Сон в летнюю ночь

Сомнения - предатели: они проигрывать нас часто заставляют Там, где могли бы мы выиграть, мешая Нам попытаться Шекспир В

Разговаривать Женя не захотел. Он даже отказался отойти на пару шагов от ребят, заинтересованно прислушивающихся к словам Захара. «Ничего не случилось. Все нормально. Потом поговорим», - вот и весь ответ. Домой Захар ехал один, угрюмо рассматривая в окно окрестности и размышляя о том, как же все таки убедить Краснова, что ничего не было. Вот чего, спрашивается, Женя так взъелся? Он же просто поговорил несколько минут с Димой и все. Что в этом такого? К тому же, Краснов сам настаивал на том, что надо общаться не только друг с другом, но и с остальными знакомыми. Было такое? Было. Так чего же он теперь так бесится? «Он приревновал тебя к тому Диме», - так, кажется, сказала Ксюша? Но почему? Захар ведь просто перепутал в темноте двух блондинов и больше ничего. Да, Дима симпатичный и довольно дружелюбно отнесся к Захару, но это же не значит, что Войцехов вот так сразу броситься «менять» недоступного Краснова на него. Неужели любой разговор с парнем приравнивается к невольной измене? Бред какой-то.

***

Тамара Константиновна за последние несколько месяцев научилась очень точно угадывать настроение сына. Она видела, с какой радостью он говорит о том мальчике Жене, и очень ждала того момента, когда радостная улыбка будет отражаться не только на губах, но и в глазах ее сына. Вернувшийся из поездки за город Захар был мрачнее тучи. Он просто бросил рюкзак в коридоре и ушел к себе, громко хлопнув дверью. Тамара Константиновна постояла немного около его комнаты, а потом все же решительно постучала в дверь. - Захар, можно? - с тех самых пор, как она невольно «испортила» утро сыну, Тамара Константиновна всегда стучала, прежде чем войти. - Да, мам, заходи. - Сыночек, что случилось? - негромко поинтересовалась она у сына, лежавшего на кровати с совершенно пустым взглядом. - Опять... Женя? Захар только согласно кивнул, не говоря ни слова, но мама была настроена вытянуть из него полную версию событий, чтобы в случае чего знать, сколько баночек с успокоительным покупать. И кому именно их покупать. - Захар, ты же знаешь, что можешь мне все рассказать... - Знаю, мам, знаю. Просто я и сам не могу понять, что происходит. Вроде бы я делаю все так, как он хочет. Я веду себя прилично, дружу, - Захар грустно улыбнулся, - с ним, а он... Вот скажи мне, почему стоило только мне заговорить с другим парнем, как Женя взбесился? Что в этом такого? - С другим? - немного не поняла мама. - Я не совсем понимаю, о чем ты. Можно немного поподробнее? Захар покосился на нее, но, усевшись на кровати, послушно принялся рассказывать, что случилось с того момента, как они приехали на полигон. - Думаю, та девочка была права. Женя приревновал, и тебе стоит... - по окончанию рассказа осторожно сказала Тамара Константиновна. - Ма-а-ам! - возмущенно вскинулся Захар. - Ты тоже думаешь, что я сам виноват?! - Нет, не думаю, но, как мне кажется, вам стоит поговорить и как можно скорее. Мало ли чего... - Угу, - пробурчал Захар. - Вот так всегда. У кого-то «мало ли чего», а я отдувайся. Эх... Да нет, я не жалуюсь, ты не подумай, сам ведь согласился, но желание вытрясти из одной белокурой головы всю глупость с каждым днем все сильнее. - Вот поедь и вытряси, - улыбнулась Тамара Константиновна, наблюдая, как ее сын решительно поднялся и начал одеваться. - И еще одно... - Да, мам? - Если... - замялась мама. - В общем, если что, то я буду рада видеть вас дома обоих. У нас дома. - Эээ? Я правильно тебя понял? - замер в дверях Захар, не решаясь поверить в то, что услышал. - Да. - Спасибо, мам.

