Очарование Небес

Гипер-интуиция Десятого Босса Вонголы завывала на все мотивы, когда любимый и дорогой сердцу репетитор велел собрать всех Хранителей в доме Савады к семи часам вечера. Причины этот паразит, именующий себя самым лучшим в мире киллером, не назвал, и от этого становилось еще беспокойнее на душе. А зная Реборна, Тсуна мог с определенностью сказать, что аркобалено опять придумал что-нибудь за гранью человеческого понимания. Так или иначе, но реальную проблему сейчас представляло пригласить не очень общительную часть Хранителей на собрание. С Мукуро, в принципе, можно было связаться через Хроме, которая все чаще проводила время в компании Энмы. Тсуна прекрасно видел, что ребята нравятся друг другу, но из-за стеснительности обоих, отношения не продвигались дальше дружбы. Но не шатену судить об этом, у самого на личном фронте глухо и уныло, как в морге. Как раз по причине боязни оказаться в пристанище мертвых, у Тсунаеши и не было подвижек на любовном поприще. Ведь объект мечтаний является очень … своеобразной личностью. Мальчик грустно вздохнул, набирая заученный номер. — Гокудера-кун? Да, это я… нет, со мной все нормально… правда, все хорошо! Я просто хотел попросить тебя прийти ко мне домой к семи вечера, Реборн велел собраться. Да… не знаю. Прихвати с собой Ямамото и Старшего Брата, пожалуйста… Я рассчитываю на тебя, Гокудера-кун… Да, до встречи. С Хранителем Урагана было порой трудно, но никогда скучно или непонятно. Прост, как пробка. Что нельзя сказать о другом Хранителе Савады. Ужас всея Намимори и персональный кошмар Десятого Босса Вонголы. Тсунаеши с панической дрожью смотрел на номер Главы Дисциплинарного комитета, пытаясь взять себя в руки и нажать на кнопку вызова. Неужели Реборн сам не мог договориться с Хибари? У него это всегда замечательно получалось. Не то, что у мальчика. Отношения шатена с Хранителем Облака носили весьма явный налет садо-мазо, и никак иначе. Хибари решительно отказывался воспринимать Тсунаеши, как Босса, да он его недавно опустил до уровня одноклеточного, когда мальчик чисто случайно, без всякого умысла и по неуклюжести своей проклятой взорвал кабинет химии. Не только словами опустил, но и тонфа буквально вбивать стал в грязь. В общем, печальная история отношений, как ни крути. Тсунаеши поморщился от болезненных воспоминаний. Синяки до сих пор не сошли. Но делать нечего, Реборн страшнее всяких там ГДК. Небо Вонголы чуть дух не испустил, когда в трубке раздался глубокий, бархатный голос: — Слушаю. — Х-хиб-бари-сан! Это С-савада… — Что тебе нужно, травоядное? — Я-я-я…т-то есть…Р-р-ре-б-б… — Хватит блеять, амеба недоразвитая! — зашипела трубка. — Если тебе нечего сказать, я отключаюсь. А ты, за то, что попусту тратишь мое время, еще получишь. — Подождите, Хибари-сан! Реборн просил прийти сегодня на собрание. — Меня не интересуют ваши травоядные сходки. — Хибари-сан, пожалуйста! Просите, что хотите, только приходите на собрание Хранителей! Пожалуйста! На том конце провода ненадолго замолчали. — Во сколько? Тсунаеши не мог поверить своей удаче. — А, это… в семь часов вечера, у меня дома. Хибари отключился, едва услышав ответ. — Как всегда, но хоть согласился, — печально вздохнул шатен. К семи часам дом наполнился толпой гостей. Нана пришла бы в неописуемый восторг, если бы не отдыхала сейчас с детьми на горячих источниках. Реборн сумел-таки под благовидным предлогом сплавить все семейство подальше от Намимори. И теперь в доме находились: Тсуна, чокнутый репетитор и муки ада, которые этот самый репетитор обеспечивал. Так или иначе, но мальчик никак не