Кактус

ДонХэ с уверенностью может сказать, что это утро было самым лучшим в его жизни. Он проснулся в крепких теплых объятьях ХекДже под мягким вязаным пледом, практически устроившись на мужчине сверху. Хэ так крепко обнимал его за шею, что, кажется, еще немного, и он её сломает, но танцор зарылся носом в его волосы и сладко спал, ему наоборот было очень комфортно. Студент отчетливо чувствовал, что они оба в одежде, что было очень приятной неожиданностью - проснуться в одной постели с стриптизером и при этом не переспать с ним... После этого Хэ считал себя героем.  Особенно, когда понял, что ему нравится, как он смотрит на него. Во время того танца, футбольного матча, или когда он готовил им на кухне. ДонХэ стеснялся даже подумать о том, что ему может нравиться мужчина. Но он каждый раз вспоминал, как ХекДже делал ему нелепые и глупые, но от этого не менее приятные комплименты. Как он мог нравиться ему в таком виде? Вот как? Он всегда считал себя нелепой курицей, которая, если идет мимо грязной лужи, обязательно упадет в нее. А сейчас, после появления Хека на матче, его поцелуя при всех болельщиках, его популярность, мягко говоря, выросла. Девушки пытались узнать откуда взялся такой красивый мужчина и как далеко зашли их отношения. «Чонун говорил, что ты взрослый, опытный мужчина и видишь то, что наши ровесники пока не могут разглядеть. Как там наша "черепашка" сказал: "Он смотрит вглубь тебя, ему плевать на оболочку". А ведь правда получается, ты никогда не говорил гадостей о моем внешнем виде, наоборот, всегда говорил, что я сексуальный в ней и тебе нравится представлять, что скрывается за этим свитером. Нет, он просто стриптизер, хочет меня и... покупает мне пледы. А он такой мягкий и уютный! Я давно хотел выкинуть свой и приобрести новый», - Хэ накрывается по подбородок и на этот раз кладет ладонь на талию мужчины, сразу сжимая пальцами темную кенгуруху. - Это лучшее пробуждение в моей жизни... - над ухом ДонХэ раздается сиплый грубоватый голос, который начинает вызывать в теле младшего странную негу удовольствия. Ему нравится слышать, как ХекДже что-то недовольно бормочет, а затем снова прячет лицо на его макушке.  - В моей тоже... Откуда такой теплый плед? - шатен накрывается еще больше, прячась с мужчиной от ярких лучей солнца, бьющих в окно. Вчера Хек был таким замученным, и сил не было, чтобы закрыть окошко шторами. - Это мой подарок тебе, я вчера приехал попросить прощение, но нашел тебя в своей кровати, свернувшегося в клубок с кактусом на подоконнике, - ХекДже опускает глаза и чувствует, как Хэ потирается щекой о его грудь, затем зевает и садится, сонно хлопая глазами. Взъерошенный, на щеке след от складки кенгурухи, чуть припухшие веки, свитер снова оголяет плечо и красноволосый не сдерживается. Резко сев, он сгребает ДонХэ в охапку и целует его в губы, прижавшись к ним в детском поцелуе. Чмокает несколько раз и кладет голову на плечо младшего, чувствуя, как его шею обхватывают теплые ладошки. Рукава свитера свисают и сейчас, студент больше похож на маленького грустного клоуна, которого обидели. Шатен смущенно улыбается и поджимает губы, запоминая тепло мужчины, ему так спокойно и тепло с ним, что даже не верится, что это тот самый развязный стриптизер, который ворвался в его жизнь совсем недавно. - Хочу кушать и надо ехать на работу - сегодня у меня будет сюрприз для тебя. Кстати, ты подумал на счет моего предложения? Будешь работать со мной? Думаю, тебе найдется местечко, - ХекДже запрокидывает голову и лучезарно улыбается, хлопая глазками. - Я хочу Чжоу Ми в баре помогать, - улыбается ДонХэ. – И с клиентами работать, официантом. Можно? - Главное, у Ми разрешения спросить, он в свой бар мало кого пускает, даже я туда