Переполох в стиле "Вонгола"

Ближе к вечеру пошел холодный моросящий дождик, грозящий перерасти в настоящий ливень. Небо покрылось темными тучами, такого не бывало ни разу за все лето. Солнце спряталось за облака, как-будто его и не было. Поднялся сильный ветер. Ямамото вместе с Ламбо и Сасагавой вовремя пошли домой, задержись они еще, хотя бы на полчаса, попали бы под дождь. Дома их ждала спящая Гокудера и погром на кухне, кажется, она пыталась готовить. Тяжело вздохнув, Сасагава подхватила уже клюющую носом Ламбо и отправилась с ней наверх. Такеши ничего не оставалось кроме как пойти прибираться на кухне, ибо утром это делать совершенно не хотелось. Быстро справившись с поставленной задачей она решила проверить Хаято. Гокудера заснула на диване Тсуны и сейчас премило, уткнувшись лицом в его подушку, сопела. Сейчас она была такой милой и мягкой, что даже хотелось её обнять или — что еще более опасно для жизни — поцеловать. Наверное, Ямамото хотела бы, чтобы Гокудера всегда была такой. Тогда бы они могли нормально разговаривать да и общаться начали на боле низких тонах: без летящих колкостей, а сейчас и посуды. Такеши смогла бы попытать счастье и предложила бы ей встречаться. И Хаято бы, наверное, согласилась. Такеши не волновало кто они: парни или девушки. Она вообще об этом не задумывалась, она просто приняла свои странные чувства к еще более странной и безудержной Хаято. По началу их связывал только Савада, а потом, после всех приключений, опасностей, ссор и примирений, они даже начали немного понимать друг друга. Оба по-своему одиноки и по-своему счастливы. Их связала Семья, которой они теперь являются. Подойдя к спящей девушке, Такеши укрыла ее пледом. И, можно подумать не специально, провела по серебристым волосам рукой. Гокудера смешно поморщилась и завернулась в плед. Кажется, просыпаться она не собирается.

***

*** Кокуйо встретило Мукуро холодом и стойким запахом сырости. Подчиненных здесь не наблюдалось уже давно, ибо их непосредственный главарь, по их мнению, все же пригрелся под теплым крылышком Вонголы, а без него им здесь делать нечего. Через огромную пробоину в потолке на голову Рокудо лилась вода, именно лилась. На улице творилось черти что и вода пробиралась в помещение через все доступные отверстия. Ослабленный организм не хотел слушаться своего хозяина и уверенно требовал мягкой и теплой кровати. Сил Мукуро чудом хватило на перемещение и теперь, чтобы доползти до старого обшарпанного дивана, не говоря уже о том чтобы залатать дыру в потолке, ему нужно было приложить не мало усилий. И чего он смылся сюда? Мог так же вернуться в их временный дом, постараться понять как ему удалось вернуть свой пол и помочь остальным, если, конечно же, они все вместе не шазамнулись* обратно в свои тела. Хотя, остальные волновали его не так сильно, по сравнению с… Не важно с кем… Его вообще ничего не волнует, он получил обратно свое тело и теперь снова можно начинать жить припеваючи! Снова обдумывать планы мести Вонголе, планы захвата Вонголы, планы, которые, скорее всего, никогда не сбудутся. Мукуро реалист. Он видел свое будущее, видел как просидел почти десять лет в банке и как помогал так ненавистной ему Вонголе. Вспоминал чувства будущего себя: как страдал в заточении от мысли что его Дечимо больше нет, какое облегчение и восхищение испытывал когда смог снова дотронуться до взъерошенных волос, пусть и не совсем его, Тсуны. Сейчас эти мысли казались такими абсурдными и в тоже время такими понятными и привычными, что хотелось на стену лезть (или на крышу – дыру заделывать). Будучи девушкой он и не задумывался о неправильности своих мыслей. Тсунаеши – мой, никто не смеет к нему приближаться. Других хранительниц он в расчет и не брал. Принцесса-ледышка-камикорос сейчас, наверняка, нежится в объятиях мустанга, если у них не произошло примерно того же что и у них с Тсуной. Ямамото с «бабой-дурой» уж точно никакой угрозы не представляли, им бы со своими тараканами разобраться. Мелкая Бовино охмурит, разве что муху, и то – дохлую. А Сасагава натурал до самого спинного мозга, ибо обычного у нее не наблюдается*. Рокудо безумно хотелось увидеть шатена, хоть он и не признается в этом даже себе. Уже лежа на своем диване и, обдумывая все случившееся, он не заметил как погрузился в сон.

***

*** Стартанув на всех парах от голого Рокудо, Тсуна бежал очень даже быстро. На улице уже потемнело и начинал накрапывать дождь, путь он держал домой. Хотелось запереться в ванной и хорошенько помыться, а может и всплакнуть. Даже боссу Вонголы можно иногда пустить скупую мужскую слезу! Да было бы из-за чего рыдать! Подумаешь парень поцеловал, это же не прохожий которого ты первый раз видишь! Это Мукуро. Просто Мукуро: его хранитель Тумана, в прошлом злостный враг, в будущем сильный соратник, а сейчас он… Черт! Им даже определения нет! Другом его не назовешь да и подругой тоже. Тем же соратником он пока не стал, а просто знакомыми их назвать сложно, столько ведь вместе пережили! «В связи с последними событиями, я бы назвала вас любовниками», – гаденько хихикая, подсказала интуиция. «О, кто-то проснулся и начал выполнять свои прямые обязанности? Где же ты была, когда он ко мне свои пельмешки тянул?!» «Не кричи на меня! Я помогаю только в случае опасности.» «Это было опасно! Он на мою честь посягнул!» «Тсуна, я действую основываясь на твоих мыслях и чувствах. Этого человека ты знаешь и подсознательно доверяешь ему. Я лишь вытаскиваю наружу то, что ты на самом деле думаешь и чувствуешь к нему. Человеческий мозг работает не на всю мощность и ему не дано знать будущего или знать врет человек или нет; каждый знает ответы на все вопросы, я помогаю тебе знать то, что ты и так знаешь. И смысла отнекиваться нет.» «То есть ты хочешь сказать, что я сам...» «Да, Глупый Тсуна ты сам хотел, чтобы Рокудо тебя поцеловал. Ты не видел в этом угрозы и поэтому я промолчала.» «Даже если и так, всё равно это не правильно. Этот парень ничего ко мне не чувствует и вместе нам уж точно не быть!» «А это уже не тебе решать, а ему. Примешь свои чувства и вперед покорять туман!» «Мне нужно найти его и поговорить.» «Давай потом, а то ты уже пятнадцать минут перед дверью топчешься, промок уже весь, бррр...»