«Distress»

Зельеварение было первым занятием, значит, до этой злополучной встречи с профессором Снейпом ещё достаточно много времени. Но хорошо или плохо это непонятно. Для меня это ничего не меняет через сколько времени мне нужно будет вернуться в подземелье. Всё равно придётся туда идти. Хочется оттянуть этот момент, но и оттягивать его смысла нет. Как все говорят про плохие моменты «чем скорее начнётся, чем скорее кончится». Тут тоже это работает. Чем скорее бы я пришла к нему, тем скорее бы всё это началось, а потом закончилось бы. Несмотря на работу над собой, перед профессором, боюсь, буду вести себя как раньше. Побоюсь и лишнего слова сказать, тем более заявить о том, что мне что-то не нравится. Может стоило немного выпить перед походом к нему? Сейчас бы смелось нужна была мне намного больше, чем раньше. Я не хочу, чтобы наш секс повторился. Не хочу опять испытывать ту боль, когда даже в туалет ходить больно. Но как об этом сказать? Когда лучше об этом сказать? А вдруг он вновь наложит на меня силенцио намного раньше, и я ничего не смогу сказать? А если скажу, то как отреагирует? Обратит ли внимание на мои слова? А вдруг станет только хуже, и он решит быть со мной ещё более жёстким? Из-за этого я всё никак не могу решиться… Пока не вспоминаю слова Чжоу о том, что лучше сожалеть о содеянном, чем о том, что не решился сделать. Но в другой ситуации это намного проще осуществить. Например, с Драко. Да вообще почти с кем-угодно из других учеников, но никак не с профессором. Ещё и с профессором Снейпом. Ладно, посмотрю по обстановке. Посмотрю, что вообще сподвигло его вновь вызвать меня к себе спустя столь длительное время. Просто наблюдал за моими изменения что ли? Но странно, что он позвал меня именно после нашего с Драко секса… Но что бы я не думала об этом, всё равно нужно войти в его чёртов холодный кабинет, повидавший уже немало истязаний меня профессором Снейпом. Скорее всего, только мои, сама в жизни не поверю, что он мог ещё с кем-то из учеников такое вытворять. Разве что с моей сестрой, раз он стал меня звать к себе из-за матери, но, насколько я помню его слова, он этого не делал, потому что Мия больше похоже на отца, но не на мать. Интересно, а если бы у матери был бы только Адольф, и он был бы похож на неё, то стал бы профессор издеваться над ним так же, как со мной? Нет, это уже безумие какое-то. Профессор Снейп и со мной ведёт себя нестандартно, но чтобы такое… Нет, это невозможно. Хотя я также думала, когда у нас это всё только началось… Ладно, пора прекращать все эти размышления, а то начну представлять, как профессор Снейп то же самое вытворяет с моим родным братом. Почти привычно открыла дверь в его кабинет, но в этот раз профессор не сидел за своим столом. Он занимался ингредиентами для зелий, что-то, похоже, проверял. Я уже понадеялась, что он меня не заметит, потому что он стоял ко мне спиной, что он вообще забыл обо мне, и я могла бы молча уйти, но нет. — Вы изменились, мисс Ли. Теперь Вы стали ещё больше похожи на свою мать. Я ничего не отвечаю, продолжая молча ждать, что профессор скажет дальше на это, разочаровываясь тому, что он меня всё-таки заметил. Я же и звука не успела издать, как он почувствовал, что я пришла? А если бы это был кто-то другой? Хотя вряд ли к нему часто кто-то заходит в кабинет в конце учебного дня. — Надеюсь, Вы не станете такой же надменной и высокомерной как Мэри. — профессор Снейп повернулся ко мне лицом и направился ко мне. — Но Вы стали также использовать людей для своего удовольствия. О чём это он? Неужели о том, как я вела себя с Драко во время секса? Значит, Драко ему всё-таки рассказал, но зачем? — Мне не нужен был рассказ мистера Малфоя, я сам всё увидел. — Легилименция… — Вы правы. Профессор Снейп схватил меня за руку и прижал меня грудью к одному из учебных парт. Опять приходится испытывать этот стыд и позор. Опять всё повторится, снова он будет делать со мной то, что не делает с другими. И в этом нет ничего хорошего или прельщающего. Я бы предпочла, чтобы он относился ко мне как к остальным ученикам. Я не отрицаю того, что несколько лет назад сама грезила о таком, что мне снились совсем не обычные сны с профессором Снейпом, но когда всё это случилось, почувствовав столько боли, столько негодования от того, что это всего лишь из-за каких-то поступков моей матери, мне совершенно расхотелось, чтобы всё это и дальше продолжалось. — Хоть и благодаря Вам я смог узнать, что зелье подходит не только женщинам, но и действует на мужчинах, но