Десять шагов

Неожиданная маленькая порция драмы в конце главы. Лави мрачно ощупывал свое лицо. В отличии от сумевшего вовремя скрыться Аллена, он не успел своевременно отыскать достаточно хорошее укрытие и тяжелая рука правосудия настигла его. Об этом ярко свидетельствовали синяки - один на скуле, как и у самого Аллена, а другой под единственным глазом. Было заметно, что книжнику от этого плохо и очень грустно. -Знаешь, Аллен, ты настоящий друг, - печально сказал книжник, - Ты так хорошо убежал, что я не успел тебе крикнуть, что я не хочу так глупо умирать. Твое стремительное бегство спасло меня от позора, которым несомненно стало бы мое поведение, если бы я начал вопить "Я еще слишком молод! Спаси меня!". Особенно после того, как я пафосно сказал, что задержу его... -Фто? -Я сильно хочу побить тебя, Аллен, - все с той же печальной интонацией сообщил Лави. Аллен слегка пожал плечами и снова откусил от булочки. Столовая. Место, соединяющее души. Нет, вообще-то, наиболее логичным было бы избегание общественных мест, где его, ничтоже сумняшеся, мог подстеречь жаждущий кровопролития Канда. Аллен даже пытался следовать этому... первую пару часов. Но голод был сильнее его. Вспоминая это в будущем, Аллен с сожалением думал, что это было его единственной ошибкой в стратегии. Всякое живое существо теряет осторожность всего в тот момент, когда он ест. Поглощение пищи... Волшебный миг! Любящий кушать хорошо и помногу, Аллен не мог позволить себе постоянно оглядывание местности. Это мешало не только самому процессу, но и впечатлению от него. Сможете ли вы наесться, если будете постоянно озираться по сторонам в поисках доморощенного ниндзи с ножом в зубах, который ползет по потолку? Аллен так не думал. Но увы - жизнь рассудила иначе, и хотелось ему того, или нет, во время обучения у не к ночи помянутого Мариана Кросса ему приходилось завтракать-обедать-ужинать именно в таком порядке. Устав от этого, в Ордене он отрывался по полной. Если двое непримиримых врагов встречались в столовой лицом к лицу, Канда обычно довольствовался парой тяжелых взглядов и колкой фразой, и если до него не докапываться, то дело и вовсе этим ограничивалось... только на момент обеда, конечно. Не то, чтобы Аллен ценил неприкосновенность чужой трапезы - просто он весьма дорожил своей. Господь, это так несправедливо! А я ведь уже даже уверовал в Тебя! Почему Ты привел сюда Линали именно в такой момент? -Аллен-кун. Ласковый голос, ласковый взгляд, но под этой пушистой оболочкой скрывался хищник, который смотрел изнутри милашки Линали стеклянным злым взглядом, с прохладцей цедя слова. Аллен, подавившись едой, закашлялся. Девушка подошла и с сочувствием отвесила ему тяжелую затрещину по спине. -Заканчивай трапезу, Аллен-кун. Нам нужно поговорить. Если бы она писала, то каждое слово можно было бы выделить двойным подчеркиванием. Красными чернилами. Она улыбнулась - Темный Аллен изнутри скрежетнул зубами и зажался в угол, оставив свою вторую половину в одиночку спасать общую шкуру. Чувствуя, как наливается тяжестью след от удара на спину, Аллен, прозорливо предугадывая приближающиеся неприятности, с рекордной скоростью доедал злосчастный поздний ужин. Уже вставая из-за стола, он поймал на себе взгляд Лави. Скорее сочувственный, нежели злорадствующий. -...ну, и конечно же, Лави не откажется побеседовать с нами. Если бы Аллен знал, чем в итоге закончится беседа, то он заперся бы в комнате на добрую пару недель. Нет, еще больше! Для гарантии. Тим мог бы приносить ему еду, дверь он бы забаррикадировал стулом или тумбой... Нет, это слишком слабо! Как он мог забыть - есть еще Комурины, эти механические порождения больного разума! Дикие, жестокие и безжалостные создания. Сколько горя и ужаса они принесли Черному Ордену! Едва ли не столько же, сколько разрушений произвели Аллен и Канда вместе за время совместного сосуществования в этом месте! Хотя, конечно же, с конкретным числом ему не сравнится, но если результаты и того, и того слегка округлить, то числа становятся немного похожи. -...