Игры с огнём

Когда за окнами начало темнеть, я была полностью готова. Ярость схлынула, уступая место холодной злости. − Анжи, приготовь мне чашечку кофе и зайди в кабинет, − пропела я в селектор. – И не забудь приготовить себя. Девчонка входит через пару минут. На её губах играет таинственная улыбка, когда она щёлкает задвижкой и идёт к моему столу. Довольная, расслабленная. Неужели Анжи до сих пор не заметила фальши в моём голосе? Или так хорошо притворяется? Или чертовка действительно думает, что сможет вытворять всё, что ей заблагорассудится? − Малышка, − шепчу я, притягивая девушку к себе, сама ставя поднос на место. Прижимаю к себе, впиваясь в губы жадным и требовательным поцелуем. Дрожит. Анжи нравится, когда я такая. В последнее время я была слишком нежной, и сейчас её трясёт от желания. Анжи снова хочет оказаться в моих руках беспомощной. Немного игрушкой, немного ведомой, желанной. Что ж, ей понравится. Запускаю руку под юбку девушки, не найдя там преграды. Без трусиков, бесстыдница. − Шлюшка, – шепчу я, переворачивая девушку лицом к столу. − Не больше, чем ты, − отвечает невольница, не любящая таких слов в свой адрес. Сдёргиваю с девушки лёгкую кофточку и лифчик, любуясь на напряжённые соски. Моя и ничья больше, только моя. Ласкаю грудь девушки, покрывая шею горячими поцелуями. − Скажи, что ты моя, − шепчу. − Твоя, − отвечает невольница со стоном. Только моя. Докажи! Беру со стол вибратор и провожу по влажному лону девушки. Анжи нравится, скоро не будет. Вставляю один конец игрушки в себя, а другим вхожу в девушку. Резко, болезненно, на всю длину. − Перестань! − вскрик. − Только моя, − шепчу, крепко прижимая рыжую к себе. – Ничья больше. − Пусти! Малышка Анжи любит подчиняться, но не любит грубых игр. Как забавно. Я буду нежной, буду осторожной, если она перестанет целовать другую. Вспоминаю её лицо при том разговоре, счастливое. Ещё сильный толчок. − Не хочу! Хочешь милая, я знаю. Замедляю движения, как она любит. Тело невольницы дрожит, рыжая начинает входить во вкус, но сжимает зубы, сдерживая стоны. Хочу большего. Запускаю руку в её мокрое лоно, лаская клитор. Вот теперь двигается в такт со мной, скребёт ногтями по столу. Слишком хорошо, снова не то. − Прогнись. С силой надавливаю руками на спину девушку, но Анжи упирается руками в стол, не желая подчиняться. Ещё резкий толчок и вскрик, и она покоряется. Пусть знает, что я остаюсь её хозяйкой, пусть знает, что не свободна. Пусть больше не смотрит на других, ведь в её жизни только я. Малышка кончает почти одновременно со мной. Вынув игрушку, я не даю ей отдышаться и вновь прижимаю к себе спиной. − Моя, − говорю я, пытаясь поймать её губы, чтобы поцеловать. Девчонка отталкивает меня. Как же она прекрасна сейчас – раскрасневшаяся, потная, со злым вызовом в глазах и тяжёлым дыханием. Точно как в первый день, когда у меня появилась. − Что на тебя нашло? – зло кричит невольница. – Не смей брать меня силой! Я больше не твоя рабыня. − А иначе что ты сделаешь? – смеюсь. – Ты зависишь от меня. Пощёчина. Не болезненная, обидная, просто желание показать свою силу. − Уже забыла приёмы самообороны, Тори? – прищуривается Анжи. − Нет, это подарок. Ты же так давно мечтала о ней, − улыбаюсь, прикасаясь рукой к горящей щеке. − Почему? − Ты знаешь. − Не знаю, − продолжает врать она. − Флиртуешь, раздаешь поцелуи по телефону, − поясняю я. Но вместо того, чтобы испугаться, чертовка неожиданно начинает смеяться. − Ты дурочка, − наконец произносит она. – Просто ревнивая дурочка. Я говорила с Кристиной. − Сестра у тебя? – я хлопаю глазами от удивления. – Но как? Родители так просто отдали её? − Нет, − Анжи неожиданно становится серьёзной. – Не отдали, я забрала её силой. На деньги, что ты дала мне, я наняла охранника и, подсчитав, когда отца не будет, поехала домой. Под крики мачехи, когда