На пути разврата...

— Таааак… — задумчиво протянул Сасори, как только девушка приземлилась на стул рядом с его больничной койкой. — И тебе привет. — Да, привет… Итаааак, — повторил он. — Что случилось? – Нао непонимающе смотрела на друга. — Ну-ка покажи, что у тебя на шее. — С чего ты взял, что у меня что-то на шее? – удивилась Арата. — Нао, я слишком хорошо тебя знаю… Что мне снег, что мне зной – декольте всегда со мной… Если ты одела кофту с высоким воротником, значит у тебя что-то на шее, я даже догадываюсь что… Показывай давай. — Может, не надо? – взмолилась девушка. — Надо, Нао, надо. — Ну ты же и так догадываешься, что там… — Покажи… Арата тяжело вздохнула и приспустила ворот. — Хм… Кто же это у нас такой зубастый?.. Кисаме рыбофил, так что точно не он… Суйгецу? — Да… Теперь уже Сасори глубоко вздохнул. — С днём рождения, Сас. Вот тебе мой подарок… — пробурчал парень себе под нос. — Прости… — Нао, ты не должна передо мной ни за что извиняться. Я всё прекрасно понимаю, у тебя давно не было секса и ты не сдержалась, тем более под алкоголем ты себя почти не контролируешь... Всё в порядке. Девушка долго молчала. — Знаешь, Сас, я не считаю, что всё в порядке. Всё совсем не в порядке. Ты не должен спускать мне с рук такие поступки. — А что я могу поделать? Хочешь, чтобы я истерил, как Итачи или Гаара и делал тебе больно своими необдуманными оскорблениями? — Нет… — Тогда какие могут быть ко мне претензии? — Не знаю… Я чувствую себя чересчур свободной… Ничьей… — И что я должен сделать? — Ну, не знаю... накажи меня. — Хм… Хорошо! Если ты ещё раз мне изменишь, то когда я выпишусь из больницы и восстановлюсь, я… жестоко покараю тебя… анально! Нао прыснула от смеха: — Уже лучше. — А ты не радуйся, я буду неумолим! Ты будешь просить пощады, а я не остановлюсь! — Я люблю тебя, — улыбаясь, сказала девушка. — Что это ты вдруг? — Не знаю… Ты всегда заставлял и заставляешь меня улыбаться, от чего на душе у меня тепло. — Спасибо… Я тебя тоже люблю… очень, — юноша помолчал и поинтересовался: — расскажи хоть, как вы отпраздновали мой день рождения без меня. — Ты думаешь, я помню? – девушка закатила глаза. — Значит, на "отлично" погуляли, — Сасори хохотнул. — Не то слово… — Арата закрыла лицо руками. — Как ты себя чувствуешь? — Голова дико болит, а так вроде жива. — Как ты вообще смогла после пьянки собрать себя и притащиться ко мне в больницу? — Вот уж не знаю… Вся общага полегла, я даже сомневаюсь, что кто-то ещё сейчас не спит, хотя уже день. — И ты бы лучше отсыпалась. — Ну уж нет. Я сказала, что буду приходить к тебе каждый день и слово своё держу. — Лучше бы ты что-нибудь другое своё держала… — Прости… — Это ты прости – неудачная шутка. — Точнее будет сказать: нелицеприятная правда. — Всё, забили, но про анальную кару всё же не забывай и бойся. Охо-хо-хо-хо! — Хорошо-хорошо, — Нао улыбнулась. Сасори протянул девушке руку, та взяла её в свои ладони и уже по привычке поцеловала… Нао проснулась от назойливого стука. — Ну, кого там ещё принесло?! Не заперто! Дверь распахнулась, но девушка не спешила открыть глаза и посмотреть, кто же решил её посетить. За те три недели, что Сасори уже провёл в больнице, Нао привыкла, что за ней постоянно кто-то присматривает и заходит её навестить или узнать о состоянии друга. И сегодня, вернувшись оттуда она по привычке не заперла дверь и завалилась досыпать то, что недоспала после пьянки по случаю дня рождения Саса. — Можно с тобой поговорить? От голоса, знакомого до боли, девушку как будто током ударило, она подскочила на кровати. — Са…ку? – еле выдавила из себя Нао и стеклянным взглядом упёрлась в неожиданную посетительницу. — Нельзя? – застенчиво поинтересовалась Харуно. — Нет-нет, можно конечно. Проходи. Розововолосая закрыла за собой дверь и присела на кровать Дейдары. Арата прислонилась спиной к стене и продолжила непонимающим взглядом смотреть на подругу как на паранормальное явление. — Как Сасори? – спросила Сакура. — Всё тот же, только со сломанной шеей. — Сухо ты… — только и сказала Харуно. — Извини, но меня уже достали этим вопросом. У меня тут вечно