Немного не так

      ~Кабинет Данзо~       - Что с джинчурики?       - Физических отклонений нет. Но после вырезания клана Учих начались и продолжаются всплески демонической чакры.       - Продолжать наблюдение. Быть готовыми схватить мальчишку по первому приказу.       - Есть, - глава Корня остался в кабинете один.       Тц, чертов Учиха. Печать ослабла из-за его шарингана. Но теперь-то Хирузен ничего не сможет сделать. Лис активизировался, и это продолжается уже несколько месяцев. Пытаясь решить все официально, он и так потерял слишком много времени. Джинчурики стал слишком не управляем, а значит бесполезен. А бесполезное оружие следует уничтожить…

***

      - Ксо, ну, почему не получается?! – издал крик души Наруто, сидя на полу комнаты перед свитком с нарисованной на нем печатью.       «Потому что ты – идиот! Сначала бы писать нормально научился. Конечно, у тебя не выходит, - проворчал Курама в подсознании, но потом все же добавил: - Подправь черту в конце, она должна быть строго параллельно соседней».       - Пф, - фыркнул блондин, но совету все-таки последовал. – Запечатывание!       Когда дым развеялся, Узумаки увидел, что кунай исчез, а в кругу печати появилась одна закорючка.       - Ура! У меня вышло! – мальчик, радостно улыбаясь, пустился в пляс.       «Да-да, у тебя получилось запечатать один кунай. Это, несомненно, повод для огромнейшей радости», - как всегда саркастично прокомментировал его действия Лис.       - Не будь букой, Курама! – все ещё улыбаясь, сказал Наруто. За столько времени (а прошло уже почти полгода) он привык к вечному ворчанию своего друга.       «Сколько можно говорить, не обращайся ко мне вслух. Это может вызвать подозрения. За тобой и так в последнее время как-то слишком активно наблюдают», - недовольно напомнил демон.       «Ты же сам говорил, что, возможно, тебе только показалось», - буркнул Узумаки, переходя все же на мысленную речь.       «Интуиция меня ни разу ещё не подводила!»       «Ага, и поэтому ты сейчас запечатан во мне», - ехидно ответил блондин.       «Просто я иногда не прислушивался к ней, и вот что вышло, - выкрутился Кьюби. – И вообще, если бы не твой отец, я давно бы уже гулял на свободе».       «Или так и прислуживал тому типу в маске», - хмыкнул Наруто.       Да, Лис рассказал мальчику о том дне и о том, кем были его родители. Это возмутило Узумаки до глубины души. Почему ему раньше этого не говорили? Зачем скрывали, что он джинчурики Кьюби? Зато вопрос причины ненависти к нему жителей деревни отпал за ненужностью. Они думали, что блондин и есть тот демон, разрушивший Коноху восемь лет назад.       Были в открывшейся информации и хорошие стороны. Например, Наруто уверился в своей мечте стать Хокаге (не то чтобы он и раньше сомневался). А как же, ведь его отцом был знаменитый Четвертый Хокаге, Желтая Молния Конохи. Да и его мать тоже стремилась занять этот пост. Так что это у них семейное.       Ещё одним бесспорным плюсом было то, что Курама довольно неплохо знал фуиндзюцу (Мито и Кушина принадлежали-то к клану Узумаки, когда он переживал свой рассвет). Мальчик просто загорелся идеей освоить искусство своего вымершего клана. И пришлось Кьюби взяться за обучения блондина, так как тот от него не отставал, пока Лис не согласился. Да и ворчал он просто для приличия, все равно заняться было больше нечем.       Знанием о том, что в нем запечатан Девятихвостый, Наруто поделился лишь с Шикамару и Чоджи. Хотел написать ещё и песчаникам, но тут Курама воспротивился. Сказал, что это ненадежно, и что письмо могут перехватить. К тому же, Лис считал, что его друзья и так это знают. Все-таки Гаара и сам являлся джинчурики (от этой новости мальчик впал в ступор). Однохвостый, конечно, был послабее Кьюби, но не мог не почувствовать так называемого «родственничка».       Кстати, при упоминании песчаного демона, его лицо… морду посещала теплая и даже какая-то мечтательная улыбка. Но, как ни пытался блондин узнать её значение, Лис либо отмалчивался, либо отшучивался, говоря, что ему знать такое рано. Оставив себе заметку на память, Узумаки все-таки перестал допытываться насчет странной реакции на Шукаку.       