мужчина держал её, я бросала немногочисленные вещи сестры в чемодан. Но знаешь, Кристина сама пошла со мной. Не слушая мольбы и угрозы матери, невзирая на то, что мы почти не виделись год, она сжала мою ладонь и пошла за мной. − Значит, этим ты занималась всю неделю? – Анжи кивает. – Значит, поэтому ты так изменилась? Почему не рассказала? − Я не изменилась, − девушка походит к окну и смотрит в темнеющее небо. – Я всё такая же, робкая, наивная и скромная. Но я очень хочу стать другой, сильной, похожей на тебя. Поэтому и не рассказала. Если ты увидишь меня другой, если я смогу носить эту пошлую юбку, то и все поймут. И не смогут противостоять мне. Не смогут отобрать сестру. Так что, пожалуйста, Тори, не делай меня слабой. − Я больше не поступлю так,− подхожу к любимой, обнимая за плечи. − Прости меня. − Одного «прости» мало мне, − Анжи обернулась, внимательно глядя мне в глаза. – Хочу наказать тебя. Ты ведь всегда наказывала меня, когда я была виновата. Теперь виновата ты. Мы обе свободны, так позволь мне это сделать. Открываю рот – не ожидала. Оскорбительная идея – наказание от невольницы. Но Анжи права – мы обе свободны сейчас, мы равны. Я могу отказаться, но не узнать то, что приготовила для меня рыжая невозможно. И каким бы наказание не казалось унизительным, это даже немного возбуждает. − Позволю, – осторожно отвечаю я. – Скажи, чего ты хочешь. Ожидание мучительно, и я хочу знать, к чему готовиться. − Я подумаю, − коварно улыбается чертовка и начинает одеваться. – До завтра. Чёрт, Анжи слишком хорошо выучила правила игры. − Постой, − хватаю мою девушку за руку, вновь вспомнив их разговор. – Ты всегда целуешь сестру? − Всегда, − невольница улыбается и, подойдя, касается губами моего лба. – Вот так. А теперь пошли. − Куда? – удивляюсь, когда девушка берёт меня за руку. − Домой ко мне, раз ты такая недоверчивая. *** Квартира Анжи находится в богатом районе недалеко от работы. Я сама выбирала ее, руководствуясь вкусом девушки. Небольшая, трёхкомнатная, но уютная, с мебелью, отделанной красным деревом. Не сомневаюсь, что невольнице тут очень нравится. − Сестрёнка! – как только мы открываем дверь, к невольнице с радостным криком бросается Кристина. Девушка берёт её на руки, целуя в лоб. Малышка радостно смеётся, а Анжи говоряще смотрит на меня. − Здравствуй, Тори, − замечает меня Кристина. – Знаешь, сестрёнка столько о тебе рассказывала… − Кнопка, помолчи, − Анжи шутливо щёлкает сестре по носу. – Наши тайны только между нами. Девочка кивает, а я ощущаю тепло внутри. Анжи говорила обо мне, рассказывала о нас. Значит, не врёт, что любит. Ужин проходит весело. Кристина сидит с нами, весело болтая ногами, и засыпает меня вопросами. Малышке хочется знать всё: как мы с Анжи познакомились, как впервые поцеловались, как полюбили друг друга. Невольница хмурится, а я лишь улыбаюсь и развожу руками. *** − Пошли, − девушка возвращается, уложив сестру. Мы проходим по темному коридору в большую комнату с тёмно-красными шторами и светильником с рыбками на столе и двуспальной кроватью. − Твоя спальня? – спрашиваю я. − Наша спальня, − отвечает Анжи. Невольница подходит ко мне, кладёт руки на плечи и целует. Не разнимая губ, падаем на подушки, продолжая начатое. Целуемся медленно, нежно, сохраняя одно дыхание на двоих. Но Анжи останавливает мою руку, стоит ей попытаться пробраться под блузку. − Нет! – девушка прищуривает глаза. – У меня внутри и без того всё болит. − Я не хотела, − сожалея о содеянном, веду ладонью по её щеке. − Хотела. Ты именного этого и хотела, Тори, − чертовка приближается и кончик языка, возбуждая, скользит по моей шее. – Поэтому не коснёшься меня сегодня. А завтра я оторвусь. Притворно вздыхаю и отодвигаюсь от желанной девушки. Лежу в полутьме, лаская любимую лишь взглядом. − Только твоя, − шепчет Анжи, переплетая пальцы наших рук.