это не значит, что я Вам буду благодарен. — Почему? — губы сами озвучили этот вопрос. — Я против того, чтобы с моим племянником также обращались. Надо искоренить всё сразу, пока не стало слишком поздно. Также? Значит ли это то, что… моя мать с профессором Снейпом… Даже думать об этом не хочу. Это так… даже не знаю. Какой-то сюр. В это время профессор Снейп приступает к наказанию меня. Я уже понимаю, что мои просьбы и мольбы услышаны не будут, если он так настроен, если он хочет именно наказать меня, чтобы я всё-таки не становилась ещё более похожей на свою мать. Он так волнуется о Драко? Или это просто хоть какой-то повод, чтобы вызвать меня к себе и продолжить так издеваться надо мной? Зачем ему ещё один повод, если он и так был в виде какого-то проступка моей матери? Сжав мои волосы, которые сегодня я решила собрать в хвост, он тянет их назад. Мне ужасно больно, хотя это уже почти привычно, я жмурюсь, сжав зубы. Не знаю, наложил ли профессор на меня силенцио или нет, но всё смысла особого не будет сейчас начать кричать от боли. А вдруг он ещё не применил заклинание, и я смогу ему возразить в чём-то? Конечно, маловероятно, тем более то, что он меня послушает, но лучше хотя бы попытаться. Позже, откинув в сторону мою мантию, он начинает шлёпать меня по заднице. От первого удара, даже несмотря на то, что на мне ещё осталась другая одежда, одна из ягодиц начинает буквально пылать, по ней всей проходится жар. Но, к большому сожалению, это был далеко не последний удар. На мой зад обрушилась буквально череда шлепков. То на одну ягодицу, то на другую, но от этого не так уж легче и становится. Я уже представляю, как завтра я уже не смогу нормально сидеть без боли, как и прошлые разы, когда профессор не мог трогать меня в более интимных местах из-за моего возраста, поэтому он меня просто бил. Мне становится так обидно. Обидно, что получается, что что бы я ни делала всё равно будет одинаковый исход. Соглашаюсь со всем и терплю — плохо, поняв, что так я только страдаю, стараюсь измениться, чтобы наконец-то начать наслаждаться жизнью — тоже плохо. Хотя плохо только для профессора Снейпа. И теперь только с ним страдаю, только из-за него получаю наказание за своё ещё большее сходство со своей матерью. С каждой нашей новой такой встречей всё больше узнаю о том, что же было между матерью и профессором. И от этого становится всё больше не по себе. Получается, что моя мать спала с профессором Снейпом, а потом предала его? Неужели он был влюблён в мою мать? Удивляет даже не отношения моей матери с ним, а то, что профессор Снейп вообще мог быть в кого-то влюблён. Но как она его предала? Вышла замуж за моего отца? Мне уже кажется, что я узнала достаточно. Не знаю, любила ли моя мать профессора Снейпа, но как же это странно, что у меня возникли чувства именно к нему. Первая влюблённость. Именно к профессору Снейпу. Возможно, это совсем не странно, что я сначала влюбилась в него, потому что до поступления в Хогвартс я фактически ни с кем не виделась, за исключением моей семьи, а позже моё тело начало меняться, начали бушевать гормоны, поэтому и влюбилась я в первого встречного, если так можно сказать. Но как иронично, что это оказался тот, с кем моя мать в свои школьные годы имела связь. Но как самому профессору не противно то, что он, спав с одной женщиной, начал потом спать с её дочерью? Разве это не как-то… как минимум странно? Если бы это не был профессор Снейп, то можно было бы назвать его извращенцем, но как-то язык не поворачивается сказать такое про него. А его удары всё продолжаются. Ягодицы пылают, каждый новый удар всё больше обжигает кожу. Мне хочется зарыдать, но я стараюсь сдержаться. Совсем не хочется разрыдаться при нём, поэтому, вместо этого я чуть ли не царапаю парту под собой. Каково будет удивление ученика, который внезапно обнаружит странные царапины на поверхности. Когда же это кончится? Мне кажется, что это длится чуть ли не часы, хотя, скорее всего, прошло несколько минут, не может же он шлёпать мой зад часами, у самого рука болеть должна. Но всё равно кажется, что это длится очень долго. Но профессор резко останавливается, и я слышу, как он чуть отходит от меня. Что он собирается делать со мной теперь? Не рискуя выпрямиться, я стараюсь посмотреть через своё плечо на него. Успеваю только увидеть, как он замахивается на меня палочкой и ощущаю сильный удар по спине. От шока могу только резко вздохнуть. Лучше бы он продолжал шлёпать мой пылающий зад. Если я не ошибаюсь, это заклинание невидимого