Утерянное вернется

      Вчерашняя пьянка была что надо, поняла Лайнели, смотря на слегка помятые физиономии гномов. Не всех, некоторых. Ещё до рассвета девушка поднялась и начала готовиться, поднимая по ходу и гномов. Не всех и сразу получилось разбудить. Но, когда в гостиную вошел бургомистр, все уже были в сборе. Он скептически осмотрел их и сказал: - Негоже Королю и его воинам одеваться, как бродяги и попрошайки. Принести королевскую одежду, - выделил он слово "королевскую". Отряд переглянулся и, когда принесли вещи, вопросительно посмотрел на Торина. Он лишь кивнул и ушел в комнату, дабы облачиться в новое. Лайнели наотрез отказалась от этой одежды. Бургомистр неодобрительно на неё посмотрел и, развернувшись, фыркнул. Эльфийка ждала отряд, проводя время за чисткой клинков и вообще полной проверкой оружия. Когда все были в сборе, она даже не стала их рассматривать. Алфрид велел следовать за ним, на пристань. Также он сказал, что бургомистр уже там. Рассвет был великолепен. Гора отбрасывала большую тень, несмотря на то, что солнце только-только поднялось из-за горизонта. А люди уже столпили на пристани, и было практически не протолкнуться. Гномы осматривались, так как Озерный город утром - это изумительное зрелище. Бильбо крутил головой направо и налево, будто выискивая кого-то. - Вы заметили, что одного не хватает? Где Бофур? - задал вопрос хоббит. - Не объявится, уходим без него, - сообщил Торин. - Придется. Если хотим найти дверь до прихода ночи, мешкать нельзя, - поддержал Дубощита Балин. Гномы начали забираться в лодку, любезно предоставленную самим бургомистром. Лайнели скептически осмотрела посудину, но все же забралась в неё. Гномы начали укладывать оружие. Кили уже собирался сесть в лодку, но мощная рука Торина остановила его. - Ты остаешься, - сказал Дубощит, продолжая подавать оружие. Стрелок удивленно, возмущенно и, одновременно, вопросительно посмотрел на дядю. - Мы спешим, а ты будешь нас тормозить. - О чем ты? Я иду с вами, - растерянно улыбаясь, ответил Кили. Лайнели посмотрела на него и ахнула. Гном был до невозможности бледен, и его качало из стороны в сторону явно не от выпитого вчера алкоголя. "Неужели травы не те?" - перепугалась эльфийка. - Не сейчас, - мельком глянув на племянника, сказал Торин. - Я должен быть там, когда откроют дверь, - продолжал настаивать Кили. Их разговором заинтересовался весь отряд. - Когда мы впервые увидим чертоги наших отцов... - Кили, - остановив направляющегося в лодку гнома, посмотрел Дубощит. - Останься. Отдохни. Догонишь нас, когда поправишься. Гном обреченным и до сих пор неверующим взглядом смотрел на Торина. Но потом отрешенно отошел от лодки. Лайнели не могла на это смотреть. Она отвернулась и смотрела в воду. - Я останусь, - сказал Оин, вылезая из лодки. - Такая рана сама не затянется. - Дядя, - обращая на себя внимание Торина, произнес Фили. - Мы выросли на рассказах о Горе. На твоих рассказах! Ты не можешь отнять у него мечту! - Фили, - окликнул Кили брата, прося тем самым остановиться. - Я сам понесу его, если придется, - не унимался Блондин. - Однажды ты станешь королем, и ты поймешь. Мы не можем ставить под угрозу весь поход ради одного гнома. Даже если он часть семьи, - покачав головой, молвил Торин. Лайнели стерла выступившую так не вовремя слезу. Фили посмотрел на брата и вылез из лодки, направляясь к нему. - Фили, не делай глупостей. Твое место в отряде. - Мое место рядом с братом, - ответил, вырывая руку, гном. Блондин направился к Кили. Послышалась торжественная музыка. Все замерли, ожидая