По ту сторону от рая

Нет ничего проще, чем заставить взрослого, серьезного и ответственного человека каждый день вставать и выполнять поставленную с вечера задачу. Особенно если это Соичи. И тем более, когда это - дело принципа. Как бы ему ни была противна ситуация с покалеченным Моринагой, мужчина чувствовал себя немного виноватым. А еще каждый раз пытался заставить себя делать то, что необходимо для обеспечения комфорта и себе и парню. Снова вычищая зубы, теперь, как себе самому, водил зубной щеткой во рту Тецухиро, а сам мыслями был на работе, прикидывая, что ему сегодня еще нужно сделать, чтобы справиться с поставленной задачей. Аспирант настолько погрузился в чертоги своего разума, что не заметил теплого мятного дыхания у лица и последующего поцелуя. - Ты чего? – встрепенулся и отскочил, выставляя вперед перемазанную зубной пастой щетку. - Спасибо, семпай, - улыбнулся и попытался подойти. - За что? – не мигающими глазами, как рыба, уставился на внезапный утренний порыв нежности. - За то, что заботитесь. За то, что помогли мне вчера помыться. За все, семпай. Спасибо, - пока мужчина судорожно соображал, какой выдуманный парнем подвиг он совершил, Моринага подошел и снова чмокнул его в щеку. - Ай, - отпрянул и зачесал «ужаленное» место. – Колешься, - и с упреком посмотрел на наглеца. - Я два дня не брился, семпай. Конечно, я буду колоться. - Тебе побриться надо, - пробурчал и, сполоснув щетку, поплелся на кухню стряпать завтрак. - А Вы меня побрейте. Я сам не могу, - тихо подошел и едва ли не напугал Соичи. - Вот еще, - отмахнулся, подходя к холодильнику. – Делать мне больше нечего. - Тогда у Вас будет раздражение, когда будете меня целовать. - С чего мне это делать? – возмутился, гневаясь на такую атаку. - А почему бы и нет… - прошептал себе под нос. - Чего? – зашипел, прислушиваясь. - Говорю, тогда я буду Вас целовать, - хитро улыбнулся. - У меня раздражение на лице будет, - начал очередную защиту. – А такое раздражение бывает только от двухдневной щетины. Не смей, гад эдакий, портить мою репутацию в университете! – рявкнул, краснея от злости. – Потерпишь. Не помрешь. - Тогда я буду тереться своей щекой о Вашу, - быстро прильнул и продемонстрировал свои «угрозы». – И буду делать это до тех пор, пока Вы не сделаете этого, - продолжил свои действия, зля Тацуми еще сильнее. - Ну, ладно, только перестань! – вскрикнул и начал тереть щеку, которая уже немного порозовела. – Вечером. А сейчас мне на работу пора собираться. – Поставил перед Тецухиро тарелку с кашей и, зачерпнув немного овсянки с ягодами, протянул парню. Решив не раздражать заведенного мужчину, Моринага молча жевал, получая удовольствие от блюда, которое сегодня получилось вкуснее. И без неприятных комочков. Хорошо проваренную и подслащенную. А когда аспирант собирался на работу, Тецухиро ходил следом и сообщал, где лежат необходимые вещи. - У меня сегодня собрание рабочей группы, поэтому буду поздно, - сообщил не совсем приятную новость своему сожителю. - А как же я? – погрустнел, понимая, что его на целый день оставят дома. Как кота. - Я в обед вернусь. – Сжалился, хоть и скрипя зубами. – Но потом мне нужно будет снова уйти. Постараюсь вернуться, как можно скорее. - Хорошего дня, семпай, - улыбнулся и отошел от двери. – Я буду ждать Вас. - Вроде ты уйти можешь, - пробурчал, спуская с лестницы. До обеда молодому аспиранту пришлось потрудиться, как пчелке. Без Моринаги все валилось из рук и ничего не успевалось. Отчего мужчина злился, нервничал, и снова злился. Пока длилось собрание, он мысленно молился всем известным ему богам, чтобы все получилось, как он запланировал. На этот проект было поставлено слишком много, чтобы сейчас отступить и уступить место другому ученому. А еще щека горела адским пламенем. Хоть Моринага и не усердствовал, но аспиранту казалось, что парень сейчас сидит за его спиной и смеется над ним. Машинально проводя рукой по гладко выбритой коже, он до сих пор ощущал обжигающее дыхание и запах мяты. Дернувшись, вспоминая, где