать этот процесс как можно более приятным. Ксандр кивнул, взвесив ремень в руке и наклонившись. Его губы неторопливо оставляли поцелуи на ягодицах историка, а сам кореец мысленно оценивал шансы завершить эту странную игру взаимным удовольствием. Первый же удар ремня вырвал стон из горла Юджина, мужчина, возбужденный ласками любовника, неловко заерзал, подставляясь под второй удар. Он отдавал указания корейцу, но даже так с каждым новым шлепком его член опадал, боль расползалась по ягодицам и скорее раздражала, чем доставляла удовольствие. - Хватит, - голос историка звучал раздраженно, а сам он резко развернулся, за ремень притянув корейца к себе. – Трахни меня. Жестко, я хочу ощутить себя одной из твоих шлюх, - требовательный тон Юджина плохо вязался с растерянным выражением лица. – Но сначала отсоси мне. - Да, сэр, - Ксандр опустился на колени, принимаясь ласкать губами и языком член любовника. Тот начал вновь возбуждаться, но кореец был уверен – помимо физического удовольствия, ничего больше Клейн не испытывал. За минетом последовал секс – как и настаивал Юджин, он был жестким и страстным, Ксандр послушно выполнял все требования любовника, стараясь изо всех сил. Они кончили оба, почти одновременно, и кореец устало осел на пол, прислонившись щекой к дивану и с легкой улыбкой наблюдая за историком. Клейн же ощущал себя настолько паршиво, будто его изнасиловала толпа его собственных студентов. - Юджин, - наконец, Ксандр заставил себя подняться, стягивая со своей шеи ремень и наклоняясь к любовнику. - Не трогай меня, пожалуйста, - тихо проговорил историк, уткнув лицо в подушку. – Сделай чай. - Есть, сэр, - кореец мягко поцеловал мужчину в плечо, следом за тем отправившись на кухню. Когда он вернулся, Юджин уже немного пришел в себя, оделся, но все равно лицо его никак не походило на лицо удовлетворенного человека. - Прости меня, - историк забрал свою чашку, вновь вернувшись на диван и поёжившись, когда ладонь корейца обняла его за плечо. – Прости, я старался, честно. Это не мое. Я никогда не смогу… - Твою же мать! – Ксандр поставил чай на стол, чтобы не вылить его случайно на свои ноги. – Послушай меня, Джи. Я хоть раз просил этого у тебя? Требовал, настаивал, намекал? - Я же знаю, что… - Да что ты знаешь? Что мне сделать, чтобы ты наконец понял – ты для меня важнее всего этого? Хочешь, я публично покину Тему, сожгу свои плети и переделаю Квадро в цивильный ресторан? Серьезно! – смех Юджина лишь подлил масла в огонь. – Я готов на это ради тебя. - Только вот я не хочу от тебя подобных жертв, - категорично отрезал Клейн, залпом допив горячий чай и поднявшись с дивана. – Прости, я пойду. - Позволишь узнать, куда? - Я сниму номер в отеле. Прости, я на самом деле надеялся, что смогу. - Мне это не нужно от тебя, Джи, услышь уже меня, - Ксандр тоже встал, прямо смотря в глаза своего друга. – Останься, я постелю тебе в гостевой, - добавил он, понимая, что нет смысла сейчас в чем-либо убеждать историка. - Прости, мне лучше уйти, - Юджин тряхнул кудрями, подхватив пиджак с кресла и спешным шагом покинув гостиную. Кореец остался в комнате, понимая, что на этот раз придется ему напиваться в гордом одиночестве. *** - Мистер Клейн? - судя по тому, что Рей был растрепан, часто моргал и кутался в домашний халат Дэрека, Юджин сделал вывод, что эта парочка уже спала. Сперва он хотел поехать в отель, как и сказал Ксандру, но в последний момент он передумал. Оставаться одному в таком состоянии не хотелось – не сказать, что общество ученика доставило бы ему удовольствие, но выбор был невелик. – Проходите, я позову Дэрека. - Прости, кажется, я припозднился, - историк прошёл в дом, позволяя Стоуну закрыть за собой дверь. - Думаю, ты самый неожиданный ночной гость, который меня посещал. Рей, сделай кофе, будь добр, - Дэрек стоял на лестнице, и его вид на миг напомнил Юджину об их прошлом. Сердце защемило – в тот день, когда блондин так же стоял полуголым на лестнице, а его любовник варил им кофе, Клейн понял, насколько важен для него Ксандр. – Что случилось? - Мне нужно поговорить с тобой. И… - историк кинул взгляд в сторону кухни, где уже скрылся Рей. – Скажи, что у тебя есть что-нибудь крепче кофе, умоляю. - Юджин Клейн посреди ночи вваливается в мой дом и требует выпивки. Кто-то умер? – блондин указал другу на диван, сам спустившись вниз и пройдя на кухню. Судя по звукам, Рей получил и поцелуй, и несколько крепких шлепков. Хозяин дома вернулся через пару минут с бутылкой виски и двумя стаканами, а так же в своем халате. Стоун заглянул лишь на миг, пожелал мужчинам приятного общения и скрылся наверху, напоследок вильнув задом – видимо, этот жест был адресован Дэреку. - Думаю, я, - отвечая на заданный раньше вопрос, Юджин откинулся на спинку, плотно сжав в пальцах бокал с коричневой жидкостью. - Рассказывай. Подробно и откровенно. - Поклянись никогда не использовать это против меня, и даже никогда не заикаться об этом, - кудрявый историк отхлебнул виски, закашлялся, поднимая