не суюсь, чтобы не получить потом. Один раз по пьяни выжрал три бутылки дорогого виски, и потом сутки на работе не появлялся, чтобы этот сумасшедший остыл, - ХекДже потирается носом о плечо Хэ и вместе с ним встает с кровати, так и держа за талию, а затем, усадив на свои бедра, несет на кухню, попутно, ногой включая музыкальный центр, из динамиков которого снова орет панк-рок. - Я готовить! – перекрикивая жуткий ор рокеров, младший ретируется на кухню, попутно заглянув в ванну и почистив зубы. ХекДже видит, что на телефон звонили, и отзванивается Хичолю, который уже начал паниковать. - Да, чего звонил? – Хек заходит в ванную после ДонХэ и начинает чистить зубы. - Ты с малышом? Хотя, можешь не отвечать, знаю, что да. Тут ребята из твоей команды звонили, ровно в девять они будут, так что приезжайте заранее, сегодня гости еще будут, - Хичоль что-то кричит Кибому, а затем снова возвращается к разговору: - Вы помирились? - Угум... – с зубной щеткой во рту отвечает стриптизер, и тянется за пеной для бритья. – Я ему пвед подавил. - Плед? Хороший подарок, наверное, он будет согревать… Стоп. Ли, ты подарил плед по вашей семейной традиции?! – опешив, Хичоль теряет дар речи. – Ну, ты попал! У вас ведь это чертово покрывало… Да чтоб тебя, ХекДже, твой отец твоей матери перед твоим рождением его подарил, а дед бабушке перед свадьбой! У тебя там Хэ не с пузом и не с фатой по квартире гуляет?! Хек тихо смеется и, сплюнув зубную пасту, полощет рот, а затем начинает бриться, намазав подбородок и щеки пеной для бритья: - Идиот что ли? Я спал с ним рядом, ты даже гордиться мной можешь, мы оба были практически в скафандрах! - Этот паренек крутит тобой, как хочет, - улыбается Хи. – Ты хоть сноровку не потерял? - Нет, конечно! Я в идеальной форме… - строя забавные рожицы и прекращая ежедневный ритуал, ХекДже вытирает лицо и, попрощавшись с другом, идет к ДонХэ завтракать. *** - Он не помнит про танец, - сокрушается Хичоль. – Я несколько раз намекнул, что сегодня гости, в хорошей ли он форме, но у него, видно, мозг заклинило и он не понимает, что сегодня ДонХэ навсегда исчезнет из его жизни, когда увидит Хека на сцене. Мин, это ребенок… - Кто ребенок? – Генри усаживается в кресло и закидывает ногу на ногу. – Кстати, у нас такой симпатичный новый администратор… - Самонадеянный пижон! - поддакивает СонМин, сложив руки на груди. После той выходки с бутылкой дорогого алкоголя на голове КюХена, ребята, мягко говоря, не ладят. - Кто пижон? – тот самый КюХен, который является новым администратором и братом ХекДже, садится рядом с Генри и пристально смотрит на гримера. - Ты, кто же еще! - не стесняясь, заявляет Мин и качает головой. – Хичоль, что делать будем? Надо утащить ДонХэ куда-нибудь… - Я это сделаю! – подскакивает довольный Генри, счастливо улыбаясь, но три голоса одновременно заявляют ему: - Нет!!! - Ну, и ладно! - Лау складывает руки на груди и обиженно надувает губы. - Не хотите, не надо. - Мне ХекДже написал, у меня в баре будет помощник, - довольный Чжоу Ми усаживается на подлокотник дивана и опирается локтем о плечо СонМина, показывая тому сообщение на экране. – Я давно хотел научить кого-нибудь делать обалденные коктейли! Наш босс молодец - соображает! - А меня ты учить не захотел... - еще больше насупливается Генри. Все ребята смеются и не замечают, как в карих глазах мелькает настоящая обида и разочарование. Шатен поднимается с дивана и идет к себе, на второй этаж, застегивая свою кожаную куртку до подбородка. Друзья всегда воспринимали его как несерьезного ребенка, не думая, что у него действительно могут быть чувства. - Эй, ну ты чего? – Чжоу Ми ловит Генри у входа в его комнату и крепко обнимает. – Ребенок, не обижайся. Тебя я не учил, потому