речи бургомистра. Тот вышел на сооружение, напоминающее пьедестал, и начал говорить: - Счастливого вам дня! В добрый путь! И возвращайтесь поскорее, с богатствами для всех, - разводя руки, улыбался он. Бургомистр, со своим верноподданным Алфридом, помахал отряду, который уже отплыл. Одобрительные и восторженные крики, толпа сопровождала бурными аплодисментами. Гномы радостно махали людям, и лишь Лайнели печально смотрела на оставшихся. Кили ей ободряюще улыбнулся. Эльфийка ответила ему такой же грустной улыбкой. С одной стороны она была согласна с Торином, Кили действительно выглядел наихудшим образом. С другой стороны ей было жалко ребят, ведь их же дядя отнял у них мечту. "Странное ощущение, когда не согласна сама с собой." - подумала золотоволосая. Лайнели начала вглядываться в толпу, ища Барда, но его не было. Провожая тоскливым взглядом людей, эльфийка успела увидеть, как к пристани выбежал Бофур.       Солнце продолжало подниматься. У отряда не так много времени, чтобы найти дверь. Да, всего-то делов, найти замаскированную гномью дверь в Горе. Лайнели оценивающе взглянула на Одинокую, в уме подсчитывая, скольки примерно равна площадь Горы. Отбросив эту неудачную идею, эльфийка начала рассматривать оставшийся отряд. На всех, даже на хоббите, были доспехи, латы, кольчуги, шлемы. И все было в узорах людей севера. И все это великолепие было подчеркнуто красным одеянием. Красный цвет появлялся в мехе, которым изнутри был набит шлем, в мехе на сапогах. Ну и, естественно, в плащах. "По мне, так слишком много побрякушек", - фыркнула девушка. Она снова перевела взгляд на Гору, но обзор ей загородил Торин. Он в величественной позе смотрел прямо на Гору. Рассматривать спину Короля-под-Горой было не интересно, поэтому эльфийка начала любоваться озером. Блики солнечных лучей отражались в небольших волнах и льдинах, плавающих по всему озеру. И тут золотоволосая заметила, что льды будто расступаются перед их лодкой. Это было завораживающее зрелище. Лайнели оглянулась и посмотрела на город, затем перевела взгляд повыше, любуясь издалека Лихолесьем, как было почти два года назад. "О, Эру. Как быстро летит время", - улыбнулась лучница. Добравшись до берега, отряд выскочил из лодки. Гномы пытались затянуть её на сушу, а девушка прошла немного вперед. Как красива была эта Одинокая Гора, и как опасна. Пока Лайнели рассматривала убежище Дракона, гномы все же вытянули лодку и, взяв оружие, целенаправленно пошли в гору. Поравнявшись с Бильбо, эльфийка подстроилась под его шаг. За все это время никто не проронил не слова. Брели в угрюмом молчании. Золотоволосая шла как-то неохотно, также, как и Бильбо. Из всего отряда лишь Торин переходил с быстрого шага на легкий бег, и наоборот. Они поднимались все выше и выше, потом пошли по равнине у подножия Горы, затем оказались у руин Дейла. Славного города, в котором правил мудрый Гирион. Бард был его сыном. Многие гномы видели этот город впервые, поэтому последовал логичный вопрос: - Что это за место? - Когда-то это был город Дейл, а сейчас одни руины, - ответила Лайнели, издалека наблюдая город. - Это Пустошь Смауга. - Солнце скоро будет в зените, - посмотрев на небо, оповестил Торин. Лайнели задрала голову. - Значит, нужно найти дверь до его захода, - странным, даже для себя тоном, продолжила эльфийка. - Идемте! - начал спускаться Дубощит. - Постой, - вдруг спохватился Бильбо. - Это ведь отрог? Гендальф велел ждать его здесь, без него мы не должны... - Ты его видишь? - наклонился к Бэггинсу Предводитель. - У нас нет времени ждать