полные слез глаза на собеседника. – Есть сок или кола? - Ну ты же взрослый мальчик, учись пить чистый алкоголь. К тому же тебе надо расслабиться, а это лучший вариант. Итак? – Дэрек тоже отпил из своего бокала, сидя рядом с другом и от того видя лишь его профиль. - Я идиот. Я совершил огромную глупость и теперь мне стыдно и хреново. А ещё мне негде жить. - Послушай, Юджи, мы ведь уже обсуждали это и не раз. Жить с женщиной, которую ты не любишь… - Да при чем тут это? – Клейн осушил бокал и налил себе ещё, понимая, что иного выхода, как довериться сейчас другу, у него нет. – Ксандр. Я живу у него. И мы спим с ним. Точнее, не так. Я же тебе душу изливаю. Он трахает меня. Так нежно и чутко, что я кончаю от одних воспоминаний. Он идеальный любовник, идеальный мужчина и вообще, он забрал мою девственность на моем мальчишнике! – выпалил историк, ощущая, как тоскливо стало на душе. Наверное, он должен был лучше стараться. Почитать книги, подготовиться… - Так-так. Но поскольку сейчас ты здесь, а не кончаешь под нашим дорогим другом, значит что-то в нем не столь идеально. Он пытался тебя выпороть? - Выпорол. И трахнул, - Клейн вскинулся, понимая, что сказал это вслух. – Я попросил его. Нет, не так. Я приказал. После той игры в Квадро мы приехали домой, и я решил попробовать. Я не могу так, как ваши мальчишки, понимаешь? Я приказал ему встать на колени, а потом приказал выпороть меня ремнем. Было больно и противно… Я кончил, когда он трахал меня, но это было не то. Никакого полета, никаких фейерверков в голове, - второй бокал опустел, и Юджин потянулся за бутылкой вновь, но Стинроуз его опередил, сам наполнив стакан друга. Свой блондин едва пригубил. - Ты приказывал ему? А я то еще думал – ты поставил Ксандра на колени в Квадро не просто так? – голубые глаза Дэрека прямо смотрели на собеседника, и тому стало как-то неуютно. – Зачем ты это сделал? Хотел показать доминанту, как это – стоять на коленях? - Нет, я хотел попробовать. Понять, смогу ли я дать ему это. БДСМ, тема, сессии – я не могу принять этого всего. Нет, я могу смотреть и меня даже заводит. Но сам я не получаю от этого удовольствия. Даже напротив. - Почему ты выбрал такой извращенный способ проверки? – Стинроуз положил руку на колено друга. – Узнаю моего милого Юджина. Ты мог попробовать встать на колени при минете, или же попросить связать тебе руки во время секса. Но ты сразу пустился во все тяжкие. Но скажи мне, если ты все равно был снизу – для чего тебе был контроль в ту минуту? - Я не знаю. Я… Это было просто глупо. Ксандр и слышать ни о чем не хочет, доказывает мне, что готов отказаться от Темы и стать ванильным, лишь бы я был счастлив. Но я не могу так! - Ты не получил никакого удовлетворения от роли доминанта – может быть, всё же я прав и из тебя вышел бы чудный саб? - В чем разница того, что я сделал, и позиции саба? – непонимающе спросил мужчина, с трудом фокусируя взгляд. - А в том, мой милый и невинный ребенок, что в твоей инсценировке не было доверия. Доминант вкладывает в свою сессию куда больше, чем кажется со стороны. Пока ты не доверишься, Ксандр не сможет показать тебе наш мир. И ты зря думаешь, будто бы такие как мы можем заниматься лишь такого рода сексом. Страсть и нежность чудесны, особенно когда трахаешь любимого человека. - Любимого ли? - Ты сомневаешься? Мы давно знакомы, Юджин. Думаешь, он такой дебил, чтобы просто так соблазнить тебя и впустить в свой дом? Брось, ты знаешь его даже лучше, чем я, - Дэрек улыбнулся, поправив полы халата и мягко забрав из рук друга недопитый бокал. – Хватит с тебя, детка. - Я все равно не понимаю. В чем смысл всего этого? Глупые детские игры! - историк вытянулся, пьяно икнув. - Тебе стоит поговорить с мальчишками об этом – уверен, и Рей, и Джас будут рады расписать тебе все плюсы жизни саба. - Нет уж, у них и без того достаточно на меня компромата. Не хочу вкупе к прочим моим неудачам остаться без работы, - Юджин усмехнулся, неловко поднимаясь на ноги. – Дьявол! Я не могу понять, и это нереально бесит! - Знаешь, - блондин тоже поднялся, обнимая друга за плечи. – Помнишь тот день, когда миссис Клейн заставила нас пойти в церковь в воскресенье? - Вы с Ксандром настолько довели её, что маме необходимо было подтверждение, что вы не дети самого дьявола, - историк рассмеялся, вспоминая те времена, когда двое друзей жили вместе с ним. - В тот день я едва ли не впервые был в церкви. Наблюдал за людьми, за тем, как они разговаривали, как вели себя. И это тоже казалось мне чем-то странным и глупым, ведь я не понимал ни сути, ни идеи происходящего. Ты сейчас очень похож на меня в тот день. - Только я не пытаюсь зажать послушника в темном углу, предлагая ему всякие извращения. - А, ты про Томми? Он был прекрасен. Впрочем, твоя попытка командовать снизу очень напоминает мои попытки соблазнить этого мальчика, - Дэрек мягко, но настойчиво потянул друга за собой. – Я постелю тебе в гостевой спальне. - Спасибо. И прости, что побеспокоил среди ночи.