хлыста. Как бы форма так не порвалась, но всё-таки хорошо, что я всё ещё в одежде, боюсь, такие удары по голой коже ранили меня, и сразу бы начала течь кровь. Я буквально вжимаюсь в стол и закрываю лицо руками. Если тело моё мало кто видит, его хоть как-то можно прикрыть, к тому же, сейчас стремительно холодает, ведь скоро наступит зима, выпадет снег, значит, носить закрытую одежду будет вполне возможно и логично, а вот с лицом будут сложности, совсем не хочется объяснять, что за раны у меня на лице. А удары вновь обрушиваются на меня, намного реже, чем удары от его руки, но они намного больнее. Тело всё напряжено в ожидании следующего удара, от которого кажется, что не только одежда может порваться, но и кожа до кости. Ощущаются будто от удара ножа, хотя, возможно, мне это кажется на контрасте. В кабинете раздаются только звуки удара «хлыста» о моё тело. Профессор ничего не говорит, а я стараюсь не издавать лишнего звука, стиснув челюсть до боли. После нескольких таких ударов у меня начинает кружиться голова, кажется, что я скоро сознание потеряю. Но внезапно профессор Снейп прекратил применять на мне заклинание, наверное, не захотел как-то заниматься мной, если я реально грохнусь тут без сознания. Вряд ли он даже мазь какую-то мне даст, а уж тем более сам обработает мои раны. Мы не любовники какие-то, которые начитались BDSM-романов и решили попробовать. Нет, он просто наказывает меня, потому что моей матери он не смог как-то отомстить, а я на неё похожа, я — её дочь, наказывает меня за то, что я на неё сильно похожа, насколько это возможно при отце-азиате, а мои изменения только ещё больше напоминают ему мою мать. Я осела на холодный пол, нет толком сил стоять. Обычные удары я могла ещё вынести, я к ним почти привыкла, а удары хлыстом уже не могу. Профессор Снейп подходит ко мне, берёт мою руку, заставляя меня подняться обратно на ноги. Чтобы я осесть вновь, опёрлась о парту. — Снимите с себя одежду, мисс Ли, — такой же холодный и почти равнодушный голос профессора. Я еле стою, боюсь, буду снимать даже обувь, то вновь упаду. Он издевается? Да, именно так. Разве он не может с помощью заклинания «снять» с меня форму? Профессор Снейп отходит от меня на несколько шагов, ожидая, когда я начну раздеваться. — Зачем Вам это? — упираясь двумя руками, чтобы хоть как-то удержаться на ногах, спрашиваю я. — Вы же можете сами раздеть меня с помощью магии. Это намного быстрее. — Вам не разрешали задавать вопросы, мисс Ли. — А моя мать ждала разрешения для этого? — я заметила, как профессор удивился моему внезапному ответу. Конечно, впервые я посмела как-то возразить ему. Страшно представить, что со мной будет, но я уже запустила этот процесс. — Хотите посмотреть, как я раздеваюсь? Так делала моя мать? Вы представляете на месте меня мою мать? Вам самому это не кажется странным, профессор? Делать то же самое с дочерью той, с кем Вы раньше… Я не смогла договорить, потому что профессор Снейп влепил мне пощёчину. Что ж. В этот раз я хотя бы это заслужила. Это я ещё даже не договорила, не сказала, что он даже не спит со мной, как с моей матерью (как же это мерзко даже звучит), а наказывает меня, издевается. Вряд ли он также избивал мою мать, раз он сказал, что я вела себя с Драко как моя мать… — Повторю в последний раз. Снимите с себя одежду, мисс Ли. Или Вам было этого недостаточно и нужно продолжить выбивать из Вас дурь? Я решила, что лучше будет больше не нарываться и всё-таки выполнить его приказ. Щека всё ещё горит от пощёчины, задница пылает от шлепков и некоторых ударов невидимого хлыста, которые иногда попадали на неё, а спина вся болит. Сначала я сняла с себя мантию, потом джемпер, галстук немного расслабила, но решила пока не снимать его с себя, ощущая пристальный взгляд профессора на себе. Как-то хочется что-то эдакое сделать, совершенно мне не свойственное, но в моём состоянии я могу только медленно раздеваться, будто танцуя стриптиз, хотя нет, на никакой танец я не способна, просто медленно раздеваюсь как обычно делают во время него. Может, я бы и смогла именно станцевать, но не после такой порки и, скорее всего, не в совсем трезвом виде. Профессор Снейп совсем не Драко, вот с последним я бы может и решилась такое сделать и без алкоголя. Кое-как снимаю обувь, а вместе с ними и чулки, хорошо, что я в принципе не люблю колготки, потому что они спадают с меня, что даже просто ходить неудобно, а уж снимать их отдельное «удовольствие», но тепла особо не дают. К тому же снимать чулки можно намного