Family - the most important word

Рафаэль уже битый час работал над моим костюмом Ночной Всевидящей. На пересечении Истмэна и Лэрда всегда было мало человек, и темперамент мог позволить себе поднять жалюзи до самого верха. Сейчас он трудился над шлемом, стараясь сделать его идентично своему. Покрутив колёсико на магнитофоне, Рафаэль нашёл станцию, по которой крутили песню группы «Skinny Puppy – Tin Omen». Сделав громкость на полную, мутант расслабленно улыбнулся. Музыка помогала ему сконцентрироваться. Вернувшись к работе, Рафаэль остановился, пытаясь вслушиваться в слова песни. Но мысли, упорно лезущие ему в больную голову, старательно перебивали их. «Эта девчонка! Вбила себе в голову какую-то херню и смотрит на меня теперь как на маньяка!» Он так и стоял, оперившись испачканными руками о край стола, так и не решаясь прикоснуться к шлему. «Что-то я не заметил, чтобы ей это не понравилось!» Рафаэль устало сполз на пол, рядом с табуреткой, на которой стоял магнитофон, и прислонился ухом к колонке, надеясь заглушить стремительный поток мыслей. «Сейчас она смотрит на меня исподлобья, а теперь, когда она нашла свою мамашу, так вообще к себе никого не подпустит! Ещё Донни тут со своими жуками, подружка Лео с мигренью. Похоже, остались только мы с Майки. Хотя нет. Меня до сих пор напрягает то, как он тогда посмотрел на меня. Ревнует что ли?» - Святой панцирь, я живу в сумасшедшем доме! – саеносец провёл тыльной стороной руки по лицу и заставил себя подойти к столу и закончить работу над шлемом. «Нравится ей это или нет, я заставлю её всё мне объяснить!» Криво улыбнувшись, Раф надел защитные очки и взял в лапы сварочный аппарат. * * * Венус медитировала в кругу зажженных свечей. Буквально пару дней назад посреди ночи у неё так сильно разболелась голова, что она буквально валилась с ног. В ту ночь она вновь куда-то уходила, но вот куда, не помнила. Зато когда вернулась в логово, в висках так застучало, а в голову будто воткнули сотню иголок. Пройдя пару метров, черепашка потеряла сознание. Наутро её обнаружил сонный Микеланджело, которому с утреца пораньше приспичило попить. Шаркая ногами по полу, он поначалу прошёл мимо распластавшейся на полу Венус, затем резко вернулся обратно и сел на колени рядом с девушкой, одной рукой приподнимая ей голову. Нужно было срочно позвать Лео и Донни, но оставить черепашку лежать на полу он не мог, поэтому осторожно перетащил её на диван и побежал будить братьев. Первым делом младший разбудил Лео, которому сон будто рукой сняло, услышав он тревожную новость. За несколько секунд он уже стоял на коленях рядом с диваном и терпеливо ждал, когда Майки разбудит Дона, чтобы тот уже смог осмотреть подругу. Пока гений просыпался, Лео смог быстро привести Венус в чувства, и та неохотно разлепила глаза. Увидев перед собой морду носителя катан, она слабо улыбнулась ему и поморщилась. Её лапа схватилась за голову. - Что произошло? – спросил лидер и провёл пальцами от её щеки и до плеча. - Я….не помню, - еле ответила Венус, держа глаза полуоткрытыми, - голова раскалывается, - к этому времени к парочке уже подоспел Донателло, предусмотрительно держа аптечку. По красным глазам Леонардо понял, что гений лёг спать совсем недавно, и что ему стоило огромных усилий оторвать голову от подушки. Он молча обработал ранку на голове девушки, видимо разодрала, когда ударилась головой об пол, а потом налил ей стакан воды и дал таблетку обезболивающего. - Иди полежи, через пару часиков должно пройти, - Донни протяжно зевнул и прикрыл рот рукой. - Спасибо, - поблагодарила Венус и при помощи Леонардо села на диван. Она смотрела на возлюбленного сверху вниз, в его такие тёплые и заботливые глаза, так хотелось прикоснуться к его губам, но сил шевельнуться не было. Леонардо понял подругу без слов и навис над ней, опираясь лапами о спинку дивана, и соприкоснулся с её губами требовательным и в тоже время нежным поцелуем. Девушка обхватила мутанта за