делегаты толкутся и спрашивают одно и то же, — воцарилась тишина. – Ты о состоянии здоровья Саса пришла поговорить? – добавила Арата, чтобы прервать молчание. — Нет. — А о чём? — Нао… мне очень одиноко… — Мне тоже, Саку… — Прости, если это прозвучит эгоистично, но ты не понимаешь о чём я. У тебя есть Сас, Конан, Дей и все остальные, а я совсем одна. — А как же Свинина? Сакура нахмурилась. — Ну какая из неё подруга? — Тоже верно… — протянула Арата. – Но вы же дружили до моего появления… — Я бы не стала называть общение с ней таким громким словом. — О'кей, извини… Так что ты хочешь от меня? — Я и сама не знаю, просто мне нужно с кем-то поговорить, а не с кем… — Ты меня не простишь? — Да я на тебя и не обижалась, чтобы прощать. Просто злилась, хотя злиться надо на Саске. — Саку, я честно не помню, как это случилось… — Я тебе верю. — Правда? — Да. Я и тогда понимала, что не должна на тебя срываться, но не могла сдержаться, я себя не контролировала… Мне просто было очень больно… — Я понимаю… Но всё-таки прости меня. — Тебе не за что просить прощения… — Копирайт Сасори? — М? — Да он тоже любит эту фразу мне говорить… — Ааа… — Расскажи, что у тебя происходит. — Да ничего хорошего, Нао… Да жопа, блять, полная, я не могу так больше! – из глаз девушки с такой силой брызнули слёзы, как будто трубы прорвало. Арата подскочила к подруге и обняла её, Сакура уткнулась носом в плечо Нао и безутешно зарыдала. Немного успокоившись, Харуно постепенно смогла начать выдавливать из себя слова: — Понимаешь… он никак… никак… не успокоится… из-за этой дурацкой войны… с Итачи… он не может… он не видит… что делает кому-то больно… он никого не видит… для него существует только это соперничество… и его ненависть… — Саку, прости, мне надо отойти. Подождёшь меня тут, хорошо? — Угу… — Сакура кивнула, завалилась на кровать и продолжила плакать, уткнувшись в подушку. — Где Итачи? – спросила Нао, буквально влетев в комнату парней. — Убирается в холле, — ответил Кисаме, даже не оторвав взгляда от книги. — Спасибо, — кинула Арата и устремилась на первый этаж. Когда девушка спустилась, Итачи как раз завязывал чёрный мусорный пакет. — Ты идёшь со мной! – голосом, не терпящим возражений, сказал Нао и взяла парня за руку. — Что происходит? – попробовал поинтересоваться старший Учиха, но ответа не получил. Когда девушка подошла к двери комнаты, в которой жил Саске, Итачи смог выдавить только: — Эээ?! Нао постучалась ногой, через полминуты дверь открыл Суйгецу. — Иди погуляй, — приказала Нао Суйгецу, увидев, что Саске лежит на своей кровати. — С чего вдруг? – спросил юноша с акульими зубами, но когда Арата с ненавистью посмотрела на него, бесшумно выскользнул из комнаты. — Что, собственно, происходит? – спросил Учиха-младший, зевнув. — Да, Нао, объясни-ка, — Итачи посмотрел на девушку. — Ит, присядь. — Да я уж постою. — А я сказала: присядь. Итачи нахмурился, но подчинился. Саске помотал головой, стряхивая с себя остатки сонливости, и принялся сверлить брата ненавидящим взглядом. — Вы меня оба достали, — начала Арата. – Вы должны нормально поговорить и найти общий язык. — Мне не о чем с ним говорить! – выкрикнул младший. — Я пойду, — холодным тоном сказал Итачи, вставая с кровати Суйгецу, но Нао толкнула его обратно. — Ит, помнишь, ты мне кое-что обещал? Что примешь любое наказание, если ещё раз сорвёшься на меня? – "модель года" молчал. – Ну? – добавила Арата. — Что "ну"? Было такое, не стану отрицать. — Ты же помнишь, что проштрафился? — Помню… — старший Учиха недовольно посмотрел на девушку. — Расскажи всё брату и помирись с ним – вот твоё наказание. — Нао… — Я прекрасно знаю своё имя, можешь не напоминать мне его. Ты обязан с ним поговорить. Это важно для вас обоих. И ещё для кое-кого... — Для кого же? — Не суть... В общем, вы не выйдите из этой комнаты, пока во всём не разберётесь. Я подожду в коридоре, — сказала Арата и вышла, закрыв за собой дверь. Девушка села на пол напротив двери в комнату, в которой оставила братьев, прислонилась затылком к стене и устало вздохнула. — Хоть бы всё получилось, — пробубнила она себе под нос.