что в первый день нашего знакомства ты разбил целый ящик алкоголя и изрезал себе все руки. Я знаю, что ты умеешь делать коктейли, просто я боюсь за тебя, слышишь? – шатен поднимает глаза на бармена и кивает, крепко обнимая его в ответ. Он всегда мог рассчитывать на Мими, чтобы не произошло. - Итак, сегодня танец ХекДже перед клиентами… - КюХен просматривает список выступлений. - Мы знаем, мистер зазнайка! - парирует СонМин и поднимается со своего места. - Я пойду, начну будить Реука и Шивона - после ночной смены они так крепко спят, что еще минимум полчаса будут косяки лбами считать, прежде чем начнут нормально соображать. - Сегодня у нас футбольная команда Хэ в гостях, - Мин так и садится на место, чувствуя, что ноги его не держат. - Нам мало одного ребенка, вы решили всю компанию притащить сюда?! - Команду, - поправляет КюХен и криво улыбается, но ухмылка исчезает с его лица, когда в него прилетает полотенце. - Закройся, мистер администратор! - Мин смотрит на Хичоля. – Зачем сюда тащить детей? - Ну, Хек решил устроить им сюрприз. Поздравить с недавней победой. Он у нас молодец, такие гениальные идеи выдает! – счастливый костюмер мчится будить ребят, а гример невидящим взглядом смотрит в пол. - Тебе не нравится это? – осторожно спрашивает КюХен. - Они дети. Я понимаю, уже студенты, но, черт возьми, большинство из них только-только стали совершеннолетними. Я надеялся, что ХекДже потеряет к Хэ всякий интерес, когда они поругались, а он все пытается произвести на него впечатление. Понимаешь? – с надеждой глядя на шатена, блондин сжимает руками обивку и видит протянутую к нему руку. - Мир? - Мир, - СонМин скрепляет их договор рукопожатием и встает со своего места, но Кю не отпускает его руки, пристально глядя в глаза. - Что? - Мне говорили, ты иногда танцуешь… - Это редко бывает, - гример пытается убрать руку из хватки шатена, но парень не отпускает, сжимая его пальцы все крепче. - Если я улажу наши проблемы, станцуешь лично для меня? И, да, графин с соком на голове Чо КюХена предназначался для только что проснувшихся танцоров. Все тихо посмеиваются над шатеном, а администратор мило и лучезарно улыбается всем, думая, как отомстить СонМину за подобную выходку. Ну, попросил он, чего графин с соком на голову-то надевать? Хичоль снова пытается дозвониться ХекДже, но тот не отвечает. Ругаясь на лучшего друга, костюмер продолжает работать, готовясь к новому шоу. Ему безумно интересно, какие молодые мальчики к ним сегодня придут! *** Хек снова убирает мобильник куда подальше, только бы не чувствовать надоедливую вибрацию. Ну что они пристали? Попозже нельзя позвонить? Он сейчас занят! Его кормит ДонХэ! - Хэ, у меня для тебя сегодня сюрприз будет, - Хек закуривает, убирая тарелку в раковину. - Твоя команда придет в наш клуб. ДонХэ кивает, задумавшись о своем, на слова мужчины он не реагирует, пропустив их мимо ушей. Красноволосый улыбается, садясь за стол, и ждет, как примерный мальчик, когда же студент поймет, что ему сказали. - Ты пошутил? – с надеждой спрашивает Хэ, выглядывая из-за дверцы холодильника. – ХекДже, ты собрался мою команду в стриптиз-клуб притащить?! Да там… Да там… Да там Генри! - Генри нравятся мальчики постарше, на твоих малолеток он и не взглянет. Думаю, Хичолю и Реуку они приглянутся, особенно любитель таких очарований у нас Чонсу, но ведь вся твоя команда такая же натуральная, как и ты. Разве нет? – потушив сигарету, ХекДже ловит кулаки Хэ у своего лица и сажает его на свои колени, не позволяя вырываться. - Не буянь, малыш. Ну, чего ты злишься? Я что, приведу их, чтобы мои парни их совращали? Это просто отдых, Ми не будет спаивать их, а ребята не затащат в постель, если, конечно, они сами не захотят. Эй, ну, малыш, я