ожидал, что Апокалипсис начнется сегодня. Потому что Хранители Дечимо плюс Дино Каваллоне плюс Вария плюс Бьякуран равняется концу света. — А что вы все здесь делаете?! — пискнул шатен с ноткой истерики в голосе. — Тсунаеши-кун, рад видеть тебя в добром здравии! — пролепетал мило улыбающийся Бьякуран, уплетая маршмеллоу. На другом конце гостиной злобно закуфуфукали, явно матерясь на итальянском языке. — А мы тебя нет, сгинь в ад белобрысая нежить, — фыркнул грациозный парень с длинными синими волосами и забавным хохолком на макушке. Рядом с ним стояла хрупкая девушка с таким же цветом волос и хохолком, один ее глаз был скрыт повязкой. Заметив Тсуну, она вежливо поклонилась: — Здравствуйте, Босс. — Привет, Хроме… — Мукуро-кун, я тоже счастлив тебя видеть. Как ты поживаешь? —Заткнитесь, придурки! — рявкнул блондин с мятного цвета глазами, тут же материализуясь перед Тсунаеши. — Здравствуйте, Джудайме. Я привел Бейсбольного Идиота и Торфяную Башку, как Вы и просили. — Йо, Тсуна! Что-то случилось? — беззаботно улыбаясь, спросил кареглазый брюнет. — Савада, ЭКСТРЕМАЛЬНО рад тебя видеть снова! — прокричал боксер. — Ох, Реохей-тян, как я счастлив нашей встрече, — пропел мужчина с красным ирокезом и в солнцезащитных очках. — Видно это судьба! Сасагава поморщился и отошел подальше от Солнышка Варии. Луссурия обиженно надул губы. Тсунаеши побледнел от ужаса. Все они… и в его доме. Что делать?! — ВРООЙ! Сопливая ребятня хватит кричать, пока я вас не поубивал! — Скуало наглядно замахал мечом перед носом у дружелюбно улыбающегося Дино, что едва не стоило бедному Каваллоне жизни. — Сам заткнись, от твоего ора голова раскалывается! — злобно рыкнул Хаято, доставая потихоньку динамит. — Ши-ши-ши, Скуало, а песик Савады прав, — пакостно ухмыляясь, сообщил капитану блондин с длинной челкой и серебряной диадемой в волосах. — ВРОООЙ! Я всех сейчас покромсаю, как капусту! — Скуало, успокойся, они же дети всего лишь, — похлопал длинноволосого варийца по плечу Дино. — Мустанг, ВРООЙ, убери клешни свои от меня! — Какая вы прекрасная пара, ши-ши-ши! — ВРОООООЙ! Принц, ты сейчас дотявкаешься, на корм рыбам пойдешь!!! — Ну-ну, успокойтесь, ребята! Давайте жить дружно! — Ты сейчас в бубен получишь, чертов пацан! — пресек миротворческую миссию Хранителя Дождя Вонголы разъяренный мечник. Тсуна в отчаянии заламывал руки: — П-пожалуйста, успокойтесь все! — Ну-ну, Скуало, нельзя так нервничать, сердце не дай Бог прихватит, — ласково улыбался Ямамото. — Ты издеваешься?!!! Я похож на больного старика, ВРООООЙ?!!! Внезапно все пространство вокруг заполнила удушающая аура жажды убийства. Все крики мгновенно смолкли. Тсунаеши посмотрел туда же, куда и все остальные, и едва сознание не потерял. — Нарываешься, мусор? — рыкнул мускулистый брюнет с глазами цвета виски. — А ты, Обезьян, не много ли на себя берешь? — статный брюнет с глазами грозового неба и точеными чертами лица, хищно ухмыльнулся. — Мусорный пацан, я выпущу тебе кишки, а потом затолкаю их тебе в глотку. — Силенок не хватит, одноклеточное, — презрительно смерил взглядом Занзаса Хранитель Облака. — Вероятно, ты пропил последние мозги, если несешь этот немыслимый бред. Скуало потрясенно вройкнул. Челюсти остальной массы поздоровались с полом. — Сдохни, мусор! — мужчина выхватил револьверы. — Хватит, я не за этим сюда вас позвал! — прорезал напряженную атмосферу приятный юношеский голос с оттенком стали. В гостиную прошел молодой человек семнадцати лет, с волосами и глазами цвета смолы, в черном брючном костюме и дорогущей желтой рубашке, в шляпе набекрень и пистолетом в