Похождения Аладдина

А темноте подземельного лабиринта все еще плутали двое. Самодельный герой Аладдин и Самодельная ведьма Садира. У них было так много общего… «И так мало времени!» - мысленно злилась Садира. Уродские кролики на их пути больше не попадались, очевидно смекнув, чем это чревато. Хождения по мрачным коридорам затягивались. Садира незаметно щелкнула пальцами. Дальняя стена наполнилась тихим шорохом. - Похоже на выход! Идем! – звал Аладдин. Но очередной поворот привел к очередному тупику. На неумолимом камне проступали слова… - «Лишь истинная любовь сокрушит стены этого лабиринта». – прочитал по слогам Аладдин. Садира заломила руки в притворном отчаянии. - О горе нам! Мы никогда не выберемся отсюда! Вот если бы здесь была Жасмин… - Эээ… - отвел взгляд Аладдин. – Не думаю, что это помогло бы. - О чем ты говоришь, – плакала Садира. - Ведь ваша с ней любовь не знает преград!.. - Вообще-то… - бормотал Аладдин. – Видишь ли… в общем, Жасмин, похоже, меня не так уж и любит… вот. - Что? – обернулась Садира, чувствуя, как мир переворачивается в ее голове. Аладдин тяжело вздохнул. - Да, Садира. Жасмин недавно дала мне понять, что я лишний во дворце. Сказала, что выйдет замуж за другого. - За какого? – тупо спросила Садира, все еще не осмеливаясь верить ушам. Снова вздохнув, Аладдин пересказал речь принцессы. - Она не хочет, чтобы ты был героем? – поразилась ведьма. – Хочет, чтобы ты изменил своему призванию и сиднем сидел во дворце? Да она больная! Не понимает своего счастья! Эти принцессы такие двуличные и лживые натуры… о, Аладдин, не переживай, не огорчайся. Я с тобой, я поддержу тебя в любой ситуации. Ты же знаешь, как я отношусь к тебе… – говоря, Садира подошла совсем близко и даже решилась чуть приобнять Аладдина. Тот взглянул в ее глаза… и с криком отшатнулся к стене. - Аладдин? что с тобой? – взволновалась Садира. Но герой Аграбы лишь беззвучно открывал рот и таращил глаза. Всмотревшись в глаза Садиры, он понял, что вместо зрачков в них колеблется живой красноватый туман. - Ты не Садира! – выдавил он наконец. - Что? нет, я – Садира... Аладдин, в чем дело? Аладдин снова вытаращил глаза. Теперь он увидел что зубы у Садиры стали кривыми и острыми. - Я не бью женщин! - доложил он, отлепляясь от стены. - Но держись подальше, нечисть! Он совершил впечатляющий прыжок над головой песчаной ведьмы и стремглав помчался по коридору. Сверкали пятки. - Аладдин! – отчаянно завопила Садира ему вослед. – Аладдин! Прошу тебя! Но голос ее только прибавил Аладдину прыти. - Аладдин! Остановись! Ты погибнешь там! – причитала Садира. Поняв, что эти вопли парня не вернут, она круто развернулась, подхватила юбки и кинулась в противоположную сторону. Стены расступались перед ней. Когда она влетела в пещеру, где оставила Око Власти, ее «банда» собралась в уголке обсуждая что-то вполголоса. Увидев запыхавшуюся ведьму, разбойники умолкли и настороженно уставились на нее. - Аладдин… – выдохнула Садира. – Мой Аладдин пропал! Он убежал от меня в лабиринте и может попасть в беду. Я приказываю немедленно его отыскать! Глаза песчаной ведьмы недобро загорелись, и бандиты поспешили выполнить приказ. Скорой рысью они убежали в лабиринт чтобы добросовестно бродить по темным коридорам, заглядывая во все углы и громко призывать блудного Аладдина. Саид делал пометки на стенах через каждые десять шагов, чем вскоре начал всех раздражать. Назир втихаря достал из-за пазухи фляжку и угощал всех желающих. - А хорошо бы сделать так. – неожиданно сказал Мансур. – Взять в заложники этого Аладдина и потребовать у этой ведьмы свободу. - Думаешь прокатит? – усомнился Васим. Мансур одарил его пренебрежительным взором. В другое время он ни за что не стал бы разговаривать с кем-либо из банды Серого Кануя. - Похоже этот побродяжка одна из слабостей Садиры. – сказал Мансур. - Слабостей? – хмыкнул идущий впереди Саид. Он воспринимал Садиру более трезво. - У всех есть слабости, Саид. – возразил Шариф. – Даже у тебя. На что спорим? Но Саид не пожелал спорить. - Есть. – неожиданно признался он. – Мне снятся кошмары в полнолуние. - Че, серьезно? – удивились все. – А ну, расскажи! - Это глупо