Васильки

Жена выставила Сеньку в два счёта, ладно хоть пожрать ему дала по-человечески, но планы на вечерний расслабон с пивом, что мы успели любовно взлелеять, накрылись медным тазом. Приятель мне многозначительно сигнализировал бровями "вступись, мол, ты хозяин или где?", потом издевательски "тряпка, а не мужик!", но я изображал слепоту и невинную овечку. Да, хозяин! И мужик! Но после обнародования поддиванных залежей, мне самому в живых бы остаться, не до пива и не до Сени. Язычок у Васьки острый, исколет и не поморщится. Усугублять? Нафиг, нафиг! Готовился к выволочке я тщательно. Наедался впрок - а вдруг снова на диету посадит?! Демонстрировал солидарность и смирение - авансом, так сказать. И даже предусмотрительно намылся любимым жёниным гелем для душа, от сладкого запаха которого меня неизменно воротило. Помнится, у нас приключилась пара скандальчиков, и я в итоге отстоял своё. С тех пор противная штуковина сиротливо пылилась в ванной, но Васёна ей не пользовалась, если только нюхала тайком. Самое время сдаться в старой битве, дабы приобрести преимущество в свежей, ибо других весомых аргументов у меня, увы, не имелось. Я был смел, решителен и серьёзно настроен с открытым забралом встретить неминуемое, но стоило захлопнуть за Сенькой дверь и услышать Василисино драматическое «Нам надо серьёзно поговорить», как вся решительность махом испарилась. - Ой, блин, забыл Сеньке сказать кое-что важное! Погоди, догоню. Ночь-полночь, я в тапках и майке, фигня какая, на дворе начало мая, не страшно, перекантуюсь где-нибудь как-нибудь... - Если важное, завтра созвонитесь. Облом. Меня нагло оттесняют от двери, целеустремлённо ломая планы побега. Эх, жизнь моя жестянка... впрочем, верно же говорят, что лучший способ защиты - это нападение? Идея! Осталось только придумать, с чем нападать на жену, и дело в шляпе! Судорожно пытаясь найти повод для наезда, я неспешно поплелся обратно на кухню. Так что? Дома уют и порядок, шмотки все чистые, аккуратные и глаженые. Кормежка? Не-е-е... я ещё жить хочу, и вкусно питаясь, между прочим. Деньгами не разбрасывается, с подружками часами не треплется, родители мои её не просто обожают, а, по-моему, уже втихую канонизировали и возносят ежедневные молитвы в укромном тайном храме с золочёными куполами. Хм. С друзьями моими она отлично ладит, даже тот же Михеев, несмотря ни на что, жмётся у её ног преданной собачкой. И что делать? Хотя... вот же джинсы, к примеру, неподшитые! Махрятся, как не пойми что, а то, что это мода такая, я же вполне могу и не знать, верно? Взгромождаюсь на стульчик и с самым укоризненным видом наматываю на пальцы обнаруженные улики. - Милый... - задушевно заводит супруга военную песнь. Ну всё, сейчас начнется. - Я знаю, что ты гей. Чё?.. Из дальнейшего монолога я выпал. И, похоже, вообще выпал из реальности, отчасти вернувшись обратно лишь разобрав среди бессвязного набора звуков забавное слово "питекантроп". А вернувшись, обнаружил, что существо, бывшее когда-то Василисой, рыдает у меня на плече, а пальцы рук уже надежно скрутила какая-то хитрая дьявольская ловушка. А потом оно взяло нож... Стыдно, но я не успел разработать план самообороны. Существо, шмыгая носом, разрезало джинсовые нитки и стало нежно растирать мои затёкшие пальцы, всё более неуловимо напоминая родную жену. Я устыдился ещё сильнее, стоило только представить, что было бы, если бы успел... И что она там бормотала про геев-питекантропов? Я не совсем уловил, но не преминул уточнить: - С каким питекантропом я изменяю?! Васёна взглянула на меня, как на неразумное дитя: - Так с Сеней твоим! Я? С Сеней?.. С Сеней?!! Фантазия услужливо нарисовала подробные картинки, и в глазах отчетливо потемнело. Язык окостенел, и из горла вырвался только отчаянный сип: - Не-не-не-не! Я что-то пытался объяснить, доказать, Васька приводила веские встречные аргументы, а картинки в мозгу наливались объемностью, прорастая сквозь подкорку и укореняясь там с непобедимостью радиоактивных сорняков. Вселенная покачнулась и обрушила меня вниз. - Я не гей, - пытаюсь достучаться до Васиного здравого