уже так низко пал в твоих глазах? – возмущенный шатен сжимает руки в кулаки и неожиданно кусает Хека в обнаженное плечо. – Эй! - Отмени все, да там… Как ты брату в глаза смотреть будешь-то?! – студент складывает руки на груди и пытается подняться с колен мужчины, но его слова сажают его на место. - Он работает у меня администратором с сегодняшнего дня. - Как?! КюХен?! У тебя?! Администратором?! А как... Он же… У него турнир по шахматам через две недели! Его отец весь мозг моему отцу вынес! Как он пропустит это?! И у него школа, какая, к черту, работа? Он маленький еще, ХекДже! Немедленно верни его домой и отдай родителям, он должен получить образование и стать примерным… - мужчине безумно нравится, когда Хэ возмущается, поэтому удержаться от поцелуя он просто не смог. Ему так приятно, что младший уже не вырывается, не дрожит в его руках. Он замирает и неуверенно сам чмокает в ответ, показывая, что он не против. Зря. Красноволосого словно выпускают из клетки - он набрасывается на младшего. Подхватив шатена под попу, сажает его на стол и, поднимаясь на ноги, жадно целует, взяв его лицо в ладони. ДонХэ осторожно обнимает мужчину за талию и краснеет, не зная, правильно ли он сделал. Танцор причмокивает губами, пробуя шатена на вкус, проводит языком по ровному ряду зубов и проникает к теплому язычку, гулко простонав от удовольствия. Хэ немного пугает и смущает такой напор, особенно, когда руки старшего проникают под его свитер. Он никогда не говорил ХекДже, но у него уже была пара и, когда он расстался со своей девушкой, решил, что отношения ему больше не нужны и сейчас, чувствовать, что тебя хочет взрослый мужчина – немного странно. А он чувствует, что ХекДже уже начал заводиться. - Хекки… - младший закрывает глаза, когда горячие губы начинают целовать его шею. Стриптизер крепко обнимает подростка и сжимает его ягодицы ладонями. – Хек… Я возбуждаюсь... - тихо признается младший, чувствуя, как щеки горят. - Я знаю, я этого и добиваюсь… Ты такой невероятный на вкус… Хэ, хочу попробовать тебя на вкус всего… Сними этот свитер, пожалуйста… Я не пойду дальше… - ХекДже с надеждой смотрит в карие глаза и, видя румянец на щечках младшего, улыбается, осторожно касаясь губами скул. – Почему ты покраснел? Я зашел слишком далеко? - Я еще не понимаю, что происходит… Я о мужчинах и не думал, а тут ты… - И что ты теперь думаешь? – Хек осторожно прикусывает нежную кожу, оставляя незаметный след, он тут же целует его и прижимается лбом ко лбу шатена, заглядывая в его глаза. - Боишься? - Своих чувств боюсь, если я влюблюсь - то это будет совсем плохо. Мне сейчас только не хватало взрослого мужчины в любовники себе записать, - тихо смеется студент, краснея от собственных слов еще больше. - А я хочу этого. Мы красиво смотримся рядом. С тобой мне нужен не только секс, ДонХэ, - признается танцор, и младший чувствует, как руки ХекДже останавливаются у ремня джинсов, не продолжая свой путь под одежду. – Веришь мне? - Ты наглый котяра, который ходит по дому без одежды, курит, гоняет на мотоцикле, таскает меня по дому, словно я мешок с картошкой, говорит столько пошлостей, сколько я в камасутре не читал, и вот как тебе такому верить можно?! - Ты читал камасутру? – мило улыбается красноволосый, а Хэ понимает, что сдал себя и, прикусив язык, фыркает, сложив руки на груди. - Не переводи тему, я серьезно, между прочим! Вот как тебе такому можно верить? – ДонХэ надувает щеки, показывая, что он недоволен, но ХекДже осторожно чмокает его в губы и, нежно кусая за нижнюю, проникает язычком в рот, вызывая трепет в теле ДонХэ. Поцелуй получается очень пошлым и развязным, отчего шатен начинает снова заводиться. Младший хватает мужчину за плечи и отстраняет от себя. - Все, я