Порочный

Очередная моя стычка с Паулем произошла поздно вечером у самого модного берлинского клуба. Проходя мимо, мы смотрели на публику, которая стояла в очереди, мечтая попасть внутрь. Золотая молодёжь, бизнес-воротилы, дорогие шлюхи, местный бомонд, кого там только не было. Ясно было одно - у каждого из них кошельки трещали от банкнот. - Ты только посмотри на этот зверинец, - сказал я Паулю, - ни за что не окажусь в их числе. Пустоголовые придурки! Но видимо Пауль меня совсем не слышал. - Мы сейчас пойдём в этот клуб, - сказал он мне. - Туда?! - я чуть не упал. - Зачем нам это надо? Мы шли послушать музыку, а тут-то что, сплошная "кислота". Я туда не хочу. - Ты посмотри, кто стоит в очереди, - он указал пальцем на мужчину в сером костюме. - Видишь его? Нам нужно его срочно взять в оборот. И вот в этот самый момент я схватил Пауля за шкварник. - Опять начинаешь, снова решил из меня гея сделать? Если он тебе так понравился, можешь идти к нему и заигрывать, но только без меня. - Отпусти меня сейчас же, - он отрывал мои руки от своей одежды, - я ничего такого не имел ввиду. Это ты, видя мужика, сразу представляешь его в качестве сексуального партнера. - Я?! Да ничего подобного! Просто, что ещё можно подумать, проведя с тобой рядом столько времени? Ты ведь сегодня весь день пытаешься поменять мою ориентацию. - Да ни хрена, я в этом не виноват, просто твоя блядская натура полезла наружу. - Ах, - у меня даже давление подскочило от его слов, - знаешь что? Я ничего общего с тобой больше иметь не хочу. Все! Я домой. - Да постой ты, - он схватил меня за руку и не выпускал, хотя я вырывался, - посмотри на него внимательно. Кто это? - Понятия не имею, мне насрать, - я никак не мог вырваться из его крепких рук. - Ты можешь успокоиться или мне тебя треснуть? - Только попробуй, - злился я на него. - "HSM" - это название тебе хоть о чём-то говорит? Я сразу перестал брыкаться и уставился на мужчину. - Густав Шварц! - Ага, он самый. Строительство дорог и коммуникации. - Пауль стоял и смотрел на него вместе со мной. - Ты только представь, если заключить с ними партнёрство. - Вообще-то он в Берлин и приехал для этого, чтобы выбрать фирму занимающуюся строительством зданий и сооружений. - Вот поэтому нам и нужно попасть в клуб и познакомиться с ним, я ему всё популярно растолкую, а ты должен показать графики и цифры, но очень быстро и ненавязчиво, в непринужденной манере. - Я могу, но у меня ничего с собой нет, - я растерялся от неожиданности и не знал что делать. - У меня всё с собой, в планшете вся информация, - Пауль указал на свой рюкзак, - ну так что, идём? - Чёрт! Да туда во-первых не попасть, а потом там же жуть как всё дорого. - Ну на счёт "попасть", это ты зря, а деньги у меня есть. Мне Тилль дал карточку вот как раз для таких случаев, - глаза Пауля загорелись. - Пошли, поймаем дядю в наши сети. А джаз мы с тобой позже послушаем. - Пошли, - сказал я не очень уверенно, - наверное у нас ничего не получится, зря всё это, как бы хуже не сделать. - Что за настроение? - Пауль толкнул меня локтем. - Хочешь стимул? - Давай, что у тебя там ещё? Человек-кульминация. - Ваза, которую ты грохнул у Тилля в кабинете, - начал Пауль и я замер, перестав дышать, - датировалась девятнадцатым веком и принадлежала какому-то там знаменитому китайскому хрену. У меня скрутило живот и подогнулись ноги. - Как? И ты всё время молчал, да мне теперь конец! Господи, за что мне всё это? - Пошли, сделаем работу, а там, глядишь, всё и наладится, - он взял меня под руку и повёл к очереди, - и потом, я уверен, что Тилль тебя простит. Ты ведь лучше, чем эта ваза. - Пауль, да как ты можешь быть таким спокойным? Нам нужно было тащить её в реставрационную мастерскую, а не гулять сегодня весь день. - В выходные никакие мастерские не работают - это раз, и она у него застрахована - это два. Так что особо не переживай. Наблюдать за Паулем было неимоверно интересно, мало того, что мы прошли в клуб без очереди и забрали с собой Густава с компаньоном, так ещё и разместились в ВИП зале. Он не стал юлить и врать, а напрямую сказал зачем их пригласил. Через тридцать минут разговора я уже демонстрировал им наши показатели