он находится, мысленно собрался и попытался сосредоточиться на процессе обсуждения. - Простите, профессор, - кинул взгляд на часы, которые показывали полдень. – Мы уже долго сидим. Может, сделаем перерыв? - А Вы устали, Тацуми-кун? – по-доброму улыбнулся. - Просто у меня кое-какая неприятность случилась. Дома. - Что-то серьезное? - Да так, - вилять он не умел. – Семейное. - Если это касается семьи, то поспешите. Мы пока прервемся, а потом вернемся к работе, - предложил ассистент профессора. - Спасибо. Быстро исчезнув за дверью, Тацуми бодро зашагал в сторону дома. Ему хотелось поскорее «обслужить» Моринагу и вернуться на работу. Если ему что-то было нужно, он делал это в короткие сроки. Даже домашнюю работу. Повернув ключ в замке двери, мужчина вошел в прихожую и быстро скинул обувь. Кинув свой рюкзак на столик, вбежал в гостиную. Увиденная картина огорчила его. На диване, уставившись в выключенный телевизор, сидел грустный кохай. - Ты чего сидишь, как статуя? – подошел ближе, заглядывая в пустые глаза. - Все уже закончилось, семпай? – не поворачивая головы, ответил. – С возвращением. - Сейчас только обед, - стянул со столика пульт и нажал на сетевую кнопку. - Спасибо. – Слабо улыбнулся, когда на экране появилось изображение. – Вы не представляете, как скучно дома, когда ты один и ничего не можешь сделать. - Сегодня очень важный для моей карьеры день. Я не могу в одно мгновение бросить труды последних лет. – Начал злиться, не понимая грусти парня. - Я понимаю, семпай. Я же ничего не говорю. Все хорошо. Спасибо, что включили телевизор. – Поднялся с дивана и поцеловал в щеку. - Снова за свое? – нахохлился, но тут же остыл. – Обед. – Прошел в кухню и залез в холодильник. Достав из холодильника еще вечера заготовленную рыбу, положил на нагретую сковороду и принялся варить рис. Под чутким, не без скандалов и споров, руководством Моринаги обед был приготовлен. Пока заваривался чай, Тацуми быстро отделил семгу от костей и выложил на тарелку. Рядом поставил плошечку со сваренным рисом. - Ешь быстрее. Профессор не может долго ждать. – Протянул кусок рыбы. - А что Вы сказали, что Вас отпустили, семпай? – тщательно, но быстро прожевывая, поинтересовался. - Сказал, что мне нужно заскочить домой. – Щеки немного порозовели, когда он вспомнил о своей хитрости. - Понятно. Когда они доели, Соичи поставил перед парнем чашку с чаем, а сам принялся мыть посуду и складывать ее в сушку. Минут через пять аспирант глянул на застывшего на стуле с полной чашкой чая перед собой Тецухиро. - Чего не пьешь? – сердито спросил, косясь на часы. - Не могу. Помогите мне, - поднял хитрый взгляд. Моринага открыто радовался тому, что мужчина о нем заботится. - Хоть бы раз сербнул из полной чашки. - Я подожду, когда Вы освободитесь. - Некогда мне! – рявкнул, вытирая руки. - Семпай, это нечестно. Вы же… - начал возмущаться, сердито сверля взглядом избегающего своих обязанностей аспиранта. - А ни хрена подобного! Нечестно травмироваться в такое важное для меня время! – выудил из ящика трубочку и вставил в чашку. – Пей. Так ты сможешь. - Простите, - погрустнел. - Семпай, - выбежал в прихожую за ним. – Вы скоро придете? - Часа через четыре. Может, пять. - Так долго, - погрустнев, опустил голову. – А как же я? - Совсем потерпеть не можешь? Завтра пятница. А в выходные я дома буду. Если на работу не позовут. - Семпай, помогите мне хоть в туалет сходить, пока Вы дома. Я полдня ждал. - Я же тебе купил… - А штаны я сам снять не могу! – вскрикнул, тыкая в то, о чем не додумался блондин. - Да не вопрос, - присел и стянул пижаму вместе с бельем. – Хоть поселись там. – Хищно ухмыльнулся и открыл дверь. – Буду через несколько часов, - вышел, захлопывая ее. Пока Тацуми Соичи отстаивал свой проект, Моринага, основательно заскучав, присел в кухне над чашкой с остывшим чаем и присосался к трубочке. Горьковатая тонизирующая жидкость приятно охлаждала. Допив до конца, он оттолкнул пустую чашку к середине стола, а сам прошел в свою комнату. Посмотрев на