Две стороны одной монеты

- Вы не можете уйти от своей судьбы. Вы наше спасение. - в голове раздавался нежный голос Провидицы. "Да как же, я – спаситель Андердарка. Одно дело, когда разгребаешь все в одиночку, что обычно легче, а другое – когда тебе приходится командовать армией невооруженных людей". Он пренебрежительно фыркнул и, укутавшись в одеяло, мирно заснул. Опять темные стены тронного зала. Свет давали лишь несколько факелов, которые находились по обеим сторонам. По середине зала стояли четыре колонны из черного тесанного камня, а в центре колонн – красивая дроу, похожая на ту, что снилась ему когда он был еще в Уотердипе. Её гордая осанка, красивые изгибы тела, полуоткрытый металлический доспех выдавал в ней очень влиятельную фигуру. - Наземник, ты знаешь кто я такая? – её голос соответствовал виду: властный, высокомерный, но в тоже время мелодичный. - Прекрасное создание? – насмешка так и сквозила. Дроу соблазнительно положила руку на бедро и удовлетворённо хихикнула. - Приму это за комплимент, а не за невежество, – она кинула оценивающий взгляд на изгибы тела Падриорила. Что-то ему подсказывало, что будь дроу материальна, то сразу же бы попыталась соблазнить его. – А ты хорош для наземника. У тебя есть имя? Или мне так тебя и называть? - Как хотите, так и зовите, – Падриорил небрежно помахал рукой, затем попытался нащупать оружие. Он понимал, что оно бесполезно, но осознание его наличие при себе уже успокаивало. - Я – Валшаресс, и я хотела бы предложить тебе союз. Ты же сам понимаешь, что мятежники долго не продержаться, даже с твоей помощью. А терять такого человека как ты, было бы очень расточительно, – матрона скрестила руки под грудью, ожидая ответа. Падриорил вздрогнул: предать Провидицу и мятежников? Валена и Натирру? Он не мог сначала поверить собственным ушам. Сердце так и билось, говоря, что не стоит соглашаться на эту сделку. - Я могу предложить тебе все, что ты только захочешь: деньги, женщин, славу. Только выполни для меня просьбу, – она продолжала. Разум будто бы огнем ошпарило: жажда наживы всегда его привлекала, но тут явно что-то было неладного. "Хорошо. Послушаем, что она скажет". - Единственное, что меня волнует, так это обет, который лежит на мне. - Конечно, я смогу снять с тебя это заклинание, – она выгнулась словно кошка, довольная своими успехами. Еще немного, и Данисен будет её мальчиком на побегушках. – Тебе нужно только открыть ворота, когда я приведу армию. "Она может снять с меня это дурацкое заклятье. Отлично! Никаких проблем не будет!" - Разум торжествовал. "Неужели я могу так поступить с теми, с кем сражался бок о бок все это время, кому доверил свою жизнь?" - Сердце пропускало удары, от ужаса. Это противостояние в его душе разрывало Падриорила на части, отчего хотелось кричать. "Каждый раз одно и тоже! Я просто слабак, если не могу приструнить свои собственные чувства". Он скрипнул зубами от осознание своей никчемности. - Я согласен, – его голос слегка дрожал. Валшаресс удовлетворённо улыбнулась. Она развела руками, прочитав заклинание, и нити, что держали его душу словно марионетку порвались: он был свободен от обета. - Надеюсь, ты меня не подведешь, – она указала рукой на него и Данисен проснулся с осознанием того, что предательство лишь малая цена за его освобождение. Во время подготовки к защите города, Падриорил нервно глядел по сторонам, подсчитывая, сколько ему стрел понадобится, чтобы расстрелять мятежников. Сердце скрипело от каждой подобной мысли, перекрывая воздух, пытаясь любым способом "убить" своего хозяина. "Уйди! Сейчас не до тебя. Уговор есть уговор, и я должен его выполнить". Разум торжествовал над чувствами и пытался раздавить их. Эта ссора кончилась, когда плеча Падриорила коснулась изящная черная рука. - Ты не болен? – Натирра оглядела друга, пытаясь понять, что с ним происходит. Его лицо побледнело от её неожиданного появления