Так вот, его друзья, узнав чьим носителем является мальчик, отреагировали более спокойно, чем он ожидал. Акимичи было без разницы, главное, что его друг остался прежним, а раз так, то зачем переживать. Шика же пожал плечами, сказав, что что-то такое он и подозревал, а затем вновь вернулся к созерцанию неба. Честно сказать, Узумаки был ошарашен такой реакцией, он-то ожидал как минимум крик ужаса, а тут такой пофигизм. Но потом, махнув рукой, просто порадовался, что у него такие хорошие друзья. А песчаникам он об этом скажет при личной встрече. Гаара обещал как раз навестить через неделю, так что сейчас об этом можно было не думать.       В данный момент Наруто, как вы уже поняли, находился дома, отрабатывая технику Запечатывания. Блондин, боясь потерять самые дорогие ему вещи, приобрел привычку носить их с собой. Но вскоре это стало неудобно, и ему приходилось оставлять их дома. А сейчас выпал шанс запечатать их все в один свиток. Так что именно этим он сейчас и занимался. Оставил только амулет Гаары, с которым никогда не расставался. Даже спал, не снимая.       Но вот на улице стемнело, незаметно подобрался вечер, и юный джинчурики начал укладываться спать. Как вдруг, когда мальчик уже одел свой любимый ночной колпак в форме панды (подарок Темари), в дверь постучали. Удивленный Узумаки пошел открывать, недоумевая, кто это может быть. Похоже, блондин совсем расслабился, иначе как объяснить, что он даже не спросил кто это, а просто распахнул дверь. Впоследствии Наруто неоднократно ругал себя за такую беспечность, но сделанного не воротишь…       На пороге стояли два человека в масках тигра и совы. Мальчик знал, что такие носят члены элитного отряда АНБУ. Но вроде бы у них другая форма…       - Узумаки Наруто, вы должны пройти с нами, - проговорил тот, что был в маске тигра, делая шаг вперед.       - Н-но зачем? – блондин отступил, в замешательстве глядя на мужчину.       - Приказ Данзо-самы, - он схватил мальчика под локоть и потянул к выходу.       «Наруто, беги! Это Корень, они хотят…», - вдруг второй вскинул руку, и вокруг мальчика образовалась клетка из дерева, росшая прямо из пола. Оказавшись в ней юный джинчурики с все возрастающей паникой понял, что не ощущает больше присутствия Курамы.       - Я почувствовал чакру биджу, - пояснил Сова свои действия напарнику. Затем он сложил печати, и клетка отделилась от пола, а сверху появилась ручка.       - Пошли, - сказал Тигр и, взяв своеобразную переноску, вышел на улицу. Второй последовал его примеру.       Наруто не мог понять происходящего, но осознавал плачевность своего положения. Поэтому он сделал то единственное, что позволяла ему ситуация. А именно сжал на груди амулет, подаренный красноволосым:       - Гаара, - имя своего друга блондин прошептал на грани слышимости, уверенный, что его сообщение дойдет.       Так и вышло. Амулетик рассыпался песком, посылая своему создателю сигнал о помощи. Его конвоиры только глянули на него, почувствовав всплеск чакры, но, не увидев ничего подозрительного, успокоились.       ~На границе стран Дождя и Ветра~       Наконец задание было выполнено, свиток он доставил, и теперь может спокойно возвращаться в Суну. Гаара шел по дороге, предаваясь радостным мыслям, что вскоре он увидит своего названного брата. Возможно, даже повезет и у него получится вырваться раньше. Вдруг красноволосый остановился, по его телу будто прошел разряд тока.       - Наруто… - одними губами произнес он, а затем бросился в сторону страны Огня, в Коноху.       ~В кабинете Данзо~       - Джинчурики доставлен.       - Прекрасно. Подготовить все для переноса Девятихвостого, но не начинать пока я не приду.       - Есть.       ~Где-то в подземельях Корня~       Наруто ничего не понимал. Зачем он понадобился этим людям. Или… не он, а Курама? Ксо! Лис же предупреждал о слежке. А он тогда не воспринял его всерьёз. Остается надеяться только на чудо… и Гаару. Но сможет ли красноволосый справиться со столькими противниками? Этого мальчик не знал.       