Ром и кола - все, что нужно звезде рок-н-ролла

Я вышла из палаты Мили. Бедненькая. Сколько ей еще здесь торчать? Надо будет сегодня ей позвонить или приехать еще раз. Её окно на первом этаже, если не пустят просто так, сумею пробраться. В общем, посмотрим. Я взяла скейт, оставленный мной около лавочки и поехала на квартиру к Миле. Она дала мне ключи и попросила покормить Каса. Кас — это ее кот, сокращение от Кастрюлька. А потом после этого доказывай людям, что она нормальная. Я ехала по освещенным улицам и наслаждалась летним солнцем. Мысль о том, что у меня еще целых два месяца лета, создавала прекрасное настроение. Единственное, что не давало покоя — экзамены, от которых зависит, буду ли я эти два месяца абсолютно свободна или придется доучиваться в летнее время. Нужно будет приехать домой пораньше и начать к ним готовиться. Видимо, вечерний визит к Миле придется отложить. От больницы до Милиной квартиры было достаточно далеко, но я доехала на удивление быстро. Минут за двадцать точно. Преодолев расстояние от подъездной двери до входной, я достала ключи и собралась было вставить их в скважину, но тут заметила, что дверь и без того приоткрыта. Миля не могла оставить её так. Она паникерша. Боится всего, а тем более ограбления или побега Каса. Я аккуратно толкнула дверь и увидела маму Мили и отчима. Бля. Я попала. — Здравствуйте, — как можно дружелюбнее сказала я. — Здравствуй, — тут прошло около десяти секунд пока она пыталась вспомнить мое имя, и если бы я не подсказала, скорее всего, не вспомнила бы, — Ева. Скажи, пожалуйста, где Миля. Кажется, её тут не было со вчерашнего вечера. Так сказала вахтерша. — Эм-м-м, я к ней и пришла, а что, её нет дома? — начала врать я как можно более непонимающим тоном. — Нет. Мы думали, что ты знаешь. "Пронесло", - подумала я, как вдруг поймала взгляд Милиной мамы на моей руке, сжимающей связку ключей. — Стоп. Это что, ее ключи? — она приподняла мою руку, и убедившись, что ключи от Милиной квартиры, снова ее отпустила. — Ева. Ты что-то нам не то говоришь. Бля. Всё. Смысла врать дальше нет. Придется рассказать им правду. Мать Мили стояла минут пять молча, громко вдыхая и выдахая, а потом только спросила: — В какой она больнице? — я уж было набрала воздуха в легкие, чтобы сказать, что не в курсе, как она меня прервала, — И не говори, что не знаешь, я уверена, ты только что оттуда. — В 145. Вы только не ругайте ее. Она не виновата. — Ага, ладно, — сказала она, но по ее лицу было понятно, что без оров не обойдется. Они ушли, я быстро набрала номер Мили и рассказала ей о случившемся. — Бля-я-я-ять. Что мне теперь делать? — начала паниковать она. — Для начала успокоиться. И не груби маме, когда она придет. Постарайся удержать свою квартиру. Жить с предками в любом случае – так себе перспектива. — Постараюсь. Пока, брат. — Пока. Я сбросила, покормила Каса, и, схватив скейт, поехала домой. От Милиного дома до моего было минут пять езды, но я заехала в магаз, чтобы купить вкусняшек. Потом, по приезду домой, я позвонила на работу и сказала, что меня не будет еще четыре дня. Наврала, что болею. На самом деле я хотела подготовиться к экзамену. А потом набухаться. Поэтому я не выйду на работу четыре дня. К слову, я работаю в престижной парикмахерской стилистом. Я решила посмотреть фильм, только я включила комп, как вдруг звонок от Мили. — Да, Миль, как ты? — спросила я. — Ужасно, блять. Они забрали, представляешь, забрали у меня квартиру. Сейчас они приедут к тебе за ключами. Пиздец. Они сказали, что теперь я буду жить с ними. Кстати, уже завтра я выписываюсь и поеду в этот дурдом. — Успокойся. Не кричи. — Ладно. Давай потом поговорим, медсестра пришла. — Хорошо, давай. Я положила трубку и услышала звонок в дверь. Ну все. Прощайте ключи. Я открыла и увидела Антона. Нет, не Ниженко. Просто Антона. Это мой парень. — Привет, детка, — о, Боже, он был пьян. Причем очень. — Привет. Тош, проходи, конечно, но я сейчас немного занята. Посидишь в комнате, ладно? Ответа не последовало, но он попытался сделать что-то вроде кивка, благодаря чему чуть не перепахался. Он зашел. Я закрыла дверь. Повернулась и очутилась в очень крепких объятиях, какие бывают только у пьяных. Он начал ко мне приставать. И тут же зазвонил домофон. Это были родители Мили. Но Тоша не отставал...