Never let me go

POV Jessica Рука поглаживала мою талию, а рядом слышалось тихое сопение Гарри, от чего я невольно улыбнулась… Сто-о-оп, рука? Гарри? Я резко повернулась, чтобы посмотреть на него. И вот я вижу спящего Стайлса. По мне пробежал жуткий холодок, и я невольно вскрикнула. Гарри резко распахнул глаза и недовольно промычал. Черт! Не дай Бог, между нами что-то было… - Мы же не… Стайлс сначала с минуту смотрел на меня, а потом мы оба заглянули под одеяло. Одеты. Гарри закрыл лицо руками и, смеясь, откинулся на подушку. Я ткнула его в бедро, и он упал с кровати. Почему он всегда падает? Я встаю и вижу свои туфли в дальнем углу комнаты. А что вчера было? Пытаюсь собрать кусочки вчерашнего дня в нормальную картину и, кое-как у меня это выходит. Мы поцеловались. Я его поцеловала. Я сама. Черт. Сколько я выпила? Два бокала? И мне хватило этого, чтобы совершить подобную глупость? Я идиотка или как? - Гарри, я… - По пьяни. Успокойся. - Прости. Гарри, у нас по любому ничего не выйдет. Даже если бы чувства были взаимными, - я начала ковырять в ногтях и чувствовала, как на глаза наворачиваются слезы. Я ему вру, но это лучше чем, если он потом будет скорбеть. - Они не взаимны? – Только сейчас я заметила, что Стайлс голый по пояс. Он надевает майку и вопросительно смотрит на меня. - Прости, - слезы начали идти, но останавливать их бесполезно. Со мной всегда так. Гарри подошел ко мне и обнял. Мне казалось, что мы стоим так вечность, но я не хочу, чтобы она заканчивалась. Я хочу стоять с ним и вдыхать этот приятный запах, который так и манит к нему. Черт, как же я его люблю,… как же я хочу, чтобы у нас было светлое будущее, которое ничто не омрачит. Он мой наркотик. Действительно сильный наркотик и другие, которые я принимала до этого момента просто ничто по сравнению с Гарри Стайлсом. - Я знаю, что ты врешь, Джесс, - он нежно шептал мне на ухо, и в этот миг слезы остановились, - но не буду спорить с тобой.

***

POV Harry - Джесс, ты собираешься больше часа! – кричу я с первого этажа. - Тебе было так трудно собрать чемодан вчера? - Да! – с сарказмом проговорила Джессика, спускаясь вниз с огромным чемоданом. Ей никак не удавалось перекатить его и поэтому, ее спуск был шумным. - А-а-а, дай сюда, - я поднялся по лестнице и отобрал чемодан. Джессика спустилась со мной вниз к машине, а Кэтрин провожала нас. Она чересчур волнуется. Джесс едет со мной, а не с маньяком каким-нибудь. Мы сели в машину и Джессика снова не пристегивается. Хитрая девушка, но что поделать. Я наклоняюсь и пристегиваю ее. - Твоя мама сильно волновалась. - На выходе из дома она пыталась запихнуть презервативы в мой задний карман. Я расхохотался. Дорога до «Heathrow» прошла очень весело. Мы слушали песни и фальшиво подпевали, а потом просто угорали над голосами друг друга. Несколько раз нас остановили, но я ведь добропорядочный гражданин, который подсунул в свой паспорт несколько фунтов. В аэропорту было очень трудно найти Луи и Эль, но они сами нашли нас. Джессика и Элеонор крепко обнялись, словно год не виделись, а хотя в последний раз они виделись на свадьбе. Многое произошло за эти четыре месяца, но только одно приводит меня в ужас. Джессика. Она похудела, а под глазами образовались синяки. Про кровь из носа и температуру говорить не стоит. Их частота зашкаливает. И все же мне понятна причина волнения Миссис Райдер. Мы сели в самолет. Джесс не захотела садиться к окну, так как боится высоты, но я уговорил ее, сказав, что она должна увидеть ЛА сверху. Прошло некоторое время, и стюардессы начали расхаживать по салону, предлагая нам поесть. - Мясо или рыба? – улыбчиво спросила одна из них. - Мясо. А ты, Джесс? – она посмотрела на меня, и я пришел в некий ужас. Ее глаза чуть ли не выпадают из глазниц, а голова опущена вниз. Джесс покачала головой, - мне тоже ничего не надо, извините. Остаток полета прошел в молчании. Джессика отказалась даже от чая. Мне не удавалось ее уговорить словами, что от чая полегчает, но она говорила, что она в порядке. Я не верю. Мы сидели в такси и ехали в домик отца Луи, который находился у моря. Джессика все такая же бледная. Я ужасно волнуюсь. Мне страшно. Я периодически поглаживаю ее по спине и спрашиваю о самочувствии, но Джесс, по-прежнему, уверяет меня в том, что все хорошо. Проходит несколько минут, и Джессика останавливает машину, чтобы выйти. Я выхожу за ней. Ее начало тошнить, а я придерживал ее волосы. Когда все закончилось, я помог ей подняться. Джесс усмехнулась. - Смерть близко. - Заткнись, - грубо проговорил я, помогая Джессике сесть в машину. Наконец, мы приехали. На пороге все кроме Джесс стояли с чемоданами, но не долго. Я и Эль синхронно уронили чемоданы, проговорив «Wow». Луи кивнул и улыбнулся, а Джессике было не до этого. Она нашла кресло и села в него поджав ноги. У нее был озноб. Я нашел плед в своем чемодане и укрыл ее. Элеонор так же начала нам помогать. - У тебя температура, - сказал я, убрав руку с ее лба. - Не волнуйся за меня, рано или поздно все закончится. - Ты заткнешься? – я опять нагрубил Джессике, и она прищурилась глядя на меня в упор. Джессике полегчало только к вечеру. Температура спала, а озноб прекратился. Я достал термометр. Тридцать семь. - Ну как? - Тридцать семь. При этой температуре возможны головные боли. - Само собой. Осталось два месяца, если не считать этот. - Прекрати это. - Что «это»? - Ты говоришь о смерти как о чем-то обыденном. - Так оно и есть. Я устало простонал и встал с пола. Луи провел меня в комнату, в которой будет спать Джессика. Все очень нежно и комфортно, а вид за окном великолепный. Надо привести сюда Джессику. Я спустился вниз и увидел, что Джессика уже спит. Поднимаю ее на руки прохожу в комнату. Там я уложил Джесс в постель, но когда я собрался уходить, она схватила меня за руку. - Не оставляй меня. - Хорошо, - я прилег рядом с ней. Джессика положила руки под подушку. - Обещай, что не отпустишь меня. - Я не могу пообещать этого, если ты не стараешься держаться за меня. Я почувствовал ее горячую руку, когда Джессика взяла меня за руку. Жар ее тела чувствовался даже на расстоянии. Мне было не по себе. Я влюбился в девушку, которая ждет своей смерти. Джессика поглаживала мою ладонь своим большим пальцем. Не могу терпеть эту близость. Все так ужасно. Мне так плохо. Я беру ее за руку и по очереди целую костяшки ее пальцев. - Ты знаешь, что я буду сейчас бредить. - Да, знаю, - немного усмехнувшись, ответил я. - Я наврала тем утром в Лондоне у тебя дома. - Ты о чем? – я не понимаю, о чем она говорит, но может быть, просто не помню. Это должно быть так давно. - Я люблю тебя, Гарри.