сексуальнее… Что это я вообще задумалась о том, что снимать чулки сексуальнее, когда я снимаю их перед профессором? Неужели мои чувства всё-таки не совсем остыли после того, как мать из-за него собиралась отправить меня в Молонг? Неужели даже то, что он спал с моей матерью, а теперь делает почти всё то же самое, но с применением силы, со мной меня до конца от него не отвращает? Получается, это я — извращенка, а не он. Но, как бы то ни было, прерываться мне нельзя. Решаю пока не снимать с себя блузку и юбку, а снять сразу трусы. Совсем голой, даже наполовину, мне некомфортно, хоть профессор уже и видел всё, Чжоу говорила мне, что ей нравится моя фигура. А Полумна даже восхищалась, лёжа вместе со мной и обнимая меня. В последнее время она вообще меня заставляет нервничать… Что-то мне кажется, что слухи и насмешки были не беспочвенны. — Достаточно, — внезапно сказал он, отчего я даже немного вздрогнула. Я уже представляю, что будет дальше, но надеюсь будет что-угодно другое, кроме этого. Профессор Снейп хватает меня за плечо, поворачивает к нему спиной и надавливает на лопатки, заставляя согнуться и лечь обратно на парту. Делаю пару шагов назад, чтобы было удобнее, и упираюсь задом в пах профессора, ощущая, как у него встал… Возможно, это должно прельстить мне, но мне становится только страшно. Я вспоминаю ту боль, которую испытывала после секса с ним. Нет, я не хочу этого. Понимая, что профессор Снейп начал раздеваться, точнее, расстёгивать низ одежды, потому что если он видел меня обнажённой, то я его — никогда, невольно начинаю его буквально умолять: — Пожалуйста, не надо. Мне очень больно… после этого. — Больно? Вашей матери, наоборот, нравилось. Возможно, Вы привыкните, мисс Ли. Я побоялась, что он сразу войдёт в меня, чтобы я «начала привыкать», но, похоже, он не так жесток ко мне, хотя бы сейчас. Профессор начал стимулировать меня рукой. Неожиданно от себя, я сама обнаружила, что немного влажная, когда поняла, что его пальцы скользят по клитору, что нет боли. Когда я успела возбудиться? Даже сама не поняла этого, может, я всё-таки и есть извращенка? Хорошо, что он ничего не говорит по этому поводу, а просто стимулирует клитор, иногда входя в меня пальцами. Хотя мне иногда больно, когда он входит в меня двумя пальцами, начиная ими активно двигать внутри меня, отчего я невольно пытаюсь отстраниться, хоть мне и некуда, потому что передо мной стол, ёрзаю, пытаюсь телом показать, что мне не нравится, хотя, скорее всего, у меня это плохо получается. Спасают именно моменты, когда он мокрыми пальцами ласкает клитор. Тогда мне становится хорошо, хочется попросить, чтобы он другой рукой стимулировал и один из моих сосков, чтобы усилилось это приятное ощущение, а может даже дойти до оргазма, но, скорее всего, сегодня мне это точно не светит. По крайней мере, с профессором Снейпом. Когда моё дыхание сбивается, а бёдра активнее двигаться, чтобы усилить трение клитора о пальцы профессора, он почти сразу убрал пальцы, оставив меня неудовлетворённой до конца. А вскоре он начал в меня входить, хоть и не особо быстро, хоть естественная смазка и есть, но всё равно больно, всё равно хочется почти сбежать, но возможности такой нет. Но по сравнению с ощущением, когда он вошёл в меня полностью и почти сразу начал двигаться, это ещё было «приятно». Толчки были резкие, мне казалось, что слишком резкие. Больно, снова то чувство будто разрывает тело на пополам, будто кожа там будто рваться скоро, будут раны внутри. Я стиснула губы, терпя, потому что выбора не было, мои слова мольбы не были услышаны, меня всё равно стали наказывать, всё равно причиняют боль, говоря, что я должна привыкнуть. Но почему я должна к этому привыкать? Почему не могу постоянно наслаждаться сексом, как например, с Драко? Даже несмотря на то, что меня пугают мои наклонности. Почему сейчас я должна мучиться под профессором Снейпом, пока он молча трахает меня, разрывая своим большим для меня членом, который мне совершенно никакого удовольствия не доставляет? Даже не знаю, что дольше для меня длится, порка или этот секс. Когда его движения становится совсем резкими, я понимаю, что мои мучения скоро закончатся. Профессор Снейп начинает тихо постанывать. И внезапно я слышу имя своей матери — Мэри… — тихо протянул профессор, но я всё равно услышала. Значит, он, трахая меня, представляет мою мать? От осознания этого у меня потекли слёзы, которая не смогла остановить. Я не издала ни звука, слёзы молча начали стекать по лицу, падая на деревянную поверхность.