***

Дорога к дому Красновых показалась Захару ужасающе короткой. Он никак не мог придумать, что же скажет Жене, а потому, задумавшись, чуть не проехал нужную остановку. Выскочив в последний момент, он еще несколько минут потратил на то, чтоб окончательно собрать мысли в кучу, после чего решительным шагом отправился к подъезду. Дверь, как и в прошлый раз, открыл сам Женя. Он несколько минут удивленно смотрел на Захара, но захлопывать двери у того перед носом не спешил. - Чего тебе? - наконец, справился с удивлением Краснов. - Захар, ты не вовремя. - Жень, я хотел бы поговорить с тобой, - решительно начал Захар и, поняв, что его никто в пускать в дом так просто не собирается, сам втолкнул Женю в квартиру, закрыв за собой дверь и прижав Краснова к стенке, чтоб не удрал. Тот возмущенно зашипел, но высказаться ему Захар не дал, затараторив первым. - Жень, дай мне сказать, пожалуйста! Потом будешь орать и обижаться, сколько тебе влезет, но сейчас просто выслушай! - Сейчас не... - Жень, ты все не так понял. Тот Дима - просто случайный знакомый, и мы, честное слово, только разговаривали! - Захар, уймись, сейча... - Жень, я не вру, пожалуйста, поверь мне! Я действительно люблю только тебя и согласен ждать, но не надо меня обвинять в том, чего я не делал! - Захар, замолчи, пожалуйста... - почти простонал Женя. - Не надо... - Женечка, пожа... - Захар, твою мать, ты можешь заткнуться! - заорал, вырываясь из его объятий Краснов. От неожиданности Захар разжал руки и ошарашенно смотрел на задыхающегося от бешенства Женю. - Да что с тобой, Жень?.. - Что происходит? Оба возгласа раздались почти одновременно. Захар медленно обернулся и увидел стоящих в дверях гостиной мужчину и женщину. И, судя по выражению их лиц, они явно слышали больше, чем хотелось бы обеим парням. А потому отступать было некуда. - Эмн... Здравствуйте, я... - начал было Захар, но сдавленный всхлип сзади не дал ему продолжить. Бледный Женя широко раскрытыми глазами смотрел родителей и хватал ртом воздух, будто в коридоре внезапно закончился весь кислород. - Женя? Жень, с тобой все нормально? - Н-нет... Нет-нет-нет! - замотал головой Краснов-младший, не обращая на Захара ни малейшего внимания. Он диким взглядом смотрел на родителей и медленно сползал по стенке. - Я не... Я не такой... Я не он... Я... - Женя? Женечка, что с тобой? Тебе плохо? - первой оправилась от шока мама и, оттолкнув Захара, быстро подскочила к практически сидящему на полу Жене. Но тот даже не отреагировал на ее слова, скорчившись на полу и мелко вздрагивая. - Женя? Сыночек... Захар, которого так неделикатно подвинули, несколько минут стоял молча, стараясь не мешать, а потом сообразил, что вот прямо сейчас его убивать никто не будет, и решил тоже попытаться хоть как-то помочь. Ведь именно он косвенно стал причиной такого состояния Жени. Правда, как растормошить блондина, он тоже не знал, но попробовать все же стоило. - Женя... - тихонько позвал он, подойдя чуть ближе и осторожно прикасаясь к плечу Краснова. - Жень, это я, Захар. Слышишь? Все хорошо, никто на тебя не злится. Правда же? - обернулся он к родителям Краснова, взглядом прося их подтвердить. - Д-да, мы не злимся, Женечка... - дрожащим голосом подтвердила мама и вдруг удивленно переспросила. - Так ты и есть Захар? Но... Как? - Что «как»? - вопросительно приподнял бровь Войцехов, придвинувшись еще ближе к не протестующему Жене. - Вы о чем? - Женя... Ну, когда лежал в больнице, то звал кого-то, и мы долго не могли понять о ком это он говорит. У нас нет знакомых с таким именем, да и сам он после не мог вспомнить кого звал. - Я что-то не совсем вас понимаю, простите, - пожал плечами Захар, продолжая поглаживать Женю по плечу. Мама Краснова кинула быстрый взгляд на мужа, словно спрашивая совета, а потом, решившись, быстро сказала. - Он звал какого-то то ли Зака, то ли Заха. Мы тогда толком не разобрали, но, как я понимаю сейчас, это сокращенное от «Захар», так? - Да, меня так иногда называют, - кивнул Войцехов, удивленно покосившись на маму Жени. - Но, понимаете, мы с Женей познакомились уже после вашего переезда сюда и... - договорить Захар не успел. Женя, который, казалось, совершенно не обращал внимания на разговор, вдруг дернулся, хватая его за руку и едва различимо прошептал. - Д-да, я помню тебя... Ты тогда... с луком... Оторопевший Войцехов окончательно потерял связь с реальностью. Он уж и забыл про то «приключение», воспринимая Женю просто как парня, а не героя из сказки, что привиделась ему после вкуривания «зелья». - Жень, я... - начал было Захар, но мама Краснова решила, что ей следует опять вмешаться. - Женечка, мы с папой... - За...хар? - вздрогнул, едва услышав ее голос, блондин. - Я же тебя... просил... Они же... Я не могу… Ваня, он... - Женечка, Женя, все хорошо. Никто на тебя не злится. Вставай, Жень, - стараясь говорить мягко, уговаривал Женю Захар и, настойчиво потеснив маму Краснова, помог тому подняться с пола. - Вот так, умничка. Тот с безэмоциональным выражением лица послушно встал, но отпускать руку отказался. Родители только отошли в сторонку, не рискуя больше вмешиваться. - Может, дать ему успокоительное? - тихо спросила мама, но Захар только пожал плечами. - Я не знаю. Может, лучше врача вызвать? - Нет, не надо врача! - дернулся Краснов-младший, вновь вынырнув из своего транса. - Я... я не хочу, я нормальный... я... - Женя, все хорошо, - чуть сильнее сжал его пальцы Зак и повел в комнату. Уложив парня на кровать и укрыв одеялом, Захар собрался уходить, чтоб не нервировать и так волком смотревших на него родителей Краснова. Он попрощался и уже даже вышел из подъезда, когда следом за ним вылетел взъерошенный Женя и, обогнав его на ступеньках, понесся в сторону парка.