Его размышления прервал звук шагов. Дверь открылась, и в комнату вошли несколько мужчин в белых халатах. Самый старший из них, бросив взгляд на блондина, все ещё сидевшего в клетке (теперь-то он намного лучше понимал, почему у Лиса такой скверный характер), обратился к его охранникам:       - Почему он ещё не на столе? Нужно торопиться.       - Сейчас подойдет Данзо-сама. Вся операция должна проходить под его наблюдением, - спокойно ответил тот, что был в маске тигра.       - Ясно, - видимо упоминание имени этого человека отбило у мужчины всякую охоту спорить. Поэтому он просто подал знак рукой своим подчиненным подготовить место действия.       Наруто испугано наблюдал за этим. Паника, на время отступившая, накатила на него с новой силой при слове «операция». И с Лисом не получается связаться, будто барьер какой-то.       Вдруг дверь отворилась, и в помещение вошел Данзо. Узумаки только несколько раз его видел, и то издалека. Этот одноглазый старик ему сразу не понравился. Особенно его взгляд. Пронизывающий, холодный. От него хотелось сжаться и убежать подальше. Вот и сейчас у мальчика возникли подобные чувства. Но Наруто не был бы собой, если поддался им. Поэтому он смело глянул в глаза своему страху.       - Хм… не боишься? Зря-зря… но это уже не имеет значения. Ты всего лишь оружие. Испорченное оружие, которое нужно заменить, - он обвел взглядом помещение. – А где новый сосуд?       - Сейчас приведут, Данзо-сама, - ответил старший мужчина в белом халате (похоже, он и был среди них главный).       Клетку с мальчиком поставили на операционный стол. Сложив несколько печатей, Сова заставила дерево, из которого была сделана переноска, обвить руки, ноги и шею блондина, не давая блондину пошевелиться. Паника все ближе подкатывала к Наруто. Чтобы хоть как-то оттянуть время, он решил заговорить, заодно узнав ответы на некоторые вопросы:       - Что вы собираетесь сделать? – голос у него чуть дрожал.       - Тянешь время, - понимающе ухмыльнулся Данзо. - Ну, что ж, я могу объяснить кое-что, время ещё есть. Только не тебе, а демону, запечатанному внутри тебя, ты все равно умрешь, - не увидев на лице мальчика удивления, глава Корня удовлетворенно кивнул. – И, похоже, ты уже знаешь о Девятихвостом. А значит, Лис уже говорил с тобой.       Узумаки понял, что его раскрыли, но ему уже было все равно. А Данзо тем временем продолжил:       - Из-за этого идиота Учихи печать ослабла, и нам теперь нужен новый джинчурики. Ни задания до конца выполнить не смог, оставил своего брата в живых, ни уйти нормально…       - Задание? То есть Итачи-сан вырезал свой клан из-за задания? – от этого вопроса Шимура осекся, поняв, что взболтнул лишнего.       Нет, он однозначно стареет, если позволяет делать себе такие глупые ошибки. Хотя, что уже сможет рассказать этот мальчишка? После извлечения биджу он умрет. Так что, почему бы не рассказать об этом?       - Да, это было задание. Учихи хотели поднять восстание, нужно было его подавить в самом зародыше, - тут в комнату ввели парня лет двенадцати. – А вот и твоя замена. Пора начинать.       Подростка положили на соседний стол и стали что-то чертить на его оголенном животе. Закончив, главный из «белых халатов» начал складывать печати. На последней он коснулся живота блондина и чуть повернул руку, словно открывая что-то. Наруто с ужасом наблюдал, как от его тела стала отделяться оранжевая чакра.       А затем наступила боль. Нет, не так, БОЛЬ. Она терзала все его тело, тысячью иголок впивалась в кожу. Казалось, что его сжигают заживо. Мальчик уже не сдерживал крика, извиваясь ужом, но деревянные обручи держали крепко. Узумаки уже не замечал, что твориться вокруг. Он не заметил, как сотряслось помещение. Не слышал приказа Данзо довести перенос до конца. Не видел ворвавшийся песчаный вихрь, сметавшего все на своем пути, и Гаару, окутанного золотистый чакрой. Не знал, что из-за этого произошел дисбаланс печати и техника прервалась, выпуская разгневанного Кьюби на волю. Он только почувствовал, как его подхватили теплые руки и чей-то голос произнес: «Спи, лисенок». А потом провалился в блаженную темноту.