и он закашлялся, переводя дыхание. - Нет. Все в порядке, – его голос заметно дрожал, как и он сам. Разъяренное Сердце металось из угла в угол, пытаясь достучаться до своего хозяина и вытеснить ненавистный Разум. Падриорил тяжело задышал и ему даже показалось, что на него напал озноб. Он медленно сел на землю и оттер проступивший на лбу пот. Он не заметил, как рука дроу коснулась его лба. - Да ты весь горишь! – она серьезно обеспокоилась, – Ты должен немного отдохнуть, – затем она отдернула руку, вспомнив произошедшее в пещере. Падриорил томно посмотрел на спутницу. "Я должен рассказать о уговоре, иначе это сведет меня с ума, - затем резкий приступ боли отрезвил мысли. - "С ума сошел? Они же меня на кол посадят, если узнают". Потом вновь Сердце стало доминировать: "Да плевать уже. Все равно мне и так бы пришел конец". - Что-то не так? – Вален подошел, абсолютно готовый к предстоящей битве и посмотрел на мучащегося Данисена. - Я согласился на сделку, – его голос был хладным, как дыхание смерти. Он поднял на друзей взгляд стеклянных серых глаз. Те сначала не поняли, но затем тифлинг резко схватил Данисена за ворот доспеха и яростно затряс. - Как ты мог так поступить?! На что ты рассчитывал, когда собирался нам это сказать?! – проревел он, тряся уже обмякшее тело друга. Тот лишь смотрел в его злые голубые глаза. Он был готов к тому, что его убьют прямо здесь и был бы даже рад этому: мучения в виде борьбы внутри самого себя было просто невыносимым. - Вален, успокойся, – дроу умоляла тифлинга. Она попыталась разнять друзей, но выходило это с трудом. - Да я готов выпустить ему кишки прямо здесь! Вот ведь как чувствовал, что тебе нельзя доверять, – тот даже не думал униматься. Данисен спокойно положил руки Валена и слегка сжал их. - И убьешь ты меня – что от этого измениться? Кроме того, я согласился только ради снятия обета, а так как он снят, то я не обязан выполнять какие-либо приказы…, - его глаза засветились и красиво переливались от серого до зелено-серого цвета. Вален врезал ему по лицу так, что тот отлетел на метр вперед и проехался по пыльной земле. Данисен попытался встать, но затем чуть опять не упал: его ноги подкашивались от каждой попытки, а сбившееся дыхание и головокружение не давали трезво оценить ситуацию. - Прощу, не делай этого, – дроу закрыла Падриорила от разъяренного тифлинга. В её темных глазах читалась такая мольба, которую можно сравнить разве что только с мольбой о смерти. Вален был поражен поступком девушки: защищать того, кто издевался над её сердцем, готов был предать её ради собственной выгоды. Он сжал руку в кулак и подошел к парочке, злобно сверкая глазами. Падриорил был готов к еще одному удару, который отправил бы его на то свет, но этого не последовало. Тот рывком поднял его на ноги, чему были удивлены оба. - Я делаю это только ради Натирры. В противном случае – твоя голова красовалась бы на каком-нибудь пике, – он пронзал своими, цвета тонкого льда глазами. Еще одна ошибка или осечка – и тот точно умрет, даже не сообразив, что случилось. Вален ушел к бойцам весь взвинченный от услышанного. Падриорил и Натирра проводили его удивленным взглядом, затем перевели друг на друга. Данисен виновато отвел глаза, не смея посмотреть на свою спасительницу. - Спасибо тебе... И прости, – его голос осип от перехваченного дыхания. Он так редко говорил эти слова, что они выходили с трудом. - Ты поступил правильно, что согласился на сделку. Это будет нам на руку, – дроу взяла Данисена за руку, слегка поглаживая. Тот лишь кивнул и высвободившись из хватки спутницы, отправился к первым воротам, готовя стрелы для отражение армии Валшаресс. Жар и озноб стали отступать, поставив на их место бодрость и облегчение. Теперь он точно сделает так, как считает правильным… Битва наконец-то окончилась победой мятежников, а армия Валшаресс с позором бежала с поля боя. Но цена была слишком высока: почти все воины были перебиты, а предательство дома Маэвир лишь усугубило положение. Правда Провидица выжила, что давало надежду на продолжения противостояния. Данисен осмотрел поле брани: улицы города были усыпаны трупами поверженных с обеих сторон, в воздухе стоял запах смерти, море крови. Эта картина вновь пробудила воспоминания о том осеннем дне, когда он перебил свою деревню. Но в этот раз было что-то еще. Не только само происшествие, но и то, что предшествовало ему. Он увидел, как его родители призывали какого-то демона, видимо для выполнения желания. Но вместо этого, призванный, как потом оказалось, инкуб вселился в мальчика, что был привязан к жертвенному алтарю, а потом… лишь тьма и крики жертв, которые попадались ему на пути. Голову разрывало от подобных ярких воспоминаний, и Падриорил медленно осел на колени, держась за голову, чтобы утихомирить боль. Так вот что со мной произошло тогда. Вот почему я так жажду близости с кем бы то ни было, а мои чувства к Натирре всего лишь влияние демона. Его губы дрожали от горя и огорчения. Все это время он был на поводу у чудовища, что живет в нем с самого детства, а его действия совершались под неусыпным надзором инкуба. - С тобой все в порядке? – рука Натирры легла на дрожащее плечо друга. Тот дернулся от неожиданного прикосновения и посмотрел на девушку. Она встретила ошарашенное лицо, с примесью горя. Ей не приходилось видеть его таким, что обеспокоило её. Она присела на корточки рядом с ним и слегка поглаживала плечо, пытаясь успокоить. Скрепя сердцем, он засунул свои страхи и горести далеко в закоулки души и запер их до тех пор, пока не станет более или менее спокойно. Он должен сосредоточиться на битве с Валшаресс, а не опускать руки, узнав о своих скелетах в шкафу. - Все в порядке. Спасибо, что спросила, – его глаза смотрели в пустоту этого побоища. Затем он поднялся и пошел прочь, чтобы воспоминания больше не трогали его Разум. Но облик инкуба с черными волнистыми волосами, красивым мускулистым телом, точеным лицом и томными янтарными глазами не выходил из головы… - Наконец-то, мы сможем положить конец правлению Валшаресс, – Провидица кажется ликовала из-за успехов. Её нежные и добрые черты лица сейчас напоминали каменную статую: застывшая серьезность придавала ей грозность. Данисен кинул взгляд на крепость, в которой сидела поджав хвост Великая Валшаресс, завоевательница Андердарка. Это была высокая башня из черного камня, с зловещими шипами по обеим сторонам и красивыми кованными железными воротами, которые казались непробиваемыми. От одного мрачного и зловещего вида этой крепости холодок пробегался по всему телу. "Скоро все закончится", - Падриорил глубоко вздохнул, морально готовя себя ко всем причудам предстоящего боя. Все бы ничего, если бы неожиданно окутавший его белый дым, который расползался по земле, напоминая ковер. Через мгновение, Падриорил оказался в тронной зале, которая выглядела очень богато, в отличии от помещений в Лит Ми’атаре: все тот же черный, обтесанный камень, который отражал свет факелов, напоминая обсидиан, поодаль - небольшой пьедестал, стены которого были украшены гравюрами с прекрасной и грозной особой. Валшаресс стояла с довольным выражением лица, уверенная в своей полной победе. Она стояла, скрестив руки под пышной грудью, и слегка постукивала изящными пальцами по металлу своего доспеха. Но большее внимание Данисена привлек трехметровый демон, с большими загнутыми назад рогами и копытами вместо стоп, который стоял позади нее, точнее парил в воздухе. Его красная кожа казалась самим огнем в кузне, красные глаза пылали неистовым пламенем, а черные, как смоль волосы свободно падали на плечи. Даже один вид этого существа вселял животный страх в любого, кто на него посмотрит. Падриорил не отрывал взгляда от демона, отчего тот лишь усмехнулся, что еще больше угнетало. "Никогда бы не подумал, что кто-то