Неудачный брак

Мы с тобою везде вместе Друг мой милый и родной. И как в одной красивой песне: Не разлучит никто с тобой.

Прохожие, столпившиеся возле магазина со сладостями, наблюдали интересную картину: двое парней, рыдая, обнимались, уткнув свои лица в плечи друг друга. Была тишина, и с трудом, но можно было услышать тихие всхлипы вперемешку с бессвязным бормотанием: - Энж… я… ты…. ой … - Томм… прости… ой... я… А вот за двумя другими парнями было уж очень смешно наблюдать: они испепеляли эту обнимающую парочку ревнивыми взглядами. А уж когда два зареванных лица, наконец, повернулись к присутствующим, то один из парней с облегчением вздохнул: в обнимающем парне своего омеги альфа узнал пару друга. Второй же так и стоял, буравя парочку ревнивым взглядом. Неизвестно сколько бы продлились эти гляделки и рев, если бы не маленький альфочка, увидев друга своего папочки, не бросился ему на шею с криком: «Дядя Томми!». Повиснув на шее у омеги, Дэнни начал радостно щебетать, что у него теперь новый папа, а еще у него есть своя комната и кучу игрушек. Услышав об этом, омега, обнимающий малыша, остановил свой взгляд на красивом альфе (но своего альфу Том считал красивее), который обнимал немного пришедшего в себя Энжи. Когда Том уже хотел потребовать объяснения (ведь не каждый день узнаешь такие новости), Дэнни спрыгнув с его рук, уже с криками: «Дядя Кай», повис на шее у альфы, который с радостным смехом закружил его. Поставив малыша на землю, альфа подошел к друзьям. - Энжи, Дем, привет. Вижу, вы решили прогуляться? – Кай обнял ничего не понимающего Тома за талию, прислонив его спиной к себе. - Да, Кай, наконец-то смогли выбраться. А ты какими судьбами здесь? – спросил Дем, не замечая растерянных лиц. - Ну, у меня тут свидание. Позволь тебе представить. Дем, это Том – очень красивый, умный и милый омежка, который согласился со мной пообедать. Том, это Дем – мой друг: немного хам и жуткий собственник. Мне он однажды чуть голову не оторвал, когда я сделал комплимент его мужу. Ну, а его мужа Энжи, я вижу, ты знаешь. - Да. Энжи - мой лучший друг. А Дэнни - мой крестник, - на автомате проговорил Том, не вдумываясь в вопросы: он был слишком ошарашен услышанным. - Думаю, нам всем нужно спокойно поговорить, - сказал Дем, смотря на задумчивых омег. - Согласен. Здесь рядом есть уютный ресторанчик "Семья". Думаю, там мы сможем нормально поговорить, - Кай одной рукой взял Тома за руку, а второй взялся за коляску. Возражений не было: омегам было сейчас не до того, чтобы выбирать место для разговора. Лишь Дем, прошептав что-то на подобие: ”Вот не может он удержаться от саморекламы", взяв за руку Дэнни, отправился следом за остальными. В ресторанчике их ждал неприятный сюрприз: бета-администратор, увидев омегу с потрепанной коляской, наотрез отказался впускать их в помещение, сказав, что кафе для бедных напротив. Этот бета не замечал ни богато одетых спутников омеги, ни убийственного взгляда, направленного в его сторону. Том сразу же понял из-за кого их не захотели пускать в ресторан. В его глазах стояли слезы, но не было слышно всхлипов. Такого унижения Томас Милтон еще не испытывал. Но в двойне ему было хуже от того, что все это происходило в присутствии человека, которому Том очень хотел понравиться. Ему было стыдно перед Каем за то, что тот видит его унижение. Тишину, образовавшуюся после заявления администратора, нарушил холодный голос Демитрия: - Стареешь, Кай, стареешь. Совсем распустил здесь всех. Вижу, они забыли, кого бояться надо, - Дем с неприкрытой ухмылкой наблюдал за администратором, до которого начало доходить, что он попал, причем, по-крупному. - Старею, друг. Ну, ты же понимаешь, что я редко могу заглянуть в эту развалюху, - у Тома округлились глаза от удивления: это был один из лучших ресторанов города. Какая к черту развалюха? – У меня ведь очень много другого барахла, за которым следить нужно. Ну, ладно, что-то мы заговорились. Пойдемте в кабинет, там и поговорим. Садясь на удобный кожаный диван, Том уже был спокоен. Все переживания вмиг выветрились. Когда они входили в кабинет, то Дем и Энжи уселись на один диван, а Кай потащил Тома на другой. Когда они сели и началась беседа, Том