и ребята остались довольны. Ещё через пару часов мы стали приятелями. Такой виртуозной работы я никогда не видел, у Ландерса был талант вести переговоры, этого было у него не отнять. Когда мы с ними прощались Густав нас заверил, что утром в понедельник обязательно перешлёт Линдеманну соглашение о сотрудничестве, чтобы он с ним ознакомился и будет ожидать его решения. Они просили нас остаться ещё, но мы сказали, что нам тут скучно. - Не забывайте нас, - попросил Пауль их на прощание и они нас заверили, что о таких харизматичных мужчинах забыть просто невозможно. Мы стали пробираться к выходу и я ловил на себе взгляды девушек, они оглядывали меня с интересом, задерживая взгляды, и улыбались. Я понял как это приятно, находиться в центре внимания. - Пауль, куда мы сейчас? - спросил я его, когда он поднял руку, чтобы поймать такси. - В бордель, я не знаю как ты, но мне это уже необходимо. - Ты ходишь к проституткам? А нормальной девушки у тебя что, нет? - Нормальную нужно выгуливать, дарить подарки, уговаривать, а у меня сейчас нет время, я его всё потратил на тебя. - Он мне обворожительно улыбнулся. - Так что лучше заплатить и получить всё, без дурацких прелюдий. Никогда в жизни бы не подумал, что окажусь в борделе. - Ну, - спросил Пауль, - как хочешь? Возьмём каждый по девочке или одну на двоих, а может ты хочешь попробовать групповушку? - Может я тебя просто подожду? - мне почему-то стало страшно, названия всех венерических болезней пронеслись у меня в голове, а самым ужасным был СПИД. - Так, - Пауль отвёл меня в сторонку, подальше от чужих ушей, - тебе ничего делать будет не нужно, за это и платим. Разденешься, ляжешь, закроешь глаза и получишь удовольствие. Я не представлял, как справиться с неловкостью, девчонка была красивая, опытная, но у меня так и не встал. Она хотела меня успокоить, говорила, что это случается со всеми, но я не хотел её слушать. Выйдя из комнаты, я сел на диван и стал ждать Пауля. Хозяйка притона перебросилась с моей неудавшейся партнёршей парой фраз и предложила мне мальчика. - Не нужно, - сказал я тихо и сглотнул подкативший к горлу комок. Сидя так, я умудрился задремать. - Рихард, - мягкая ладонь легла мне на плечо, - Рихард! Я открыл глаза и увидел рядом с собой Пауля. - Ты чего тут? Я тяжело вздохнул. - Не встал? Я только покачал головой в знак согласия. - Ничего страшного, бывает. - Почему? - Мог переволноваться, испугаться, что окажешься не на высоте, да всё что угодно. - У тебя как? - спросил я его, переводя разговор. - У меня всё нормально. - Я хочу домой, - сказал я. - Чего ты так раскис? Подумаешь, у меня тоже случалось. - Он обнял меня и стал гладить по голове. - Сколько ты пережил новых ощущений, сам подумай, вот поэтому и не получилось. - Да тут всё в кучу! - начал жаловаться я ему. - С Анной расстался, вазу эту чёртову разбил и в довершение всего оказался импотентом. - Дурак, - он поцеловал меня в макушку, не переставая гладить, - с Анной я тебя могу помирить в любой момент, то что ты не импотент, это точно, а ваза, - он замолчал на мгновение, - с вазой я тебя надул, это обычная дешевка. В один момент наш романтически-гомосексуальный флёр пропал, мои руки сами, непроизвольно, схватили его за шею и я вдавил Пауля в диван. - Я тебя сейчас убью, гад! - кричал я ему, сильнее сдавливая шею. Я почувствовал, как чьи-то руки схватили меня за ворот и стали оттягивать от Пауля, но я вцепился в него со всей силой. Ух, как я ненавидел его в этот момент! Меня оттащили от него и он смог сесть, держась за горло, говорить он пока не мог, но знаками показывал, чтобы меня не трогали. - Всё, - он втянул в себя воздух, - всё хорошо, это... - он снова вдохнул, - просто дружеская потасовка. - Ах, я значит твой друг!? - я смотрел на него и ненавидел всем сердцем. - С друзьями, по-твоему, так поступают? - Откуда мне знать, - голос его был хриплым, но он уже говорил без передышек, - у меня их никогда не было. - А я почему-то и не удивляюсь совсем! - кричал я на него. - У тебя говно-характер и ведёшь ты себя, как мудак. - Но ведь именно поэтому я тебе и понравился. Мне нечего было ему ответить, он снова был прав. Я протянул ему ладонь и за моей