руке. Следом за ним, в комнату вошли зеленоволосый юноша в очках и белом халате и весьма впечатляющих габаритов мужик лет тридцати с прилизанными лаком темными волосами. — Верде и Джанинни! — Здравствуйте, Джудайме! — радостно помахал ему рукой толстячок. — Реборн, обязательно было собирать этих представителей Хомо Идиотикус в одном помещении? — спросил Верде, окинув присутствующих опускающим взглядом. — Да, они члены семьи и друзья Тсуны, поэтому этот эксперимент и их касается, — кивнул Реборн, поправляя шляпу, и окинув разношерстную компанию оценивающим взглядом. — Ты кого идиотом назвал, травоядное? — спокойно поинтересовался Хибари, ненавязчиво так крутя тонфа. — Зачем ты нас позвал, мусор? Помимо общения с вами, отбросами, у меня есть дела и поважнее, — мрачно глянул на бывшего Аркобалено Солнца Занзас, с трудом сдерживая желание спалить все к чертовой бабушке. — ВРООООЙ, чертов босс! Нет у тебя никаких дел, гложешь свой поганый вискарь целыми днями, пьянь несусветная! — Закрой рот, патлатый мусор, пока я тебе твои же мечи в задницу не засунул! — ВРОООООЙ!!! — Занзас-кун и Скуало-кун, успокойтесь, мы все узнаем, если вы позволите Реборну-куну закончить свою речь, — заметил Бьякуран. — Да, Мукуро-кун? — Сдохни, зефирный маньяк, что б тебя Вендичи уволокли, — плевался ядом Хранитель Тумана. — Ты сама доброта, Мукуро-кун. Рокудо невероятно бесили слащавая улыбка и приторный тон этого белобрысого чудовища, каким-то лядом сейчас водившего с ними дружбу. Да и то, что сам Мукуро сейчас находился среди толпы мафиози, половину из которых на дух не переносит, не добавляло юноше радости. Он пришел только потому, что Савада Тсунаеши обещал ему ответную услугу взамен маленького визита. Туманник и предположить не мог, что самый ненавистный ему человек тоже припрется на это хреново собрание! Что б он подавился обожаемым маршмеллоу! Тсуна уныло наблюдал, как его дом медленно, но верно, подходит к концу своего существования. Правда, по этому поводу он недолго убивался. Реборн умеет встряхнуть и кинуть в еще больший кошмар. — Заткнулись! — рыкнул Реборн, угрожающе наставив пистолет на Босса «Варии». — Повод для собрания действительно серьезный. Верде и наш механик изобрели новую пулю. Она похожа на пулю Посмертной Воли, но у нее несколько иные характеристики. — Эта пуля раскрывает всю вашу подсознательную силу, весь природный потенциал, убирая страхи, волнения и прочую ерунду, мешающую раскрыться личности полностью, — с фанатичным блеском в глазах пояснил Верде. — Эффект тот же, что и от Пули Посмертной Воли, но если продолжительность ее действия пять минут, то вот эта пуля, — ученый вытащил из кармана маленькую коробочку и открыл ее, показав всем находящуюся в ней, обычную на вид, пулю, — действует всю жизнь. Гипер-интуиция Тсунаеши заорала благим матом, веля своему хозяину сматывать удочки, ибо Госпожа Вселенская Задница уже раскрыла для него свои объятья. — Ойя-ойя, так значит, каждый может воспользоваться этой чудо-пулей? — оживился Мукуро. — Только тот, у кого закрыта дверь в подсознательное, — важно изрек Верде, поправляя очки. — А единственная подходящая кандидатура здесь, — Реборн спокойно вставил пулю в пистолет, Тсуна попятился к выходу, уже понимая, чем все закончится, причем явно без доброго конца для него. — Стоять! — Хии! Реборн, а вы протестировали ее? Уверен, что она не принесет вреда? — затараторил испуганный Тсунаеши. — Это экспериментальный образец, вы первый на ком будет испытано ее действие, Джудайме, — говорил Джанинни. — Но Вы не волнуйтесь, мы все проверили сотню раз, это