волшебника. Мы сами по себе. Идем! Хоббит посмотрел на Лайнели. Та лишь пожала плечами. Оба, немного запоздало, направились за отрядом. Эльфийка, засмотревшись на Гору, споткнулась о камень, но не упала. Посмотрев только сейчас под ноги, она распахнула глаза. Выжженная земля, трава. Даже на камнях есть отметины пламени дракона. Вывел из раздумий голос Бильбо. Он звал её, указывая на огромную статую гнома с молотом. Статую? ЭТО было сложно назвать статуей. Раскрыв рот, Лайнели подошла к хоббиту. Никогда ещё она не была так удивлена. Казалось бы, это одна из статуй при входе в Одинокую Гору. Но они держат свои топоры в сторону Дэйла, а топор этой статуи - примыкает к горе. Торин, довольным реакцией эльфийки, первым пошел по ступеням, которые также были высечены В статуе. Поднимались очень долго. Пока гномы запихивали на очередной выступ Бомбура, золотоволосая ловко перепрыгивала через ступеньку, взбираясь выше. Она уже обогнала всех, и первой зашла в скрытое от глаз место. Это было что-то вроде комнатки, и здесь нужно было найти потайную дверь в скале. Сев на расположенный рядом булыжник, девушка положила локти на колени, а голову на руки. Пристальным взглядом, она выискивала щель в скале. Уже подтянулись гномы, а она все сидела и смотрела. - Похоже, это она! Тайная дверь, - подбежав к скале, воскликнул Король. - Торин, отойди. Не загораживай, - проворчала Лайнели. Дубощит, заметив, чем она занимается, тут же покорно отошел в сторону. - Пусть все, кто сомневался в нас, сегодня рыдают!!! - потрясая ключом, радостно прокричал Торин. Это заявление было встречено такими же радостными криками со стороны гномов. - Жаль, что здесь нет Фили и Кили, - тихо сказала Лайнели самой себе. Дубощит резко повернулся и посмотрел на неё. Услышал. - Ну что ж. У нас есть ключ, а значит, где-то, - подойдя к горе, начал Двалин, - есть и скважина. - Гениальное умозаключение, - взвыла девушка. - Тебя не спросил, - не отворачиваясь от стены, произнес боец. - А стоило бы, я много чего могу сказать, - взвилась эльфийка, вставая с насиженного места. - Чтобы какая-то девчонка мне дерзила, - поворачиваясь и сжимая кулаки, прошипел гном. - Поосторожней, Двалин. Я дольше тебя на свете живу, - сжала челюсти девушка. - Заткнитесь оба! - рявкнул Торин. - Смотрите. Лайнели неохотно повернулась и посмотрела в указанное место. На небо. Солнце садилось. - Последний луч заходящего солнца в День Дурина укажет на замочную скважину. Солнце опускалось все ниже и ниже, а скважины видать не было. Девушка не стала поворачиваться к отряду, безостановочно следя за солнцем. - Скорее, солнце заходит, - поторопила гномов эльфийка. А солнце опускалось за далекие деревья и холмы, за горизонт. Двалин уже откровенно пинал стену. Гномы занервничали. - Её нет, её нигде нет, - беспомощно простонал Нори, который простукивал стену в поисках скважины. - Ломайте! - приказал Торин. - Разойдись, - прокричали Двалин и Бифур, начиная дубасить скалу топорами. - Быстрее! - орал Дубощит. Топоры начали ломаться. Лайнели отошла от них и села на облюбованный валун, следя за солнцем. Оно почти зашло. - Дверь запечатана, глупцы, - сказала она. - Силой её не открыть. На ней могущественные чары. Солнце село. Гномы оставили гору в покое. У всех был потерянный, растерянный вид. - Нет. Нет! - взревел Торин. Он вышел и повернулся к отряду. Вынул и развернул карту. - Последний луч в День Дурина укажет на замочную скважину. Так здесь написано. Что мы упустили? Что мы упустили, Балин? - Мы упустили последний луч, - обреченно выдохнул седобородый.