Какая прекрасная дверь!

Листья всех оттенков от красного до желтого падали на землю, образуя пестрый ковер. Пришла осень и вместе с собой она принесла множество заказов для механиков. Юная Рокбелл была в том числе, поэтому ежедневно она выполняла заказов в два раза больше, чем обычно. Но сегодняшний день был исключением. С самого утра в ее дом заглянул только один посетитель – маленький парнишка, чья бабушка осталась без ноги в результате железнодорожной катастрофы. Он снова принес бабушкины жалобы на боли в ноге. Рокбелл посоветовала получше ухаживать за автоброней и назначила сеанс через неделю. В общем, то, что она советовала всегда. Уинри не понимала, зачем все время посылать своего внука к механику с одним и тем же вопросом, если все время получаешь один и тот же ответ, только сеансы, на которых ничего особенного не выявлялось, назначались в разное время. После этого парнишка поблагодарил Рокбелл и убежал к себе домой. Теперь дом Рокбеллов стал совершенно пустым. В нем осталась только одна Уинри. Бабушка уехала в город, чтобы закупиться запчастями для автоброни. Одиночество встало поперек горла, расползлось по всему дому, заглянуло в каждый угол. Казалось, оно только и ждет, чтобы накинуться на юного механика. Делать было совершенно нечего. Это был единственный из осенних дней, когда она так ждала хотя бы одного посетителя… Внезапно в дверь постучались. «Ну наконец-то!» - радостно подумала Рокбелл и со всех ног побежала открывать входную дверь. Открыв дверь она увидела низкорослого парня, который пытался прикрыть лицо капюшоном от красного плаща (лишь бы не узнала), но несмотря на его старания, светловолосая косичка все же торчала из под капюшона. «Эдвард… - огорченно подумала девушка. – И где он опять покалечился?..» - П… Привет, Уинри… - тихо произнес Элрик. - И что на этот раз? – устало спросила Рокбелл. - Да ничего такого… - настолько тихо произнес Эдвард, что Уинри его почти не услышала. - Рассказывай! – зло воскликнула Уинри. - Палец на руке почти не двигается… Я говорил, что ничего серьезного, а меня Ал послал сюда… - угрюмо пролепетал Элрик, убирая с лица свою единственную защиту – капюшон. - Как не двигается?! Это же первоклассная автоброня! – воскликнула Уинри, нащупывая в кармане гаечный ключ. - Можно войти? – почему-то устало спросил Эд. Раньше он отвечал что-то вроде: «Значит, не такая уж она первоклассная!» или что-то еще, и это подкосило Рокбелл, ведь только что она собиралась создать еще одну шишку на голове Элрика. - Можно… - ответила Рокбелл, понимая, что что-то здесь нечисто. Она впустила его в дом и привела в гостиную. Там она провела осмотр. И оказалось, что не хватало одного винтика. Но Рокбелл точно завинчивала его, а отвинтить его, не ломая автоброню, можно было только умышленным способом. - Эд, - начала она, - что-то случилось? - Нет… - ответил Элрик, отводя глаза. «Значит, случилось…» - устало подумала Рокбелл. Ну сколько можно? Все время с этими двумя что-то происходит, хотя сейчас здесь только один из них… - А почему нет Ала? – спросила она. - Не захотел… - угрюмо ответил Эд. - Не хочешь ничего говорить, ну и не надо! – воскликнула Рокбелл. – Вы мне все равно никогда ничего не рассказываете! Она встала и направилась к выходу из гостиной. - Ты куда? – спросил Эд, изумленно глядя на подругу. - В подпол, там у нас хранятся некоторые детали, – ответила Рокбелл. В подполе было сыро и холодно. Тут стоял старый диванчик, который раньше был в доме, а вокруг него были переполненные шкафы с разными запчастями. Девушка захлопнула дверь и подошла к одному их шкафов. «И с чего бы все это? Пришел один, без Ала, специально отвинтил винт… - грустно подумала Уинри, взяв нужный винтик. – А может он приехал чтобы… нет, не глупи, Уинри, какой парень будет приезжать в такую даль, чтобы признаться тебе в любви…» Она подошла к двери и дернула на себя – не поддается. Снова дернула – тот же результат. Она испугалась. Неужели ей до конца дней