спиной послышались аплодисменты. Похоже, все обитательницы этого заведения вышли посмотреть на нашу разборку. - Пошли отсюда скорей, - я стал выталкивать Пауля к выходу, - опять ты меня выставил посмешищем. - Прости меня, - сказал он на улице, - я не хотел тебе делать больно, я не хотел тебя обижать. Просто я такой, какой есть. - Хорошо, я не обижаюсь больше. - Это было удивительно, но я совершенно перестал на него сердиться, казалось, я могу простить этому человеку всё на свете, оправдать его, понять, извинить. - Что будем делать дальше? - спросил он так спокойно, как будто ничего сейчас не произошло. - Я поеду домой, - грубо ответил я, всё ещё создавая видимость недовольства. - А завтра? - не отставал Пауль. - А завтра я буду отдыхать дома и готовиться к рабочему дню. - Жаль, - вздохнул Пауль, - я хотел позвать тебя поиграть в футбол. Но как хочешь. - В футбол? - я заинтересовался. - С кем, где? - Да мы играем с парнями на стадионе, у нас команда, они мне звонили и сказали, что нападающий наш в аварию попал и сейчас с переломом ноги дома сидит. Я думал пригласить тебя, но раз ты не хочешь... - он развёл руками, - значит найдём кого другого. - Нет-нет-нет, я не отказываюсь, я хочу поиграть, - запротестовал я. - А как же твой отдых, подготовка к рабочему дню? - Пауль! - Нет, но ведь это так важно, - он стал потихоньку отступать назад, готовясь дать деру. - Если ты сейчас не заткнёшься, я не знаю что с тобой сделаю. И мы побежали, я никак не мог его догнать, казалось, я вот-вот смогу схватить его за болтающийся сзади рюкзак, но он умудрялся вывернуться в самый последний момент. Мы бежали по пустым улицам, громко хохоча и перекидываясь оскорблениями, и остановились только когда оба выбились из сил. Мы уселись прямо на бордюр тротуара и, тяжело дыша, смотрели на луну, она была огромная, жёлтая и красивая до ужаса, а вокруг были звёзды. Я не помнил, когда в последний раз видел такую красоту. - Отдышался? - спросил меня Пауль. - Да, всё хорошо. - Пошли тогда ко мне, нам в десять нужно быть уже на стадионе, а до тебя далеко. - У меня нет формы, - признался я. - Найдём, главное, чтобы был игрок. Вторую ночь подряд я спал с Паулем в одной постели. Я не чувствовал неудобства или смущения, мне было уютно и спокойно. Надо же было так сойтись, хотя по характеру и темпераменту мы были совершенно разные. Одно я знал точно, он станет моим лучшем другом на всю оставшуюся жизнь. - Пауль, - тихо позвал я его. - Ум, - послышалось в ответ. - Я очень рад, что мы с тобой подружились. - Ага, - он вздохнул, - я тоже. Давай спать. *** Я проснулся рано, задолго до сигнала будильника. Пауль сопел рядом, обхватив подушку руками, а я лежал и смотрел в потолок, боясь, что вставая, потревожу его сон. Мне неимоверно повезло, думал я, наверное у каждого человека появляется в жизни момент, когда он решает сделать что-то особенное. Сменить постылую работу, бросить надоевшую жену, переехать в другую страну, одним словом сделать хоть что-то. И вот, загораясь этой мыслью, ты вдруг понимаешь, что рыпаться бесполезно, всё равно ничего путного из твоей затеи не выгорит. И ты всё больше и больше погружаешься в плен сомнений. Откуда ни возьмись, появляются советчики, которые начинают отговаривать и увещевать не совершать необдуманных поступков. Ты уже и сам начинаешь постепенно себя накручивать всем тем, что может оправдать твое бездействие. И под лозунгом "всяк сверчок - знай свой шесток", ты продолжаешь жить дальше, жизнью подобной бревну на лесосплаве. Но у меня появился необычный друг, человек, который не только не начнет отговаривать, а наоборот - подталкивать совершить в жизни резкое движение. Я лежал и думал, что решился поменять свою жизнь, а правильно - или не правильно я поступаю, это покажет время. Всё, мне нужно было встать и сходить отлить, мочевой пузырь требовал, чтобы его освободили и совершенно не разделял моего нежелания будить Пауля. Я тихонько начал вставать и перелезать через Ландерса. Он заворочался, открыл глаза и спросил который сейчас час. - Прости, что разбудил, - я посмотрел на часы у меня на руке и ответил, что восемь утра. - Нам можно было ещё час спокойно спать, - он