смысла, пока отбитый локоть тщательно обмазывают противной мазью. - Конечно, ты не гей! - послушно соглашается жена. Ну надо же, очнулась! - Ты бисексуал, - видимо, не до конца. Страшные картинки в мозгу ликующе заплясали снова. …Сеня пошло облизал губы, поковырялся в зубах языком, выискивая остатки мяса, причмокнул и с блядским видом почесал яйца… - Да нет же! - запротестовал я, отбрыкиваясь от кошмарных видений. Ещё и с приятелем в главной роли! - Ну как же нет? - изумилась Василиса и с готовностью добавила гвоздей в мой гроб: - Тебе же нравятся мальчики. И Сеня... Пиздец. Чёртов Сеня. С арбузом! …понимающе подмигнул, продолжая сосредоточенно насаживать здоровенный арбуз, натужно пыхтя от заметной тяжести партнёра и чуть приоткрыв расслабленные губы. С другой стороны арбуза корочка подозрительно похрустывала, грозя разломиться. Я отчаянно отпихивал непрошеное кино перед глазами, и, наверное, первый раз в жизни возненавидел собственное богатое воображение. Васёна продолжала нести подливающий масла в огонь бред, невзирая на мои настойчивые возражения, и под конец полезла обниматься. А вот это оказалось хорошей идеей! Стоило зарыться лицом в ложбинку между мягких грудей, как меня моментально осенило. Ща я ей наглядно продемонстрирую, какой из меня гей! Нагло тяну загребущие ручонки к любимому тёплому телу, оказавшемуся в столь близкой доступности... - Иди-ка ты... спать, - нежно отшивает меня жена и, отстранившись, покровительственно чмокает в нос. - Я сама всё уберу. Угу, уберёт. И меня, в том числе, куда подальше. А что? Очень удобно! Записать мужа в пидоры и с полным основанием лишить положенного по статусу супружеского долга. Женщины! Коварные и злобные создания! Ну уж не-е-е-ет... Нихрена у неё не выйдет. С достоинством поднимаюсь и гордо шествую к выходу из кухни. Замираю на пороге и, оглянувшись, окидываю недоуменно хлопающую глазами жену бесподобно похотливым взором - медленно, с головы до пят. - Я тебя жду-у-у... - мурлычу многозначительно, подбавив в голос эротично-хриплых ноток. И неспешно удаляюсь по коридору мягкой походкой невъебенного главы прайда. Пора вытрясти эту дурь из Василисиной головы. Посмотрим, что она потом скажет... Она сказала: - Ничего страшного, милый! Нежный сочувствующий голосок супруги заставил ещё глубже зарыться лицом в подушку, пряча пылающие от стыда щёки. Конечно же, ничего страшного! Гребаный необъятный пиздец, накрывший меня со всех сторон, вряд ли можно выразить каким-то невнятным "страшное". Окончательный крах. Контрольное фаталити по моей несчастной психике. Апокалипсис личной вселенной и четыре всадника апокалипсиса – Недоёб, Недотрах, Мозголюб и Ягей. Целый час кувырканий в постели, безумно соблазнительная Васёна и самые изысканные ласки, а в результате - ничего. Пшик. Полный штиль в районе паха. Зарастающая паутиной драгоценная мужественность. Я старею?! Всё-таки четверть века миновала в прошлом месяце. Или что?! Жена права?! Может именно поэтому яркие картинки нетрадиционной ориентации с такой готовностью поселились у меня в голове? …Голый Сеня, стоя у супружеского ложа, счастливо оскалился и развратно подвигал бёдрами, имитируя возвратно-поступательные движения. И не вытравишь их оттуда самым ядерным дихлофосом! - Я всё понимаю... - мягко шепнула Василиса. Погладила меня по единственной гордо торчащей части тела - затылку. Покровительственно, как обиженного ребенка. Наверное, эта снисходительность и оказалась последней каплей. - Да что ты понимаешь!!! - взметнулся я в отчаянном гневе. И привычно сшибая кошку, пуфик, дверцу шкафа, оба косяка по очереди, молниеносно смотался в зал. Немного пометавшись в тёмном ночном пространстве, отыскал планшет - память услужливо подкинула многозначительные картинки. Тихо, но очень долго матерился. Включил. Тщательно вычистил историю посещений в браузере и с чувством выполненного долга плюхнулся на диван, попутно заворачиваясь в плотный кокон из пледа. Буду спать тут. Один. Вечно. … Воображаемый Сеня многообещающе ухмыльнулся, подкинул на руке арбуз, уронил, поогорчался и с интересом присмотрелся ко мне…