безопасно! — Хии?! — Перестань визжать, как девчонка, мусор! Стреляй уже в него, и закончим этот балаган! — Стойте, а если это навредит, Джудайме?! Я против! — заволновался Гокудера, пытаясь прорваться на защиту к Боссу, но был перехвачен Сасагавой. — Я не понимаю, что здесь происходит, но тебе не надо так волноваться, Осьминожка! — Отпусти меня, идиота кусок! Гипер-интуиция играла на мотив похоронного марша в голове шатена, что говорило о дурном исходе этого эксперимента. — Прекрати трястись, Неспособный Тсуна! — Реборн навел пистолет прямо ему в грудь. — Не надо! — крикнул Тсуна, но его естественно никто не послушал. Перед тем, как пуля впилась ему в грудь, Тсунаеши отчаянно посмотрел на человека, которого он любил всем сердцем, и которому, к сожалению, не успел признаться в чувствах. А может, и к счастью, так как единственная эмоция, вызванная им у возлюбленного – отвращение. И вот – резкая боль и темнота. После выстрела Тсунаеши окутали клубы белоснежного дыма. — Так и должно быть? — хмуро поинтересовался Реборн, когда спустя минуту Тсунаеши так и не подал никаких признаков жизни, а туман так и не рассеялся. — Кто знает, это первое испытание, — задумчиво выдал Верде. — Я ничего не вижу, как там Тсунаеши-кун? — спросил с легким беспокойством в голосе Бьякуран. — Джудайме! — у бедного подрывника чуть разрыв сердца не произошел, когда его Небо, вскрикнув, исчез в клубах дыма. — Джудайме! — Хватит кричать, травоядное, бесишь, — Хибари смерил блондина уничтожающим взглядом. — Иди к черту, Хибари! Не до тебя сейчас! — рявкнул Хаято. Глава Дисциплинарного комитета уже хотел провести воспитательную беседу в особо жесткой форме, когда был остановлен звонким голоском. — Мама? Мама, а ты где? Все присутствующие замерли, недоверчиво пялясь в то место, где по идее должен был находится Савада. Белесый туман, наконец, развеялся и взору присутствующих предстал милый малыш лет четырех-пяти, с густой копной забавно торчащих в разные стороны золотисто-шоколадных волос. В огромных теплых карамельных глазах с длиннющими черными густыми ресницами вспыхнуло удивление, округлые щечки окрасились в яркий румянец, а пухлые губки сложились в идеальной формы букву «О». Малыш был одет в синие шортики до колен, в белую футболочку с изображением рыжего котенка, белые носочки и коричневые сандалики, в руках мальчика находился резиновый мячик. Лица всех без исключения вытянулись от шока. Даже Реборн, Занзас и Хибари потрясенно смотрели на малыша, силясь понять, что произошло. — А…э-э… — растерянно мямлил Гокудера. — Боже, какой прелестный малыш! — восторженно взвизгнул Луссурия, кидаясь к бедному ребенку, но тут же был остановлен подножкой Мукуро. — Не подходи к нему, извращенец! — Малыш, как тебя зовут? — ласково спросил Реборн, подозревая самое худшее. — Тсуна, — от столь пристального внимания ребенок покраснел еще сильнее. — С-савада Тсуна. — Не может быть, — Хаято побил себя по щекам, в надежде, что все окажется сном. — Джудайме? Как…? — Ути-пути, кто у нас тут такой милый?! Хочешь, я дам тебе вкусняшку? — заворковал Бьякуран, протянув руки к малышу, за что сразу по эти рукам и получил трезубцем. — Ты сам слышал, что говоришь, маньячина зефирная? Культяпки свои убери от ребенка! — зашипел Туман Вонголы, приставив к горлу бывшего захватчика мира свое любимое холодное оружие. — Что. Это. Значит? — зарычал Реборн, прожигая взглядом нерадивых ученых. Верде растерянно взирал на результат своего «гениального» эксперимента: — Не понимаю, все же расчеты были верны. Джанинни, ты же внес последнюю поправку в образец? — Я-я-я… да… — Джанинни, это