шею, притягивая к себе, водя пальцами по его плечам, мышцам, добираясь до нагрудного панциря и спускаясь всё ниже. Но руки Лео быстро перехватывают её и держат, словно в капкане. Получив от девушки немой вопрос, он игриво улыбнулся и головой указал на Микеланджело, который старался делать вид, что не замечает их. Увидев покрасневшие щёки младшего, Венус улыбнулась, показывая белые зубы, и сладко зевнула. Леонардо тогда помог ей дойти до комнаты и лёг вместе с ней в кровать. Спустя два-три дня, Майки в ужасе оббежал братьев и, еле дыша, объявил о моей пропаже. Вся семья сидела в гостиной и смотрела вечерние новости. Сенсей Сплинтер как обычно ушёл спать пораньше, чтобы на следующее утро он могу обучить своих сыновей новому приёму. Донателло сразу предложил отыскать меня при помощи датчика слежения в Че-фоне, но Микеланджело расстроил его планы, сказав, что его изобретение спокойно лежит на тумбе в моей комнате. Ребята пару минут сидели, излагая свои версии, где я могу находиться, но предложенные варианты не устраивали лидера черепашек. В итоге он предложил искать вслепую. Братьям эта идея не пришлась по душе, но выбирать не приходилось. Венус тоже вызвалась идти с ними, но Леонардо предложил ей остаться дома и отдохнуть, так как голова у неё ещё не прошла. Стоило черепашкам покинуть логово, как перед глазами девушки поплыли цифры и буквы. Она перестала чувствовать своё тело, зато она всё ещё могла контролировать свои мысли. Дойдя до додзё, она взяла одну из десяток катан Лео и, сжимая рукоять меча, двинулась к спальне Сплинтера. Она, да и не только она, знала, что у старого крыса последние полторы недели проблемы со сном, и он не может уснуть, не приняв дозу снотворного, что ему посоветовал Донателло. Сенсей так крепко спал, что все думали, что его даже нападение клана фут не разбудит. Вот Стокман, сидящий за своим компьютером, и, наблюдавший через монитор за передвижением созданной им черепахи, вбил команду, которую Венус получила. Пока черепахи отсутствовали, она должна убить мастера Сплинтера. Осторожно сдвинув сёдзи*, Венус бесшумно проникла в покои мастера. Сенсей спал на татами*, сложив лапы на груди, и удовлетворенно шевелил длинными усиками. Венус встала над ним и занесла меч над головой. Глядя через монитор на беззащитную крысу, доктор Стокман ликовал и уже планировал открыть шампанское, которое прикупил, дабы отпраздновать победу. Правда, остаются ещё эти назойливые рептилии, хотя без своего мастера они не настолько сильны. Венус видит, как её руки готовятся нанести сенсею смертельный удар! Её глаза метаются по комнате, мысли одна за другой проносятся по голове. Ещё секунду, и она убьёт отца черепашек, единственного родителя, который обучил их практически всему, что знает, который нашёл их ещё совсем крохами и усыновил их, который приютил меня, сделав своей дочерью, и любит меня не меньше, чем сыновей. Она просто не может так поступить, после всего, что они для неё сделали! Это её тело, и никто не смеет им управлять. Венус сопротивлялась, её руки тряслись, сжимая рукоять настолько сильно, что костяшки пальцев побелели. Разъярённый Стокман с большей яростью набирал команды, но девушка упорно сопротивлялась. Её голова гудела, будто собиралась лопнуть, из глаз потекли слёзы, а из носа кровь, стекая по губам, по подбородку, а дальше по шее, оставляя красную дорожку. Она зажмурилась, не желая видеть гибель Сплинтера, сил сопротивляться становилось всё меньше, но тут перед глазами стоят разноцветные точки и кружат голову. Она роняет катану, а сама падает на пол. Услышав звонкий звук, учитель Сплинтер вскакивает и удивлённо смотрит на Венус, которая в свою очередь глядит куда-то сквозь крысу, а рядом с ней лежит катана Леонардо. Поняв то, что сейчас должно было произойти, Сплинтер помог девушке поудобней усесться, а сам сел на колени напротив неё. - Мастер, - Венус была сильно напугана и с благодарностью приняла салфетку, что ей протянул