но… каждый раз в этих ужасных снах меня преследует злая голая девица и желает мне лютой смерти*. - Шлюхофобия. – определил принц Джамиль. – Это очень серьезно. Это надо лечиться. - А я-то, а я-то! – встрял повеселевший Назир. – Я тоже видел кошмары. Раз приснилось, будто я снял красивую телку. А она мне не дала! - А она была голая? – засмеялись все. Кроме Саида. - Помолчали бы вы! – сказал он. – Что будет, если мы не найдем этого дурного Аладдина? Все согласились, что будет хреново. - Мы, скорее всего, позавидуем мертвым. – молвил Васим. Он был пессимистом. * Мамлюк Шехмед скинул карты и победно воззрился на мамлюка Мамеда. - Гони пятерку! – радостно прошамкал он. Мамлюк Мамед** сумрачно достал монеты. Он проигрывал не потому что был глупым, а потому что дамы в колоде карт мешали ему сосредоточиться на игре. Знающие мамлюки могли развести Мамеда не на один десяток золотых. «Я отыграюсь» - пообещал себе Мамед. Но тут в головах всех зомби прозвучал приказ хозяина немедля построиться перед цитаделью. Пропажа Ксеркса здорово попортила нервы Мозенрату. Он и так по жизни был импульсивным, а тут еще эта несносная рыбина запропала невесть куда. Неизвестность очень раздражала некроманта. Куда этот угорь мог деться? Может все-таки встретил свою пару и загулял? А что? Говорят, даже аладдинов коврик нашел себе пассию. А может ксеркса похитили? Да нет, смешно! Может помер? Учитывая то, что он сотворил, скорее покончил с собой. Но тогда он бы откликнулся на призыв мертвецов, который Мозенрат специально устроил на днях. Перебрав все варианты, некромант предпринял еще одну попытку все выяснить. Для этого он разыскал одну из чешуек угря, которую тот потерял во время линьки. Удивляясь, как это сразу в голову не пришло, Мозенрат провел несложную магическую операцию. Бросил чешуйку в чашу с водой, произнес необходимое заклинание и всмотрелся в отражение на воде. К своему удивлению, он увидел Ксеркса в клетке. С минуту колдун пытался обдумать такое дело, а потом узнал сад, в котором стояла клетка. По резным решеткам и узорам на золотых колоннах безошибочно узнавалась собственность султана Аграбы. Это вызвало у Мозенрата новый приступ раздражения. Гнусные жители этого городишки и, в частности, дворца снова бессовестно воровали чужое имущество! Вот так должно быть Султан и нажил свое добро – не проходил мимо чужого. Да уж, из Аладдина получится отличный преемник престола в этой воровской малине! Мозенрат злился еще и потому, что крайне редко крал сам, а если и крал, то называл это стратегическим ходом. Он честно нашел город солнца, честно купил ветряного шакала Сирокко. Ну, пару раз украл конечно Джинна, но это уже совершенно другая история. Теперь же, увидев Ксеркса – свою собственность в руках давних противников, Мозенрат несказанно возмутился. Он даже не думал о том, зачем Аладдину мог понадобиться малополезный летающий угорь. Он думал какими словами покроет всю аграбскую шайку, прежде чем разнести все вдребезги. К тому же, он отлично подготовился к встрече с Аладдином. Армия мамлюков, собравшаяся перед цитаделью несомненно внушала уважение своей многочисленностью. Впечатление портил только гул глухих голосов зомби, вовсю обсуждающих личные дела. - …слыхали? Ахмеда переводят в пограничный полк! - Да он же брешет! - …а я и говорю тогда: иди ты на!.. - … лучше вяленых сверчков, это просто чума! - …скоро всех неграмотных разберут на запчасти. - …жалко Ямана. С тех пор, как он превращался в принцессу Жасмин, его как только не называют. - ребят, а кто забыл палец в курилке? - Тишина! – страшным голосом рявкнул Мозенрат. Армия мамлюков заткнулась. - Равняйсь! Смирррно! Мы идем на Аграбу. На дворец Султана! Пленных не брать! Рты себе не зашивать – обложить каждого встречного трехэтажным матом! Призвав свою силу и силу своей магической перчатки, Мозенрат сотворил огромный портал прямо во дворцовые сады. ________________________________________ * голая женщина в сонниках - предвестник черной полосы и всяческих неприятностей. Это довольно странно, этот сонник явно писал не мужик) ** Честно говоря, он должен был быть тут вообще главным героем, но уступил место даме)