Аллен-кун? Ты же внимательно меня слушаешь, правда? Немного. -Конечно, я внимаю тебе! Уолкер ослепительно улыбнулся. -Аллен, прекрати. Это выглядит так, будто ты скалишься, - пробормотал Лави, сидевший рядом. После спешного сбора в столовой, объявленного Линали, она отконвоировала их обоих в один из дальних коридоров и приперла к стенке - грубо говоря. На самом деле оба были усажены на широкий и холодный каменный подоконник, как два провинившихся ученика, а сама же девушка сейчас расхаживала перед ними туда-сюда, беспощадно выговаривая им проповедь. И Лави, и Аллен с опаской следили за тем, как в ее руках в такт речи взлетает и опускается вниз папка с металлическим жестким каркасом. Когда девушка доходила до необыкновенно патетического момента своей нотации или до какого-нибудь особенного впечатляющего аморального поступка Аллена или Канды, совершенного во время военных действий (каждый их которых она решила припомнить почему-то именно Аллену, застенчиво оставив в сторонке пострадавшего японца), ее голос повышался, а папка взвивалась в воздух, подобно карающей длани Господней. Не раз и не два было заметно, что она удерживает себя от простого и приятного желания опустить вышеупомянутую папку одному из них на голову, но каждый раз она держала себя в руках. Да, Линали обладала ангельским терпением. -... и поэтому я считаю, что вам необходимо зайти в медпункт и извиниться! - победно завершила она. -Что он делает в медпункте? - кисло поинтересовался книжник, - С его регенерацией это маленькое ведерко проблемой стать не должно. -Именно, - горячо подхватил Уолкер, - Его туда даже вилами не запихнешь! Может, ты ошиблась? -Его же туда можно затащить разве что в бессознательном состоянии, - добавил Лави, - Только не говори мне, что он еще раз потерял сознание. Стоп, то есть "вилами"? -Я пробовал, - скромно сказал Аллен. -Вы, оба. Это. Было. Не. Маленькое. Ведерко, - медленно и членораздельно сказала им Ли. "Скорее, даже совсем не маленькое ведерко" - усмехнулся про себя Аллен. -У Канды сотрясение мозга, - сердито сообщила девушка, - Он не может толком ориентироваться в пространстве из-за головокружения. Поэтому я отвела его в медпункт. -Кошмар-кошмар. Рыдать и плакать, - тихо бормотнул себе под нос Уолкер, - Смысл туда вообще идти, если уже завтра вечером он снова будет на ногах? Лави, услышав это, чувствительно ткнул его локтем в бок. Ли нахмурилась. -Вы все поняли? Завтра утром вы дружно собираетесь и идете извиняться. Оба! Особенно ты, Аллен-кун. Ведь это ты все подготовил, да? Он старательно сделал вид, что ничего не слышал. Да и вообще, причем здесь он? Если ты в чем-то виноват и тебя поймали - сделай вид, что ты тут не при чем. Ну, или хотя бы сделай так, если сильно виноватым в ситуации ты себя не чувствуешь. Еще один урок от Мариана Кросса, сторонника экстремального обучения, впитанный Алленом вместе с... Скажем так: не то чтобы вместе с молоком матери, но вместе с побоями несчастных людей, которые просто пытались вытрясти свои деньги -Вы все слышали? - нежно повторила Линали, переводя взгляд с покрытого синяками лица Лави на бледное и одухотворенное лицо Аллена. Уолкер умильно посмотрел на нее. -Конечно, Линали, - тепло сказал он. В его голове медленно, но верно формировался новый план. Лави дико смотрел на него из своего угла, ощущая, как все злоключения этого мира сыпятся на его голову. *** -Мне не везет, злой рок преследует меня, - мелодично декламировал Аллен, - Я