Глава 1
13 мая 2014 г., 17:18
Бабушка внука из школы ждала —
Цианистый калий в ступе толкла.
Был поздний вечер. Драко направлялся к кабинету профессора Снейпа, перемещаясь короткими зигзагообразными перебежками от укрытия к укрытию в местах вероятного возникновения Филча. В этот опасный путь его вывела нужда: Драко сильно нуждался в купоросном масле.
Недавно Пэнси устроила вечеринку с коктейлями, Драко пришел на нее с коктейлем Молотова. Можно сказать, что тем самым он убил двух зайцев: во-первых, с тех пор Пэнси с ним не разговаривала. А во-вторых, изучая рецепты по приготовлению коктейля и переходя от книги к книге, он набрел на весьма полезное зелье. Действие зелья было забавным: оно растворяло буквально все, с чем соприкасалось, если, разумеется, предварительно не произнести определенное заклинание. Возможное применение зелью Драко придумал моментально, стоило ему увидеть с утра по пути на завтрак жизнерадостную физиономию Поттера.
К досаде Малфоя, Снейп был в кабинете, и не один, а в компании старательно окучивающей его Паркинсон.
— Ну, профессор, как вы можете быть так холодны? — патетично восклицала Пэнси. — Неужели вы не чувствуете этого взаимного притяжения между нами? Неужели не замечаете этой пламенной искры, что…
— Мисс Паркинсон, — невозмутимо отвечал Снейп, не отрываясь от своего алхимического оборудования, — я еще раз настоятельно советую вам покинуть мой кабинет в кратчайшие сроки, иначе Слизерин из-за вас лишится баллов, и не могу гарантировать, что дело ограничится одной сотней.
— Я сочинила в вашу честь несколько строк! Вот послушайте: «Сударь, подобно тому, как статуя Мемнона издавала гармоничный звук, когда солнечные лучи озаряли ее, так и я преисполняюсь сладостного восторга, когда восходит солнце вашей красоты. И подобно тому, как цветок, именуемый гелиотропом…» [1]
— Довольно! Во-первых, это сочинили не вы. А во-вторых, мистеру Малфою следует поменьше читать и поменьше снабжать литературой вас.
— Если вам не нравится проза, у меня есть стихи…
— Разговор окончен, — отрезал Снейп, отворачиваясь.
Но Пэнси так просто сдаваться не собиралась и, перейдя к решительным действиям, применила маневр по захвату противника со спины с наскоком. Как раз в этот момент Снейп сделал пару шагов в сторону, и конечным пунктом полета стартовавшей Паркинсон оказался стол с только что расставленными профессором колбами.
«Четкое попадание», — оценил Драко, проскальзывая в подсобку под грохот стекла и звучные проклятья Снейпа.
Искомое масло обнаружилось почти сразу, рядом со своим мирным собратом, больше известным под именем АшДваЭсОЧетыре. Не обременяя себя муками совести, Драко сунул заветную баночку в карман мантии. Когда он по-пластунски покидал кабинет, Снейп все еще бушевал.
***
Несмотря на позднее время, Крэбб и Гойл не спали и играли в карты. Пока карты выигрывали. — Ну, как прошло? — поинтересовался Гойл, пытаясь побить крэббова валета своей дамой в прямом смысле этого глагола. — У меня — отлично! — Драко принялся обустраивать себе алхимический уголок. — Чего не скажешь о Пэнси… Драко расположился на полу в окружении колб, коробочек с ингредиентами, мини-котла и экспроприированной баночки Снейпа. Он наложил на все это соответствующее заклинание и, взволнованно вздохнув, приступил к своему черному делу. Луна неодобрительно светила в световой колодец в потолке — недавнее нововведение Драко, наткнувшегося в обширной домашней библиотеке на инженерно-архитектурный раздел. Жилые помещения факультета не соответствовали нормам инсоляции и естественного освещения, и пока Люциус Малфой готовился наслать на Хогвартс санитарную и пожарную проверки, его отпрыск успешно применял новоприобретенные знания на практике без вреда для конструкций замка. Ну, по крайней мере, существенного. После получаса переливания жидкостей, пересыпания порошков и помешивания содержимого котла, что сопровождалось тихими взрывчиками, Драко подошел к последнему пункту в рецепте. «Так-так. Требуется кровь. Хм…» Он медленно поднял задумчивый взгляд на Крэбба и Гойла. Те безмятежно играли. Драко прикинул что-то в уме, потом с сожалением вздохнул и проколол собственный палец. Котел поприветствовал донора ядовитым плевком, зелье вспыхнуло, и на глазах у застывшего в нетерпеливой позе слизеринца дьявольская смесь в котле съёжилась до незначительного количества. — Э-э… что за дрянь? — протянул Драко. Однако все ингредиенты