Богиня из другого мира

      Пихнув бедром дверцу кабинки, я зашла внутрь. Я очень торопилась, потому, как уже очень отчетливо ощущала, что началось что-то «нехорошее». Не то чтобы я нервничала, но это было некстати, совсем некстати. Я убежала прямо с контрольной по биологии, которую вел учитель Фараэ – это очень плохо, не так плохо как возрастные изменения, которые настигли меня совсем неожиданно, но все же довольно неприятно.       Усевшись на унитаз, я глупо смотрела на пятно крови, нет, я не боялась, так как я много слышала про это, были времена, когда меня раздражало, что у всех девушек они есть, а у меня нет, тогда я чувствовала себя неполноценной. Наверно, чуть позже я поняла, какое это на самом деле проклятие, а не важный этап взросления! Когда не переставая болит живот, ноги и ломит тело, когда нельзя надеть одежду белого цвета или плавать в бассейне. Я, конечно, понимала, что когда-нибудь наступит этот момент, но к моим шестнадцати годам у меня совершенно выпало из головы, что у меня все еще нет месячных. Так вот: теперь они есть! Уж не знаю, радоваться мне, что перешла на другой этап или огорчаться, просто который раз убеждаюсь, как всё не вовремя! Нервы постепенно сдают, так как есть ситуации к которым просто не возможно быть всегда готовой, вот и я была совершенно не готова устранять последствия аварии. Все усугублял и тот факт, что я отсутствовала на уроке уже около десяти минут, а значит, учитель скоро пошлет за мной кого-нибудь.       - Нужно срочно приводить себя порядок!       Только вот легче сказать, чем сделать, да и живот заболел сильнее весьма и весьма некстати.        Ещё сегодня утром я чувствовала недомогания, а конкретно - боль в животе, но тогда я даже не обратила на это внимание, списав на просроченный сок. Остаться дома тоже было не вариантом. Почему? Всё до жути банально и просто, как и у всех девушек моего возраста: я влюбилась по уши! И ведь прекрасно это осознаю, а сделать совершенно ничего не в состоянии.       Вчера вечером, выходя из школы, я встретила своего друга детства. Когда-то мы неплохо общались, но он вырос: стал красивым, обаятельным игроком в баскетбол и местным кумиром для девушек, а я осталась на той же ступени эволюции школы.       "Несправедливо, но жизненно" - так я всегда думала, ровно до этого момента.        Проходя мимо него, я ничего не ждала, даже не смела ждать. Кто я такая, чтобы общаться с Лореном Саммерс? По крайней мере, именно в тот момент я была никем. Сама из себя я представляла невероятно тощего подростка, высотой под сто семьдесят сантиметров и мальчишечьей фигурой в комплекте с почти белыми, сливающимися с бледной кожей, волосами и единственным ярким пятном в виде огромных голубых глаз на маленьком лице. Я никогда и никого не интересовала всерьез. Так бы и не задалась моя прекрасная пора юности, если бы не наша с ним случайная встреча, тем злополучным вечером.        Лорен стоял и, видимо, ждал кого-то, когда я проходила мимо, как всегда, незаметно - мы уже давно перестали здороваться и замечать друг друга в коридорах, так что смысла в приветствии я не видела. Но почему-то именно в тот день за моей спиной пронеслось:       - Вилл, почему не здороваешься? – напущено сердитым тоном пробасил Лорен, но больше меня на тот момент удивило то, что он помнил мое имя.        Вы верите в чудеса? Вот и я нет! Но он заговорил со мной. Сам! Просто так. Назвав меня при этом по имени! Я, конечно, не расцвела от его приветствия, ведь я не была о себе настолько низкого мнения, у меня были друзья, пусть и не так много. Во всяком случае, это многим лучше, чем общаться с напыщенными «красавицами» школы, которые всегда были неподалеку от Лорена. Радовало меня на тот момент лишь одно: он был первым парнем, который обратил на меня внимание, думаю, всё дело в моей странной внешности. И ведь не придерешься! Мой город находится в нескольких километрах от побережья, поэтому все вокруг загорелые и темноволосые, а я представляю собой нечто непривычно бледное, с французскими корнями. Было бы круто, если бы это хоть как-то сгладило мои «потрясающие» отметки по французскому, но речь не об этом.       - Извини, Лорен, привет, – пробормотала я, остановившись где-то между воротами школы и дорогой, возле которой был припаркован байк парня. Я видела пару раз, как он катался на нём, видела на лице парня такое неистовое ощущение свободы и радости. – Классный байк, кажется, в детстве ты о таком не мечтал...       - Мечты меняются, Вилл. Я тут всё думал, как обратиться к тебе, ведь давно знакомы! – напряжение, царившее на его лице, испарилось, и он стал вести себя более раскованно. – Если нравится байк, могу прокатить, правда, сейчас я занят, давай завтра, по пути в школу?       - Давай, – улыбнувшись, ответила я.       Разговаривая с ним, я нисколько не думала о популярности, потому как представляла вымерший вид школьников, не мечтающих об известности и признании. У меня обычные друзья, обычные праздники, обыденные будни, по сути, слово «обычно» ассоциируется со всей моей жизнью.       - Тогда договорились, Вилл!        