верю. Честно верю, только так больше не целуй! - Почему? Тебе не… - Хек замолкает, когда смущенный ДонХэ оттягивает подол свитера к паху и опускает голову. – Малыш, так я все же возбуждаю тебя? – ХекДже улыбается как дурак и обнимает младшего, который и слова вымолвить не может. – Ты у меня такой милый! Все, собирайся, поехали в клуб, нас уже ждут! – стриптизер стаскивает паренька к краю стола и, заставляя обхватить свои бедра ногами, несет его в комнату. – Будешь молчать и краснеть, я сам тебя одевать буду! Только перед этим сниму домашнюю одежду… - Щас, раздеть ему надо… Я и сам умею… - бубнит Хэ, не зная, как теперь смотреть ему в глаза. Теперь он возбуждается, глядя на него, так еще Хек знает об этом! - Да, я видел, как ты раздеваешься. Весь клуб видел, кстати, я за эту выходку еще не отшлепал тебя! Ты вообще зачем полез попой крутить на сцену? – ХекДже заносит младшего в комнату и, когда тот оказывается на кровати, получает от него в лоб. - Захотел и полез! У тебя разрешения забыл спросить?! - фыркает Хэ и, гордо подняв подбородок, показывает свою независимость, которая так влечет мужчину. Хек показывает младшему язык и идет к себе, залезает в шкаф и начинает быстро копаться в одежде, думая, как ему одеться. «Хек, ты головой с ним ударился. Какая разница, во что вырядиться? Взял, что первое под руку попалось, и вперед! Все равно куртку сверху, перчатки и шлем, никто не обратит внимания на твой внешний вид. В клубе ты появляешься в том, в чем удобно». ХекДже выходит из комнаты в синих джинсах, которые больше напоминают сито – кажется, нет и десяти сантиметров, где бы на них не было прорези. На поясе у мужчины висят цепи, он надевает мотоциклетные ботинки, поправляет черную майку, натягивает теплую куртку и берет шлем, ища глазами перчатки. ДонХэ выходит к нему в обтягивающих джинсах, белой обтягивающей майке, поверх которой надета расстегнутая светло-голубая рубашка с закатанными рукавами. Парень потирает глаза и хмурится, понимая, что утром он так и не надел очки. Старший изучает стройную фигуру, замечая, что это первый раз, когда Хэ рядом с ним в одежде своего размера, а не как он привык – растянутый свитер и непонятные джинсы. - Тебе, на удивление, идет любая одежда! Во чтобы тебя не одевали - ты всегда красив, - Хек протягивает младшему шлем от мотоцикла. – Готов? - Я не люблю твой байк. - Да ладно тебе, я знаю, что разобьюсь на нем, но только один. Сегодня мы едем вдвоем, так что не бойся, - от этих слов шатена передергивает. Он с отвращением смотрит на шлем и сжимает руки в кулаки. - И ты так спокоен? - Да шучу я, успокойся, Хэ! Я столько лет за рулем, что, кажется, готов ко всему. Тем более, если ты сидишь за моей спиной, я вдвойне аккуратен. У вас в Сеуле транспортный поток не большой, вот в Лас-Вегасе или Нью-Йорке… Но знаешь, самое сумасшедшее место - это Китай. Там лучше вообще за руль не садиться – угробиться можно, не тронувшись с места. Давай лапку, пойдем, кис, ну не дуйся на меня! Я же хороший у тебя. Правда? Хочешь, еще раз в кота сыграем? Только теперь у меня мышка более уверенная… - ДонХэ снова начинает краснеть и ХекДже получает подзатыльник за свой длинный язык. - Дурак… - студент заходит в лифт и закрывает глаза, успокаивая сумасшедшее сердце. «С чего я так реагирую на него? А если влюблюсь? Что тогда? Ты говоришь, что тебе нужна душа, а не тело, а я каждый раз боюсь увидеть насмешливую улыбку на твоих губах... Черт, как можно изменить свое мнение о человеке за пару часов? Ну, проснулся я в его объятиях. Да, он не приставал и подарил подарок. Хотя, зная, что у этого сумасшедшего в голове, я ожидал чего угодно, начиная от вибратора, заканчивая резиновой куклой в костюме садо-мазо, но никак не уютного пледа».