придется торчать в этом сыром подвале? Она же еще совсем молода! Но она быстро вспомнила, что в ее доме был еще один человек, который смог бы открыть дверь с другой стороны. Девушка со всей силы начала колошматить по двери и звать друга. К счастью, Эдвард среагировал довольно быстро. Он подошел к двери с другой стороны и спросил: - Ты чего?! Хватит орать! - Эд… Эдвард… - радостно прошептала она и тут же ответила. – Дверь заклинило, я не могу выйти. Помоги! - Сейчас, подожди немного! – ответил Эдвард. - Дверь не поддается. Ручка двери с сумасшедшей скоростью крутилась во все стороны. За дверью слышались чертыхания Элрика. - Ну как? – спросила Рокбелл. - Не получается… - ответил Элрик. Уинри присела на корточки. Значит, никто ее не выпустит. Дверь не откроется, и она навсегда останется в подполе. За дверью Эдвард продолжал попытки, хотя было уже понятно – дверь закрыта. Элрик стукнул по двери и со всей силы нажал на дверную ручку. Дверь открылась. Но она открылась так неожиданно, что он со всей силы налетел на Уинри. Сначала до Рокбелл не сразу дошло, что произошло. Но она быстро сообразила, что Эдвард свалился на нее не просто так. И конечно, до чего же она могла додуматься? Да, что Элрик свалился на нее, чтобы полапать. Она изо всех сил начала бить по нему, пытаясь спихнуть. - Эй, эй, ты чего? С ума сошла?! – спросил Эд, уворачиваясь от гаечного ключа. - Отвали, маленький извращенец! – воскликнула Рокбелл и пихнула ногой дверь. Та захлопнулась, но парочка не обратила на нее внимание. - Это кто тут ма… - начал было Эд, но тут до него дошел смысл сказанных подругой слов. Он покраснел и изумленно уставился на Уинри. Увидев реакцию друга, Рокбелл тоже покраснела, но, чтобы не показать свое смущение, она снова попыталась спихнуть его и прошептала: - Слезь… Элрик подчинился. Теперь они сидели на полу и старались не смотреть друг на друга. Первым происшествие с дверью заметил Эдвард. - Эм… Уинри… - сказал он, тыкнув ей в руку пальцем. - Ну чего еще?.. – спросила она и, повернув голову, поняла, в чем дело. Оба мгновенно вскочили и начали кричать: «Помогите! Помогите, кто-нибудь!» Но никто не услышал, за дверью была пугающая тишина. - Хотя бы не одна здесь помру… - пролепетала Рокбелл. - Что за грустные мысли? Все отлично! Сейчас кто-нибудь придет… - сказал Элрик, умоляюще глядя на дверь. - Ну конечно… - ответила Рокбелл и поплелась к одному из шкафов. Оттуда она достала старый чайник и бутылку с водой и подошла к Элрику. - Если бы была заварка… - сказала она. - У меня есть. – ответил Эдвард и достал из кармана два пакетика чая. - Откуда они у тебя? – спросила Рокбелл. – Что-то подозрительно они похожи на пакетики моего чая. - Я взял два… - ответил Эд, отводя глаза – похоже, сейчас ему будет очень больно. - Так ты что еще и чай у меня воруешь?! – грозно воскликнула Уинри. – И что ты еще прибрал?! - Да ничего я не ворую! Первый раз что-то взял! – отпарировал Элрик. – Да и вообще хватит тут! Лучше чай заваривай. - И как ты себе это представляешь? Ты где-то здесь видишь плиту и чашки? Да если бы тут вместо тебя был Рой Мустанг, от него бы больше проку было – он же Огненный алхимик, заменил бы плиту… - Вот только не надо при мне упоминать имя этого придурка! - Чтобы я его не упоминала, найди мне плиту и чашки! - Ну и найду. – ответил Эдвард, хотя, он слабо верил в то, что сказал. «И где тут найти плиту? Среди этих винтиков? Или среди тех гаечных ключей? – подумал он, оглядывая комнату. - А хотя… Стоять. Я же алхимик! Сейчас быстро что-нибудь смастерю…» Он подошел к полке в гаечными ключами. Одно преобразование – и чашки готовы. Осталась только плита. - Насчет плиты можешь не беспокоится. – неожиданно сказала Уинри. – Где-то в шкафу около дивана есть моя самодельная… Эдвард кротко кивнул и направился к плите. На то она и механик, чтобы делать всякие самодельные плиты. Все, чай почти готов. Они собрали все «ингредиенты» вместе: налили в чайник воду, поставили его на