вздрогнул и круглыми глазами посмотрел на друзей. Те, как будто этого не замечая, рассказывали о событиях прошлых дней. Одной рукой Кай обнимал омегу за талию, поглаживая нежными движениями бок, а другую положил тому на коленку. И даже, когда Том угрожающе на него посмотрел, Кай не перестал шалить, а наоборот, принялся еще чаще поглаживать аппетитную ножку омежки. Стараясь не показывать Каю, как ему нравятся эти проглаживания, Том постарался сосредоточиться на рассказе Энжи. Постепенно он перестал даже обращать внимание на руки Кая, ведь то, что рассказывал ему Энжи, было на грани фантастики. А когда друг начал описывать ему жизнь с Демитрием, Том лишь искренне улыбнулся Дему, показывая, что тот признан, как пара друга. Когда настала очередь Энжи спрашивать о жизни друга, Том лишь немного смущенно улыбнулся, и коротко рассказал о встрече с Каем и их свидании. То, что омега мало рассказал о них, немного задело Кая. Но он попытался успокоиться, понимая, что еще рано что-то говорить, поскольку они мало знакомы (это только со стороны Тома; Кай же досконально изучил всю информацию об омеге). За окном село солнце и наступил вечер. Было решено снова встретиться завтра, а сейчас расходиться по домам. Первым отбыли Дем и Энжи, прихватив с собой заснувшего Дэнни. Кай же попросил Тома посидеть чуть-чуть в кабинете, пока он не уладит свои дела. Решив прилечь, омега тут же заснул. Кай же поспешил в подсобное помещение, где сейчас валялось избитое тело администратора. Как бы велико не было бы желание Кая самому наказать идиота, посмевшего оскорбить его омегу, альфа не мог оставить друзей одних. Во-первых, это моветон, а во-вторых, это вызвало подозрения у Тома, да и не только у него. Дем уже давно привык ко всем этим разборкам, а вот его муж ничего об этом не знает. Демитрий попросил Кая не обсуждать дела при омегах, тем самым намекнул, что тем знать об их «истинной жизни» пока не нужно. Поэтому Кай скинул смс охране, намекнув на длинный язык администратора. Вскоре парни сами в этом убедились, когда получали удовольствие от минета. В этот раз Кай выступал в роли «хорошего копа». Мягко улыбнувшись и сказав, что если бета не уберется из города в течении дня, то делать минет – станет его профессией, альфа вышел из помещения, направляясь обратно в кабинет. Там, проверив, убедившись, что с детьми все в порядке, Кай подошел к спящему омеге. Наклонившись, Кай провел ладонью по щеке Тома. Тот поспешил прижаться к руке, дарящей ласку. Но видя, как омега устал, что даже не проснулся от этого и от поцелуя в губы, альфа решил отвезти его домой. И начал осторожно будить. - Просыпайся, соня. Мы можем ехать домой, - Кай ласково потрепал макушку омеги, который потянулся, зевая. Поскольку до машины Кая было слишком долго идти (он оставил машину на стоянке, а потом отправился гулять с омегой и детьми), Кай вызвал такси. Коляску они закинули в багажник, а детей взяли на руки. Кай держал альфочку, а Том – омежку. Альфа проводил Тома до самой двери. Никто из них не хотел расставаться. Блэку казалось, что уйди он сейчас от омеги, случится что-то плохое. А Томасу казалось, что если он сейчас отпустит Кая, то навсегда потеряет, хоть и небольшой, но шанс быть рядом с ним. Тянуть время не было смысла, поэтому пара была вынуждена распрощаться друг с другом. Напоследок Кай поцеловал омегу в щечку, пожелав при этом, спокойной ночи. Засмущавшись, Милтон быстро скрылся в квартире, Альфа же поднялся на свой этаж. Сейчас ему, как никогда, хотелось оказаться в квартире рядом с Томом. Своя же квартира казалась мрачной и холодной. Кай очень устал за сегодня, поэтому сразу же поспешил в спальню. Там, переодевшись в домашние штаны и футболку, Кай завалился на кровать, моментально засыпая. Проснулся альфа ближе к полуночи от сильных криков внизу. Горестно вздохнув, альфа поспешил выйти из квартиры и спуститься в низ. То, что он увидел, вызвало в нем море эмоций: беспокойство, злость, удивление. Возле своей квартиры сидел плачущий Том, прижимая к себе детей. Его запястья были все в синяках, губа разбита. Дети, почувствовав неладное, начали плакать. Сжав кулаки так, что побелели костяшки, Кай подбежал к омеге, желая узнать, что случилось.