из смертных сможет подчинить себе столь могучее создание", - он снял с себя оцепенение. - Ну что, жалкий дартиир, мы снова встретились, – голос Валшаресс напоминал сталь, но в тоже время с какими-то нотками страха, – Ты посмел мне перечить, за что поплатишься, – она повернулась к демону и повелительно указала на него. – Мефистофель, я приказываю тебе убить этого нахала очень медленно и мучительно. Осознание своей скорой кончины Данисен не признавал и пытался всеми силами вырваться из круга, который был вычерчен под ним кровью. Каждая попытка побега отдавалась сильным ударом, который отбрасывал обратно в центр пентаграммы. "Черт. Не собираюсь я тут подыхать, лишь из-за прихоти какой-то сбрендившей бабы". - Я не могу исполнить этого приказа, о великая Валшаресс. Лучше я убью твоих милых Красных сестер, – демон вознес свое копье к потолку и потоки огня осыпались на воительниц, убивая мгновенно. Матрона была ошарашена, но затем яростно замахала своей плетью. - Как ты смеешь ослушаться меня?! Я тебя пленила, и ты должен выполнять все мои прихоти! – её обуял страх перед Падриорилом, который мог вполне справиться с ней, и всеми силами пыталась заставить своего «ручного» демона подчиняться. Мефистофель лишь провел рукой перед собой и круг вокруг Данисена растаял, будто его и не было. Тот долго думать не стал и сразу пустил стрелу в дроу, которая отскочила от щита, что та уже успела наколдовать. Валшаресс была не готова к такому повороту событий и очень долго приходила в себя, чем Падриорил воспользовался, зайдя к ней за спину. Плеть хлестнула по его рукам, не давая возможности подойди ближе. Когда в очередной раз хвосты орудия обвили его руку, то он схватил их и потянул Валшаресс на себя, тем самым всадив ей меч прям промеж грудей. Матрона дрожащими губами пыталась что-то сказать, но затем, отпустив плеть, рухнула на каменный пол, с застывшим на лице изумлением и страхом. - Я и не сомневался в том, что носитель части моей плоти сможет выиграть в этом бою, – архидьявол даже зааплодировал своими большими мускулистыми руками, затем громко и злорадно рассмеялся. - А ты разве не должен был исполнять приказы Валшаресс? – Падриорил, переведя дыхание, сильнее сжал меч. То, что он остался наедине с архидьяволом ничем хорошим точно не кончится. Затем что-то зашевелилось, будто пыталось вырваться из своей тюрьмы, клетки. Что-то могучее, зловещее. Его бросило в жар: неужели демон самолично пробуждается, после стольких лет дремы? - Я не могу уничтожить, то, что является частью меня. А если быть точнее, то носителя моего артефакта, – Мефистофель с интересом наблюдал, как Данисен тяжело вздыхает, а все его тело тряслось, будто схватил озноб. Затем он сильно удивился чему-то и широко, скорее всего злорадно, улыбнулся. Его огромная рука подняла лицо Падриорила, открывая вид на томные, светящиеся серые глаза и губы, что жадно хватают воздух. - Как интересно. У тебя есть гость, – улыбка так и не слезала с его лица. – Думаю, мне стоит поблагодарить тебя за свое освобождение, маленький смертный, – он коснулся когтем лба Падриорила и замок, что сковывал клетку разлетелся, выпуская огромный поток энергии, который пожирал душу и разум. Он отпустил его лицо и Данисен согнулся вдвое от приступившей невыносимой боли. Каждая клетка тела сейчас горела будто огонь в печи, сжимая своими огненными тисками легкие, сердце, да и вообще все органы. Изо рта вырывался пар, который обжигал ротовую полость, а волосы, что были будто шоколад, стали чернеть. Мефистофель с неподдельным удивлением и интересом смотрел на мучащегося Падриорила. - Как бы то ни было, у меня нет возможности тебя убить, но зато могу отправить тебя погостить на один из Планов, – его губы расплылись в широкой улыбке. Он взмахнул рукой и в уже покалеченного Данисена ударила молния, которая закончила его пытку. Последнее, что он слышал, так это злобный смех архидьявола.