сел, нахмурившись, и взял мою руку с часами, - нужно срочно их сменить, они полный отстой. - Получу зарплату, куплю новые, - ответил я ему и направился в туалет. Когда я вернулся, Пауль переместился на моё место к стене. - Давай еще поваляемся, - предложил он, я против не был и завалился рядом. - На, носи, - он протянул мне наручные часы, - не нужно покупать. Я, не особо разбираясь в этих вещах, сразу определил, что это жуть какая дорогая и элегантная вещица. - "NIXON", - прочёл я название. - Это же дорого, где ты их взял? - Украл, - ответил Пауль. - Украл? - я сел в кровати и уставился на него во все глаза. - Это было давно, носи спокойно. - Я не буду носить ворованную вещь, - заявил я, и положил подарок ему не грудь. - Да какая тебе разница, где я их взял? Главное, я их тебе дарю, - он снова протянул мне вещицу, - на, носи и не думай ни о чем. Я мялся, мялся и плюнув, выбрал подарок Пауля. "В конце концов, какого хрена я выпендриваюсь?" - Пауль, - я снова улёгся рядом, - ответь мне на вопрос. - Хорошо, - он даже глаза не открыл, так и продолжая дремать. - У тебя самого был секс с мужчиной? - Да, был. - Это очень больно, первый раз? - Если партнер опытный и ласковый, то нет. - А Тилль, он какой? Уголки его губ медленно поползли вверх, он открыл глаза. - Он хороший, не переживай, ничего плохого он тебе не сделает. - Откуда ты знаешь? Пауль замолчал и я уже решил, что он мне и не ответит вовсе, но он ответил. - Давно, он был моим клиентом, самым лучшим клиентом. - Подожди, - я старался переварить услышанное, - ты что, работал на улице? Занимался проституцией? - Да, а ещё я торговал наркотиками и сам плотно сидел на героине. Вот это было откровение, я был просто ошарашен. - А ты не будешь меня ревновать к Линдеманну? Я так понял, у вас с ним была связь и не только как клиент - проститутка. - Не буду, - он взял мою руку в свою. - Дело в том, что я никого не люблю в этой жизни, у меня много приятелей, хороших знакомых, люди, которые мне помогли и к которым я испытываю добрые чувства. Но я никого не люблю в том числе и Тилля. Поэтому я ревновать не стану, будь спокоен. - Вообще никого не любишь? Как же так? - Не любил, так будет правильней. Сейчас я люблю тебя и мне этого достаточно. - Эту квартиру Тилль тебе снимает, или она твоя? - Она моя, мне её купил Тилль, - ответил Пауль. - Давай, я сразу отвечу на не заданный ещё вопрос. У нас с ним была связь раньше, но как только появился ты, всё прекратилось, я это принял совершенно спокойно. К Тиллю отношусь как к другу, для него многое могу сделать. А если ты с ним будешь вместе, я буду рад за вас обоих. - Что-то мне не хочется быть с ним вместе, - сказал я. - Просто попробуй, это будет намного лучше, чем с проституткой или с одной из твоих девушек, я знаю о чём говорю. Потом спасибо скажешь. Я задумался, пытаясь разложить по полочкам всё, что только что услышал. Выходило, что брошенный любовник пытался уговорить нового фаворита стать любовником его любовника. Мне стало смешно и я заржал. - Ты чего уссываешься там в одну харю, - Пауль пнул меня ногой, - давай делись. - Ну и ситуация, - хохотал я, - ты только сам представь... А потом зазвонил будильник. Вечером, вымотанный, уставший и ужасно счастливый, я возвращался домой. Уже у самого порога меня застала гроза. Крупные капли забарабанили по крышам домов, в воздухе запахло озоном и ударила молния. Она рассекла небо, хвастаясь своей мощью, и завершила представление раскатом грома такой силы, что заорали сигнализациями машины. Я запахнул ворот куртки и не уходил, смотря с наслаждением на это буйство природы, сравнивая её с собственным состоянием души. Точно так же в мою жизнь ворвался Пауль, снося все барьеры и устои, смывая всю пыль и слежавшуюся грязь, очищая меня всего, тем самым меняя, делая другим, делая свободным. Захотелось поднять вверх руки и закричать во всё горло и я, наверное, так бы и поступил, но за моей спиной открылась дверь и голос Анны произнес: - Рихард, иди в дом, заболеешь! Всё, сказка кончилась. Я опустил руки, понурил голову и прошаркал в дом. - Нагулялся? Я не стал ничего отвечать, а направился в душ, мечтая, скорее бы настало завтра, чтобы смыться на работу.