Do you want to be brave?

Лили замерла, смотря то на дуло пистолета, то Эрику в глаза. Девушка направила своё оружие на мужчину. - Эрик, убери от меня пистолет, - яростно прошептала она, - и объясни, что, черт возьми, тут происходит! В этот момент Анна резко дернулась и выстрелила в державшего её мужчину. Но большего девушка сделать просто не успела. Подоспевшие охранники, ударили её по лицу, и заломили руки за спину. Один из них приставил к виску Анны пистолет. Лили не сводила направленного на Эрика оружия. - Анна, ты иногда поступаешь совсем не логично. Неужели ты думала, что сможешь противостоять нам всем? - Эрик усмехнулся и повернулся к Лили, - Опусти. Иначе Анна умрет. Голос мужчины был жестким и напряженным. - Скотина, - Лили в отчаянии опустила оружие. Эрик кивнул кому-то головой, и в этот момент к девушке подошел охранник. Грубо схватив за руку, он забрал у Лили пистолет и сковал руки наручниками. Встав у неё спиной, он приставил к ее затылку пистолет. Эрик снисходительно улыбнулся девушкам и отошел к окну. - Что происходит? А происходит то, что я называю «торжество справедливости». В вашей новой власти, которую вы придумали пару лет назад, слишком уж все стало гуманно и честно. А эти псы - аффракционеры - заполонили фракции. Анна фыркнула: - Ты сам предложил многие из наших новых законов. - Я был не прав, - ответил мужчина, не поворачиваясь к ней. - Какая же ты скотина, Эрик, - тихо проговорила Лили. Он повернулся к ней, и на его лице отразилась усмешка. - Иногда обстоятельства вынуждают нас действовать определенным образом, – Эрик подошел к связанному Томасу, во рту которого был кляп, – Например, когда правительство наполнили такие слабаки, как этот, - он кивнул на лидера Эрудиции. Настоящий лидер не допустил бы, чтобы его свергли. - Настоящий лидер не предал бы свою фракцию, - громко произнесла Анна, – Ты понимаешь, что за нами придут? Эрик обернулся на неё: - Понимаю, но знаешь ли ты, сколько верных тебе людей осталось во фракции? - Достаточно, чтобы уничтожить тебя. В этот момент створки лифта вновь открылись, и в помещение зашел высокий седовласый мужчина в черно-белой одежде. Что-то в его чертах было Лили знакомо, но вот, что именно, она вспомнить не могла. - Анна, мое почтение, – Поклонился незнакомец, – А это, должно быть, твоя талантливая помощница. Наслышан, наслышан. В этот момент Лили вспомнила, что это пособник Эрика, не кто иной, как лидер Искренности. - Джеймс, не ожидала от вас этого. Вы же лидер, – Начала Анна, но её грубо перебил Искренний. - Довольно разговоров, - произнес мужчина, и посмотрел на Эрика, – Я думаю, что самое время отправить их в камеру. - Уведите их, – Коротко бросил бывший лидер Бесстрашия. Несколько охранников окружили пленных. - Эрик, подумай, что ты творишь, - крикнула Лили, не обращая внимания на державшие её руки предателей. - Лили, детка…. У тебя из этой комнаты два пути. Или ты встаешь на мою сторону, или ты погибаешь, – Эрик внимательно посмотрел девушке в глаза. - Я лучше сдохну, чем предам фракцию, – Ответила девушка не прерывая зрительный контакт. На секунду Лили показалось, что в его взгляде промелькнуло облегчение. Но это было лишь на секунду. - Ну да. Фракция превыше всего. В камеры их, - приказал Эрик. Несколько человек взяли пленных под руки и под дулами пистолетов повели в камеры. Проведя по запутанным коридорам штаба Эрудиции до тюремного отсека, их втолкнули в первую попавшуюся комнату. С пленников сняли наручники, а Джеймсу вытащили кляп изо рта. Получив свободу, Лили умудрилась пнуть одного из конвоиров, за что получила прикладом пистолета по затылку. Чудом не потеряв сознание, девушка сползла по стене и уткнулась головой в колени. Дверь с громким хлопком закрылась, и их предоставили самих себе. По щекам Лили бежали горячие слезы боли и обиды. Как он мог предать свою фракцию? Как он мог предать её? Неужели их отношения были всего лишь ложью, и ничего для него не значили? Неужели все то, что фракции строили после Войны, потеряло для Эрика смысл? Заботливые руки Анны обняли её, и девушка прижала Лили к себе. - Все будет хорошо. Мы выберемся отсюда. Мы же Бесстрашные. Всё будет хорошо, - эти слова было ужасно тяжело говорить, и в голосе Анны проскальзывали слезы. В этот момент подал голос Томас. - Что им от нас нужно? - Думаю, что они будут шантажировать нами фракции. Выдвинут свои условия, при выполнении которых они нас освободят, – Тихо ответила Анна. - Я не думаю, что выполнение условий этих террористов подарит нам свободу, - Джеймс встал с пола и сел на одну из четырех кроватей вделанных в стену, – Получив своё, они нас убьют. - Вероятнее всего, что да, – Сквозь слезы прошептала Лили, – Все будет зависеть от того, придут ли нас спасать. И от того, сколько предателей среди Эрудитов и Бесстрашных, и других фракциях. - Она права, - Анна поднялась, и, обняв себя за плечи, села рядом с Джеймсом, – Сейчас наша жизнь зависит от того, как