плиту, и осталось только подождать. - Эд, мне холодно, – сказала Рокбелл, надеясь, что он решит ее проблему. Но как? Создаст обогреватель? Или скажет: «подожди, пока приготовится чай…» Но Стальной только вздохнул в ответ. Он снял плащ и протянул его подруге. Уинри смутилась: они что, парочка, чтобы он ей свои вещи давал? Но все-таки буркнула: «спасибо» и натянула плащ. Теперь-то она поняла, почему Эдвард все еще носит эту странную красную ткань – ей сразу стало тепло и уютно. Так она сидела и грелась под красным плащом, пока не засвистел чайник. - Уинри, а как плиту-то выключить? – спросил Элрик, слушая свист чайника. - Ты что не умеешь?! – воскликнула Рокбелл. - Ты тоже много чего не умеешь! – ответил Эдвард. - Это еще чего я не умею?! - Целоваться, например! – выпалил Эдвард. Похоже, он даже не думал, что скажет это. Оба смутились и повернулись в разные стороны. А чайник все свистел и свистел. Наконец, Рокбелл потянулась к плите и выключила ее. - П… прости. – пробормотал Элрик. – Само выскочило… - Знаешь, что?! Если ты у нас такой мастер в этом, то и покажи мне свое мастерство! Они снова залились краской. Рокбелл начала разливать кипяток по кружкам. - Стой, - сказал Эдвард, когда она начала заполнять вторую кружку, - давай пить из одной. Я тебя потом научу… Ну это… «Целоваться…» - пронеслось в голове Уинри. Значит, у него уже был кто-то? - Ладно. – пробормотала она. Она отставила чайник в сторону и положила один из пакетиков, принесенных Элриком, в кружку. Через несколько минут чай был готов и Уинри спросила: - А ты, случайно, сахар с собой не прихватил? - Я знал, что ты спросишь, – ответил он и достал из кармана кусочек сахара. - Так ты у меня еще и сахар воруешь? – насмешливо спросила она. – Ладно, бери сколько угодно, он все равно дешевый. Эдвард улыбнулся ей, она снова смутилась. - Эд, я… - начала девушка. - Мне холодно, давай сядем на диван. – перебил ее друг. Она удивленно посмотрела на него. Он был красный, как помидор. «Значит, не сейчас…» - подумала Рокбелл. - Конечно. Они сели на старый диванчик. Она отдала ему его плащ, а он укрыл тканью себя и подругу. Конечно, плащ был не такой огромный, так что они сидели тесно прижавшись друг к другу. Уинри отхлебнула из чашки немного чая. Затем Эдвард, потом снова Уинри и все это проходило в абсолютной тишине, будто оба ожидали того, что случится после этой небольшой чайной церемонии. Наконец, кружка опустошилась. Эдвард вопросительно посмотрел на Уинри. Она кивнула. Стальной приблизился к ее лицу настолько близко, что он чувствовал ее дыхание. Похоже, она сильно взволнована. Эдвард прикрыл глаза и поцеловал прямо в губы. Поцелуй… Первый для них обоих, просто Эдвард не хотел признаваться, что до этого у него никого не было. У Уинри в голове перемешались все мысли, она не могла ни о чем думать… кроме Эда. Да, она любила его. И теперь она это поняла окончательно. Она точно должна признаться, но когда она попыталась, он остановил ее. Неужели он ее не любит? Но тогда почему он сейчас целует ее? А еще, он же алхимик, у него вся голова только алхимией и занята. А может быть, и нет… Вот чем сейчас была забита голова Уинри. А у Эдварда голова была забита тем, о чем же думает Рокбелл: «О чем она думает? Наверное, о любви и прочем таком… Женщины всегда только об этом думают. А откуда я это знаю?! Точно, это плохое влияние Мустанга. У него было слишком много женщин, так что теперь он знает обо всем, о чем они думают и теперь передал это на меня. Тупой Мустанг! Во время своего первого поцелуя я думаю об этом придурке!» Наконец, это сладостное мгновение, пока проходил их первый поцелуй, закончилось. Уинри радостно посмотрела на Эда. Элрик улыбнулся. - Эд, - сказала Рокбелл, - как выбираться будем? - Я с помощью алхимии открою дверь. - Так ты мог открыть эту ужасную дверь и раньше?! И мне бы не пришлось торчать в этом сыром подполье?! - Знаешь, а по-моему это прекрасная дверь. Надо бы во всем доме такие поставить...