срезал, провалился, я потерпел фиаско! -Аллен, что ты делаешь? Уолкер, на секунду оторвавшись от своего занятия, внимательно посмотрел на книжника. Повисла пауза. -Репетирую, - наконец сказал он. -Это я понимаю, но зачем тебе делать это именно в моей комнате именно в пять утра? - обреченно поинтересовался Лави. -Знаешь, весь сок репетиций состоит в атмосфере и в наличии зрителей. Прямо сейчас я создавал атмосферу, а ты - мой благодарный зритель! -Аллен, я сейчас ударю тебя. -Ну, Лави. Ты ведь мой друг? Книжник промычал что-то неопределенное. -Друг, друг. Я уверен в этом, - Уолкер любовно наклонился к его постели, - Поэтому послушай: вот как звучит это... Лави со стоном отвернулся к стене и накрылся одеялом с головой. *** -Доброе утро, Канда! -Пошел вон. Подросток усилием воли сдержал желание быстро и решительно дать японцу по голове. -Не злись так, это вредно для сосудов. Знаешь, я все переосмыслил! Давай изменим наши отношения! - он воздел руки вверх и вдохновенно вгляделся в желчное лицо Канды, - Начнем все с нуля, с самого начала! -Мне нужно еще раз попробовать кого-нибудь задушить? Аллен поперхнулся. Канда продолжил: -А ты, что бы в этот раз отношения сложились удачно, не станешь меня останавливать, а присоединишься ко мне? - он фыркнул, - Забавная идея. Давай, Стручок, притащи сюда какого-нибудь искателя, и мы с тобой попробуем... - Канда приподнял уголки губ в улыбке, - Подружиться. "Канда - хладнокровный ублюдок" - напомнил себе Уолкер, - "Он с самого рождения был хладнокровным ублюдком. Ты знаешь это и убеждался в этом не раз. Но будь позитивным!" - подбодрил он себя, -"Ведь зато теперь обнаружилось, что у него есть чувство юмора!" -Канда. Хочешь, я позову Линали? Это был некрасивый прием, низкий и гнусный. Но действенный. Но гнусный. Японец, мгновенно помрачнев, тяжело о чем-то задумался. -Ты - труп, - угрюмо сказал он. -О, если бы ты всегда осуществлял свои угрозы, то я уже был бы трупом в трехсотой степени как минимум, - парировал Аллен. -Ненавижу тебя, - он вдруг вздохнул с совершенно человеческими интонациями, - Терпеть не могу. -Какая шокирующая откровенность, - поморщился Аллен. -Пойди и умри. Канда отвернулся. Уолкер моргнул. Похоже, что удар по голове вызвал у него потерю не только координации в пространстве, но и его невеликих мозгов. Нет, может быть, у него и присутствовал разум... Судя по некоторым его действиям, вполне приличный. Но его голос у японца всегда перебивался первобытным инстинктом "подойди и врежь ему". И, судя по всему, впоследствии удара у него в голове голос разума не только окончательно заглох - он еще и забрал с собой в могилу инстинкт "жестоко убей того, кто подойдет к тебе". Неужели удар по голове может вызывать мысли о тяжести бытия даже у по умолчанию двинутого японца? В медпункте повисла тягостная тишина. -Ну? - наконец тяжело уронил Канда. -Что - "ну"? - не понял Аллен. -Зачем приперся, Стручок? -Я Аллен, дурак. -Отстань, какая разница? Стручок, Аллен - все одно ты безмозглый, - японец скривился. Аллен оскорбился до глубины души. -Рот закрой, узкоглазый! Канда обернулся - яростный, мечущий молнии из глаз. Его недавнее спокойное настроение (возможно, в чем-то даже лиричное?) исчезло без следа. -Я убью тебя. В этот раз точно убью! Он вскочил на ноги, схватившись за рукоять Мугена, и тут же опасно зашатался. -Азиат, азиат, не хотим играть с тобой! - победно воскликнул изнутри Темный Аллен. Канда, не вынимая меч из ножен, бросился к нему. При каждом движении его бросало из стороны в сторону, будто он был пьян. Аллен с легкостью увернулся от его удара - сильно ослабленного, и, к тому же, сбитого. Пролетев мимо него по инерции, Канда, которого мотало туда-сюда, врезался в дверной косяк. И с грохотом рухнул на каменный пол.