закончились, и надо было довольствоваться тем, что получилось. «Надо бы испробовать». Малфой снова оценивающе посмотрел на приятелей, но вынужден был ограничиться каменными плитами пола. Зелье мгновенно образовало в полу пузырящееся углубление, буквально расплавив камень. Драко мысленно пожелал соседям по спальне не наступить в ямку как-нибудь в темноте и поднялся, собираясь приступить в финальной фазе операции. — Я скоро вернусь, — сообщил он. — Ладно, а мы пойдем спать, — Гойл зевнул, откладывая карты, — а то какая-то странная игра: все картинки одинаковые, а на обратной стороне ромбики, сердечки и мужики с тетками. Драко зверски хотелось спать, но он заспешил к кабинету зельеделия, принимая во внимание завтрашнее расписание уроков. Открыв класс Алохоморой, он направился к гриффиндорскому гетто и отыскал стул Поттера, на котором тот всегда сидел. Наложив на стул заклинание, Драко осторожно вылил свое зелье на сидение. Лужица зашипела и моментально впиталась в обивку. — Дело сделано, — Драко хмыкнул, заметив на спинке стула очень нелитературное слово, очевидно, вырезанное школьным полтергейстом Пивзом и чрезвычайно подходившее к сущности сидевшего на стуле. Удовлетворенно оглядев класс, слизеринец отправился спать с успокоенной душой. Утром Драко наскоро рассказал приятелям о своих похождениях, пока они направлялись с завтрака на урок. Возле факультетских часов в холле собралась небольшая толпа. За ночь уровень изумрудов в часах Слизерина упал стремительнее, чем акции сети ресторанов «У дяди Тома», организованной некоторыми из бывших Пожирателей («Пожирай вместе с Пожирателями! Каждому десятому посетителю — Кровавая Мэри бесплатно»). Драко подумалось, что если Пэнси немедленно не закроет сезон охоты на Снейпа, то вскоре Слизерин побьет по баллам рекорд Хаффлпаффа и уйдет в отрицательные значения. В этом случае изумруды, вероятно, будут изыматься у самих Слизеринцев, конвертируясь прямо из их галлеонов. Прибыв в класс зельеделия, приятели отметили, что Поттер еще не явился. Заняв места, Крэбб и Гойл принялись трепаться с остальными слизеринцами, а Драко, как завороженный, уставился на дверь. И вот появились они — Поттер в сопровождении неотъемлемой части своих блужданий по жизни, Грейнджер и Уизли. Драко сжал кулаки. Колокол возвестил о начале занятий, все зашумели, рассаживаясь. Поттер неторопливо приблизился к парте и шваркнул сумку на стол. Задница его нависла над стулом. «Сейчас!» — мысленно закричал Драко. Но неожиданно Поттер выпрямился, едва не коснувшись сидения, и направился к столу Снейпа, который по своему обыкновению начал ему что-то выговаривать. Драко ожесточенно скрипнул зубами и в этот момент был готов разорвать профессора на двенадцать частей. Наконец словесная экзекуция Поттера закончилась, и он снова оказался возле своего места. Все произошло в одно мгновение. Гарри уселся на стул, спокойно достал учебник и стал что-то строчить на пергаменте. Но где же шипение, пузырение, вопли, предсмертная агония? — Э-э?.. — лицо Драко вытянулось, он не смог удержаться от возгласа. Снейп прервал объяснение и посмотрел на него. — Малфой, с вами все в порядке? — Нет, сэр, не все, — сквозь зубы ответил Драко. — Ну так выйдите и прогуляйтесь до больничного крыла, — велел Снейп и продолжил урок. Испепеляя взглядом благодушествующего Поттера, Драко проследовал к выходу из класса и аккуратно закрыл за собой дверь. Оказавшись вне пределов досягаемости слуха Снейпа, он позволил себе немного пошуметь. — Почему не получилось?! Что произошло?! — восклицал он, со злостью пиная дребезжащие рыцарские доспехи. Встрепенулась и убежала, объятая страхом, пара младшекурсников-прогульщиков… Снялись с места оторванные от дела Косолапус и Миссис Норрис… А произошло вот что. Рано утром, профессор Снейп наведался в свой класс и, собираясь уже уходить, заметил на одном стуле неприличное словцо, начертанное славной рукой Пивза. Выругавшись в адрес полтергейста этим словом, Снейп немедленно вызвал Филча, отвесил ему пистонов за бардак в помещениях и заставил реставрировать стул без магии. Ворча, Филч заменил стул другим. Ядовитое сидение было отодрано и навеки затерялось в обширных помойных просторах Хогвартса. Если у Гарри Поттера была счастливая звезда, то в данный момент Снейпа вполне можно было ей назвать. Разве что, чуть менее сияющей. [1] Пэнси гнусно воспользовалась строками из комедии Мольера «Мнимый больной».