была последняя ошибка в твоей жизни, — Реборн медленно навел свой пистолет на механика. — Реборн-сан, я не виноват! — ВРОООЙ! Савада превратился в малявку! — от переизбытка чувств Скуало разрубил пополам стол. — Кто вы? — малыш громко всхлипнул и попятился назад, все-таки такое количество странных и грозных людей напугало его. — Где моя мама? Вы меня убьете? — медово-карамельные глаза наполнились слезами. Большие незнакомые дяди закричали еще громче, надвигаясь на него, отчего Тсунаеши испугался еще сильнее. Хрустальные слезинки покатились по пухлым щечкам, а любимый мячик был крепче прижат к груди, как единственное оружие защиты. Тут же к маленькому Небу Вонголы размытой тенью метнулся его Хранитель Облака. Осторожно присев перед малышом на корточки, Хибари заговорил с ним мягким успокаивающим голосом: — Тише, малыш, я никому не позволю тебя обидеть. Большинство мужчин в шоке взирали на столь дивную картину. Беспощадный хищник о ком-то беспокоится?! — Правда? — всхлипнул маленький шатен, с надеждой смотря в глаза цвета грозового неба. — Клянусь тебе, — Хибари осторожно и нежно вытер кончиками длинных пальцев слезы с алых щечек. — Хибари, не трогай, Джудайме! Я сам могу позаботиться о нем! — Гокудера попытался приблизиться к мальчику, но был остановлен вездесущим Ямамото. — Успокойся, Гокудера, Хибари ничего плохого Тсуне не сделает, а ты пугаешь малыша своим поведением. — Я…, — Хранитель Урагана стушевался, увидев испуганно прижавшегося к ГДК Тсуну. Хибари легонько обнял малыша, погладив по голове, и бросил уничтожающий взгляд на Гокудеру. — А где моя мама? — Ты знаешь, что такое машина времени? — Эмм, — мальчик озадаченно уставился на Хибари. — Это такая штука, которая может отправить путешествовать в будущее, где я уже вырос и стал большим и сильным? — Вроде того. Вон то, травоядное, — брюнет небрежно махнул рукой в сторону Верде, — изобрел такую машину. И благодаря ей ты оказался здесь. А вот взрослый Савада Тсунаеши из этого времени, ― Кея смерил ученых презрительным взглядом, ― скорее всего в прошлое вернулся. ― По сути, ничего нового они не изобрели, ― Реборн одарил бедных изобретателей убийственным взглядом, угрожающе помахивая пистолетом. ― Я еще поговорю с вами по этому поводу. −− Значит, я в будущем? ― глаза мальчика восторженно распахнулись. ― Да, ― едва заметно улыбнулся Хранитель Облака. ― Поэтому я не могу увидеться с мамой? ― малыш доверчиво смотрел на Хибари, прижимая к себе мячик. ― Она, наверное, сильно испугается, увидев меня маленьким, ― Тсуна с умным видом согласно закивал головой. ― Не волнуйся, малыш, я позабочусь о тебе. ― А, кто вы все такие? ― Мы твои друзья! ― Ямамото с трудом понимал произошедшее, но не улыбнуться ласково этому милому существу было выше его сил. ― Огоо! У меня так много друзей! ― шатенчик засветился, как солнце. От бурных эмоций мальчик высвободил едва заметное, но мощное и чистое Пламя Гармонии. Все, кроме Реборна, впали в ступор, пораженно смотря на маленькое Небо Вонголы, все-таки великий киллер знал возможности своего ученика. ― Итак, пока я не разберусь с этой ситуацией и не узнаю, как вернуть взрослого Тсуну, вы ВСЕ присматриваете за малышом, и не дай Бог с ним что-нибудь случится, ― Реборн буквально рычал, ― Вендичи покажутся вам святыми апостолами по сравнению со мной. Понятно? Дикая аура смерти, исходящая от Реборна даже Занзаса и Хибари заставила поежиться. Народ согласно закивал. Казалось, только маленького шатенчика не волновала атмосфера вокруг, малыш уже восторженно представлял во сколько интересных игр он поиграет с новыми друзьями.