Сегодняшний день начинался просто прекрасно: мы с Лореном приехали на байке в школу на глазах у большинства моих одноклассниц, он даже проводил меня до класса, так как сам учился в одиннадцатом, и, попрощавшись, ушел. Сказать, что я получила нездоровую дозу негативного облучения - это ничего не сказать: кто-то из его почитательниц был в ярости, кто-то нервно расспрашивал подробности, кто-то злобно потирал накрашенные острые коготки. И никто не остался равнодушным. Меня немного пугала такая тенденция, но я была слишком довольна произошедшим, что бы подсчитывать количество приобретенных врагов в геометрической прогрессии. Благо от словесных нападок меня выручил спасительный звонок, и я облегченно плюхнулась за парту.        И вот, спустя три урока, я сижу в кабинке и смотрю на пятно крови. У меня, конечно, даже мысли в голове не проскользнуло, будто я истекаю кровью или о чем-нибудь подобном, как многие, возможно, успевали подумать о первых месячных. Морально я была готова на все сто, а вот физически я никак не могла воспринять эту новость. Во-первых, я больше не могу находиться в школе; во-вторых, я слишком поздно обнаружила кровотечение, а перспектива быть высмеянной на почве ярко-алого пятна на юбке, меня мало чем привлекала, а тем более в реалиях начатых налаживаться отношений с Лореном. И наконец, в-третьих, если меня кто-нибудь найдет и поведет к учителю из-за того, что я конкретно опаздываю на урок, что я ему скажу? Вот так быстро можно упасть с небес на землю, едва водрузившись на самый верх.        На меня медленно накатывало некое подобие паники, нагнувшись вниз, я схватила сумку с пола и, поставив на колени, попыталась найти прокладку или, по крайней мере, телефон, чтобы позвонить маме и рассказать о произошедшем. Так и не найдя прокладки, я успела вспомнить, что выложила ее из-за ненадобности, всё равно месячные не начинали идти, а прокладки я таскала с собой уже два или три года. Естественно, что мне это изрядно надоело, вместо них в боковом кармашке хранились заколки и резинки для волос. Очень удобно, за исключением возникшей ситуации. Как можно быть такой опрометчивой? Хранить в специальном кармашке для прокладок - резинки для волос, чем я только думала? Я не перестану карать себя за глупости! И вот, что мне делать этими элементами декора, кроме как глупо смотреть на них, сидя на унитазе? Моя жизнь все больше и больше превращалась в ад, от счастливых воспоминаний утра - остались лишь крупицы, но на замену им спешили уже волны негодования. Со мной так всегда, я никогда не учусь на ошибках.        Окончательно убедившись, что у меня в сумке нет ни малейшего намека на какое-нибудь средство для остановки кровотечения, я сникла, уронив голову на руки. Не сидеть же мне здесь вечно! Еще одной «замечательной» новостью вполне способной добить меня наповал стало: отсутствие в туалете сотовой связи. Это все больше походило на заговор. Сегодняшний день постепенно превращался в один из худших, к тому же, я уже прогуляла контрольную по биологии, о чем учитель Фараэ немедленно доложит родителям на ближайшем собрании.        Набравшись храбрости и бросив сумку с учебниками, которая снова упала на пол тесной кабинки, я планировала выйти и купить в автомате, установленном в коридоре женского туалета, прокладку, что было, пожалуй, единственным добрым жестом в сторону женского коллектива школы. Почему я не сделала это раньше? Признаюсь, просто не хотела выходить, не испробовав все методы, так как ясно чувствовала, что уже сильно испачкалась. Чувство не из приятных, согласитесь? Особенно если кто-то может тебя увидеть.       Быстро подойдя к двери, чтобы не растерять запас набранного мужества, дернула за ручку, отвлекшись буквально на секунду для того, чтобы закрыть за собой дверь, я вновь заметила перед собой такую же дверь.       - Что это значит? – спросила у воздуха я. Естественно, мне никто не ответил, иначе бы я точно решила, что сошла с ума.        Я готова поклясться чем угодно - второй двери здесь не было, и быть не могло! Развернувшись, я осмотрела дверь, из которой только что вышла. Ничего необычного. Может, я что-то перепутала? Мысленно успокоив себя, я дернула за ручку двери, которая ничем не отличалась от остальных в женском туалете, разве что только тем, что появилась неизвестно откуда. На тот момент я весьма туго соображала, да и, собственно, ощущала мир, даже когда, почти перешагнув порог странной двери, на меня полился золотой свет, я не сразу успела испугаться или даже вскрикнуть.        Свет ослепил меня настолько, что я потеряла всякую ориентацию в пространстве, я поворачивала голову то вправо, то влево, в то время как глаза, ослепленные сиянием, не видели ничего вокруг. Может, ничего и не было? Я не могла ответить, я не была уверена даже в том, что, если я начну кричать, меня кто-нибудь услышит. В отголосках сознания била только одна мысль: «пустота». И действительно, я ничего не чувствовала, даже пола под ногами, хотя в первые моменты я ощущала ментальное его присутствие.        Так было до тех пор, пока по моим ушам не ударил противный девичий крик, позже я поняла, что причина суеты и беспокойства - мой собственный голос. Приложив усилие над собой, я всё же приказала себе собраться и, по крайней мере, перестать визжать, меня вроде бы пока не режут. Успокоив себя этой мыслью, я попыталась открыть глаза, неудивительно, что меня вновь ослепил свет, в этот раз он был уже менее ярким...