сенсей, - простите меня, - сжимая салфетку, она склонилась и коснулась лбом пола. - Поднимись, дитя, - Сплинтер заботливо погладил девушку по голове, - расскажи, что случилось? – и Венус выложила крысу всё, что знала. Об утере самоконтроля, о странных цифрах перед глазами. Девушка так же рассказала Сплинтеру и том, что ей кто-то управляет, и отдаёт приказы. Поэтому она два раза покидала логово посреди ночи, и именно поэтому она только чуть не лишили сенсея жизни. - Мне удалось одолеть его, мастер, - она вытерла кровь и смяла испачканную салфетку в комок, - но я не уверена, надолго ли. Я боюсь, что в следующий раз, когда такое повторится, а я не смогу сопротивляться, то тогда… - Не думай об этом, дитя, - осторожно перебил её мастер, - мы обязательно, все вместе, поможем тебе, - он мягко улыбнулся. - Не уверена, захочет ли Ева помочь мне. Она меня явно недолюбливает. - Да, я уже осведомлён, - хмуро ответил сенсей, - у Евы сложилась тяжёлая жизнь, в младенчестве она потеряла мать, ей трудно завести друзей среди людей, поэтому она старается держаться лишь за то единственное, что у неё есть, боясь потерять и это. Наберись терпение, и я уверен, что Ева поменяет решение. - Спасибо, сенсей, - Венус поклонилась мастеру и подняла катану. В ту ночь она так и не смогла уснуть, думая о том, чтобы было, если бы она не смогла удержать контроль над телом. Вспоминая всё это, под ложечкой заныло. Ей стало страшно от того, чтобы бы было, если бы ребята застали её, стоявшей с оружием над спящим отцом? Интересно, кто бы набросился на неё первым? Рафаэль, а может быть я? Единственные, кто скептически отнёсся к идее Леонардо: оставить девушку-черепашку в их логове, хотя бунтарь немного смягчился, чего не скажешь обо мне. Очистив разум, куноити глубоко вдохнула носом, и с головой погрузилась в медитацию. * * * Рафаэль уверенно шагал в мою комнату, дабы унять кое-какие нюансы. Он прекрасно понимал, что мне сейчас нездоровиться, температура поднялась до тридцати девяти, а всё из-за какого-то дождя! Донателло запретил надолго задерживаться у меня, ссылаясь на то, что мне нужен отдых, и что я могу кого-нибудь заразить простудой. Кто же тогда будет защищать логово, если все черепашки дружно лягут с градусниками во рту? Но упрямый ниндзя не боялся заболеть, ему редко перепадала такая участь, поэтому он убедился, что по близости не шныряет гений, и вошёл в комнату. Услышав скрип двери, я повернулась и увидела, как Рафаэль закрывает за собой дверь и по-хозяйски усаживается на кровать. Мы молча разглядывали друг друга, после чего старший брат протянул трёхпалую руку к моему лицу, чтобы коснуться его, но я отодвинулась. - Может, ты объяснишь тупоголовому кретину, что происходит? – грубовато, но я привыкла. Приподнявшись, я поправила подушку, и облокотилась об неё. - Нам нельзя заниматься тем, чем мы занимались, - неуверенно начала я, и судя по выражению лица темперамента, он нихрена не понял, - нам нельзя быть вместе! – Рафаэль вскинул левую бровь. - Это ещё почему? - Я считаю тебе скорее братом, чем любовником. А с братом всё это…как-то, - я покрутила руками в воздухе, пытаясь показать масштаб противозаконности. - Эй, ты делаешь мне больно, - слишком спокойно, я рассчитывала, что он сейчас выйдет из себя, как обычно он это делает, и начнёт крушить мебель, - тебе же понравился секс, и не смей это отрицать, - при упоминании этого слова, мои щёки залились краской, - ну вот, я же говорил. Так что, выкинь всю дурь из головы. Это всё последствия твоей дурадской простуды. Она мешает тебе нормально думать, - он широченно улыбнулся и потрепал меня по голове, после чего укрыл одеялом и покинул комнату, оставив меня в смешанных чувствах. Сёдзи* - в традиционной японской архитектуре это дверь, окно или разделяющая внутреннее пространство жилища перегородка, состоящая из прозрачной или полупрозрачной бумаги, крепящейся к деревянной раме. Татами* - маты, которыми в Японии застилают полы домов.