вещи, аккуратно повешенные на спинку стула, решил одеться. Скрипя зубами и подвывая от резко вспыхивающей в предплечье боли, он кое-как натянул на себя спортивные штаны на резинке вместо молнии, и влез в любимый джемпер. А мокасины без шнурков, стоявшие в прихожей, оказались, как никогда, кстати. Постучав в дверь к соседу, который, к счастью, оказался дома, парень попросил закрыть его дверь, а сам ключ положить в карман. Поблагодарив соседа за помощь, Тецухиро вышел во двор и направился в сторону больницы. Погода была великолепной. Теплый слабый ветер немного трепал слегка отросшие локоны, а солнце приятно грело. Быстрым шагом Моринага дошел до той больницы, где ему накладывали гипсы. Постояв у центрального входа минут тридцать, тяжело вздохнув, он поплелся в сторону дома. Парень прекрасно понимал, если сейчас переступит порог клиники, то семпай на него сильно разозлится. Домой идти не хотелось. А на улице было так волшебно. Поэтому Тецухиро свернул в сторону парка, удачно расположившегося в нескольких кварталах от дома, и присел на лавочку с краю центральной аллеи. Глядя на резвящихся детей, он не заметил, что просидел там весь день. Даже когда наступил вечер, пряча солнце за линию горизонта и показывая первые звезды, Моринага так и сидел под потоками уже прохладного, но свежего ветра, будучи мыслями где-то далеко в своих мечтах. Но единственные мысли, которые посещали его голову, были связаны с его домашним тираном, который никак не мог принять их отношения. Парень понимал, что аспирант старается. Но как-то это выглядело не сильно убедительно. Тецухиро понимал, что слова мужчины не совсем являлись правдой. Скорее, причина крылась в самом Соичи. Но о плохом думать не хотелось. - Вот ты где, идиот! – рявкнул Тацуми, толкая парня в плечо. – Я тебя, паскуда, уже второй час разыскиваю! – задыхаясь, прорычал. - Вы бежали? – удивился парень. - Ты - беспомощный кретин! Исчез из дома! Телефон не взял! Сволочь! Что мне думать? Я весь извелся! Думал, что с тобой что-то произошло! – после каждой фразы ему едва хватало времени и сил для вдоха. – Идиот! – истерично взвизгнул, но немного успокоился. - Вы так сильно волновались, семпай? – подскочил с лавочки. - Конечно, тупица! Я всегда волнуюсь! Потому, что ты конченый идиот! – сейчас Соичи хотелось убить Тецухиро, а потом потащить домой и допинать его там. – Почему ты ушел? - Я… я… - замялся, готовясь к новой нахлобучке. – Семпай, - хлюпнул носом, - Вы знаете, каково находиться дома в одиночестве, когда ничего сделать не можете? Я не могу находиться в четырех стенах! Один! – начал возмущаться в ответ. – Это Вам есть, чем заняться. А мне? А что делать мне? – пристально посмотрел в янтарные глаза. – Я так не могу, семпай! Я не могу сидеть в одиночестве в четырех стенах! Понимаете? А на работу Вы меня с собой не берете. – Нахохлился, обижаясь. – Возьмите меня завтра в университет. Я не буду Вам мешать, - на глаза непроизвольно накатились слезы. - Ладно, - успокоился, понимая, чего от него хотят. – Ты прав. Частично. - Возьмете? Правда? - Только лицо такое не делай. – Достал из кармана телефон и набрал номер. – Профессор?.. Простите. Я не смогу завтра прийти в лабораторию… Да, семейные обстоятельства, как я и говорил… Найдете замену на завтра?.. Спасибо. В понедельник я буду… До свидания. Положив гаджет в карман, развернулся к Тецухиро. - Ты доволен? Я завтра остаюсь дома, - нахмурился. - Вы сказали, что останетесь со своей семьей? Значит, Вы считаете меня своей семьей? – щемящее чувство привязанности заставило Соичи, смутившись, кивнуть. – Я так счастлив, семпай! - Только попробуй сейчас что-то вытворить! На клочки порву! - Простите, семпай, - покосился на мужчину, улыбаясь во все зубы. - Идем домой. Я есть хочу. - Да! Эмоционально уставший аспирант закурил, и медленно побрел в сторону дома, а осчастливленный Моринага засеменил следом, не решаясь подойти слишком близко. Держась на полкорпуса позади Тацуми, Тецухиро молча шел. Сейчас он понял, что семпай не считает его обузой.