Мой любимый гриффиндорец

      Чарли громко всхрапнул и, испугавшись этого звука, резко открыл глаза. В комнате было холодно, за окном все еще царила ночь. Испуганно обернувшись, Уизли облегченно выдохнул, упершись взглядом в черную макушку. Фэйт тихо сопела, свернувшись клубком, чтобы не мерзнуть.       Решив, что раз уже проснулся, то можно сходить и по нужде, потому что природа звала. Вернувшись в комнату, Чарли недовольно забурчал. Фэйт стянула на себя все одеяло, замотавшись с головой. Не оставив ему ни кусочка.       Здраво рассудив, что любовь любовью, но мерзнуть никому не хочется, пусть та самая любовь и греет. Осторожно потянул на себя одеяло и тут же встретился с сопротивлением. Фэйт держалась за ткань даже во сне, впившись цепкими пальцами.       — Все одеяло стащила, — возмущался Чарли и застыл, когда девушка замычала неразборчиво сквозь сон.       — А ты мое сердце! Дальше будем соревноваться, кто больше стащил?!       Чарли выронил одеяло из рук, растянув губы в глупой широкой улыбке. Фэйт редко нежничала, а тут прорвались ее истинные чувства сквозь сон. Потому что во сне ты наиболее уязвим, потому что в таком состоянии можно увидеть настоящего тебя. Девушка заворочалась, вскинула руку в воздух, откидывая одеяло на сторону парня, таким образом отдавая ему часть. Чарли заулыбался еще сильнее, когда в лунном свете блеснуло кольцо.       — Спокойной ночи, миссис Уизли.       Она переехала к нему в Румынию, пожертвовав всем. Он отдал ей свое сердце, потому что не был богат или знатен. Но Фэйт было достаточно и этого.       Деньги лишь жалкие бумажки, а чужое влюбленное сердце — бесценно.