быстро верные нам люди смогут отреагировать. Наступила тишина, изредка прерываемая хриплым дыханием Лили. - Мне нельзя умирать, - тихо проговорил Томас, – Мы сейчас заканчиваем разработку лекарства от сердечного заболевания. Я не успел записать последние данные. Лили фыркнула: - Из нас никто не хочет умирать. Все мы чего-то не доделали. У всех осталось то, ради чего жить. Несмотря на предательство любимого человека, Лили не собиралась впустую сгорать в пламени новой войны. Девушка будет бороться. За себя, за свою фракцию, за жизнь их общества. Фракции превыше всего. Особенно сейчас, когда волна предателей вновь заполонила город. Она будет бороться или погибнет, защищая фракции, как и подобает Бесстрашным. Время тянулось медленно. У запертых в камере не было часов, и они измеряли его по промежуткам между приемами пищи и походом в ванну. С ними никто не разговаривал, к ним никто не приходил предъявить какие-либо условия. Их молча отводили по одному в душ или передавали еду сквозь специальное окошко в двери. Лили не могла спать, стоило ей закрыть глаза и на неё накатывали кошмары. Да такие мучительные, что её пейзаж страха перед этими снами мерк. Почти в каждом видении был Эрик, который убивал или издевался над близкими девушки, или просто над невинными людьми. Мысли об этом мужчине не покидали её голову. Лили корила себя, что так глупо поверила в то, что такой садист, как он, изменился, что она влюбилась в него. А за самую ужасную мысль, девушка начала себя ненавидеть. В глубине души она не могла злиться на него, несмотря на все его действия. Анна, видя состояние подруги, не трогала её, прекрасно зная, что эта помощь ничего не даст. Не та ситуация. Пленники почти не разговаривали друг с другом, и от этого время словно замерло. Они не понимали, какое время суток и сколько сейчас времени. По примерным подсчетам Джеймса, которые он вел на основе их распорядка дня, они находились в плену двое суток. В начале третьего дня в камеру пришел незнакомый мужчина в синем костюме и пистолетом в руке. Выпрямившись в дверях, он хмуро окинул пленных взглядом. Анна и Лили сидели на полу и с вызовом смотрели на вошедшего. Джеймс лежал на одной из кроватей и смотрел в потолок. Незнакомец прокашлялся: - Мне жаль, но приказом нового правительства вам вынесен смертный приговор. Я должен сопроводить вас на вашу казнь. - Нового правительства? - Фыркнул Томас, садясь на кровати, - Это незаконно, смена власти была не легитимной. - Нас имеет право судить только наша фракция, - произнесла Анна. - Ваших прежних фракций больше нет. Всё в нашей власти. Девушки переглянулись и молча встали. Томас же продолжил возмущаться, за что и был вырублен ударом пистолета по шее. Снова их вели бесконечными коридорами, пока не привели в холл, в котором на них и напали несколько дней назад. Стульев и столов теперь не было. По углам комнаты стояли солдаты, а в центре их ждали вооруженные Эрик и Джеймс. - Ох, а вот и вы, – Растянулся в ехидной улыбке бывший лидер Искренности. - А вот и мы, - парировала Лили. - Какая невоспитанная юная леди, – С издевкой произнес Джеймс. - О, она всегда была такой, - фыркнул Эрик, игнорируя взгляд Лили. Джеймс посмотрел на пленных: - Приказом нового правительства, вы приговорены к смертной казни через расстрел. - На основании чего было принято это решение? - Анна гордо выпрямилась и с вызовом посмотрела на Искреннего. Всё-таки она Бесстрашная. И если ей сегодня суждено умереть, она сделает это с достоинством. Джеймс засмеялся в голос: - Буду с вами откровенен. Всё же я Искренний. - О да, меня сейчас стошнит от вашей искренности, – Лили усмехнулась и с вызовом посмотрела на Эрика. Страх перед смертью ушел и все, чего она хотела, уйти непобежденной. Мужчина не отвернулся от неё, и в этот момент Лили показалось, что его губы тронула едва заметная улыбка. - Ну, и манеры, – Протянул Джеймс, – И так, на чем я остановился? Ах, да… Скажу вам честно, вас казнят за то, что вы не согласны с новым режимом. Переглянувшись с Анной, Лили засмеялась в голос: - Куда уж честнее. Джеймс едва слышно выругался и повернулся к Эрику: - К чему тянуть? Её казним первой, прямо сейчас. Лили посмотрела на Эрика. На миг в его глазах ей померещился едва заметный ужас. Но это лишь на миг. Молча достав из кармана нож, мужчина подошел к девушке и разрезал пластиковые наручники. - Будь смелой, - прошептал он. Почувствовав свободу рук, Лили со всей силы ударила Эрика по лицу. - Видимо я это заслужил, - прошипел он, хватая девушку за руки. Заломив их за спину, он заставил её опуститься на колени. - Я подержу девчонку. Пусть она перед смертью смотрит тебе в глаза, – Джеймс приблизился к ним и перехватил руки девушки, заломив их еще сильнее. Эрик встал лицом к Лили и направил пистолет ей в лоб. Девушка с минуту на минуту ждала, когда же он выстрелит. Но он не стрелял. И вновь ей послышались выстрелы и шум внизу. И в этот момент Эрик выстрелил.