***

      Сознание возвращалось толчками. Наруто не хотел возвращаться в реальность, нежась в тепле и чувствуя, как ветерок ерошит волосы. Но ворчливый, как и всегда, голос вывел его из дремы:       - Давай поднимайся. Знаю же, что не спишь.       - Ну, Курама, ещё минуточку, - протянул блондин жалобным голосом.       - Имей совесть, нам уже выдвигаться нужно, а снова тащить тебя на своей спине я не нанимался.       - На спине?.. – и тут мальчик вспомнил, произошедшие события. Резко сев, он широко открытыми глазами осмотрелся.       Рядом с ним сидел какой-то парень лет двадцати. Он был довольно спортивно сложен, с симпатичным лицом. Красные до талии волосы были распущены, а глаза кроваво-красного цвета с вытянутым зрачком, почему-то не пугали, придавали ему какой-то экзотичности.       - Ну, что, как я тебе? – ехидно спросил парень голосом Лиса.       - К-Курама? – неуверенно уточнил блондин.       - А что не похож? Просто подумал, что гигантского лиса легче заметить, чем человека. Вот и решил имидж сменить, - все ещё ухмыляясь, поведал Кьюби.       Не успел Наруто переварить эту новость, как к ним обратился парень лет шестнадцати:       - Вы там долго ещё миловаться будете? Нам идти нужно.       Он был довольно высокий, с короткими песочного цвета волосами и золотыми, даже почти желтыми, глазами.       - Шукаку, а ты что, ревнуешь? Не переживай в моем сердце есть только ты, - патетично ответил Лис, широко улыбаясь.       Буркнув «клоун», парень отошел на другую сторону поляны. Стоп, Шукаку?! Но тогда…       - Где Гаара? – стал обеспокоенно смотреть по сторонам Наруто.       - Я здесь, - ответ пришел сверху.       Подняв голову, Узумаки, наконец, увидел песчаника, стоявшего прислонившись спиной к стволу дерева, под которым они сидели.       - А что с Данзо? – задал насущный вопрос мальчик.       - Он уже никогда никому не доставит неприятностей, - кровожадно улыбаясь, ответил Курама.       Блондин только облегченно вздохнул.       - Ну что, пошли. Дорога зовет, - хлопнув себя по коленям, сказал Лис, поднимаясь.       - А куда мы пойдем? – спросил Наруто, вставая следом.       - В Амегакуре. Я там недавно был и слышал, что там живет глава одной группы отступников. Думаю, можно присоединиться к ним, - сказал песчаник, спрыгивая на землю.       - Отступников? То есть мы теперь нуукенины? – заинтересовался мальчик.       - Да. Все-таки убийство человека из верхушки одной из Пяти Великих деревень не относится к разряду простых правонарушений. А возвращаться в Суну самоубийство. Особенно теперь, когда мы перестали быть джинчурики и не являемся столь ценными для деревни, чтобы из-за нас устраивать войну. Так что да, мы теперь нуукенины, - пояснил расклад Гаара.       - Круто! Мы теперь опасные преступники, которых все боятся! – радостно прокричал Узумаки, чем вызвал улыбку остальных.       - Ага. Но учтите, что мы с Шукаку вас только до страны Дождя проводим. Нам там лучше не светиться, да и, думаю, вы сами справитесь, - уточнил Кьюби.       - Значит, ты уйдешь, - несчастно посмотрел на него блондин.       - Не переживай, лисенок, ещё увидимся. Может через годик навестим тебя, - потрепал мальчика по волосам Лис.       - А с чего это ты решил, что я с тобой пойду, - возмущенно спросил Шукаку, вдруг появляясь рядом. – Я, может, один хочу путешествовать.       - Ну, об этом мы наедине поговорим. А то тут дети... - и так многозначительно взглянул.       Однохвостый сначала смущенно зарделся под этим взглядом, но потом все же попытался сделать безучастный вид. Выходило не очень, и он, в конце концов, просто фыркнул и, развернувшись, пошел прочь. Скорее всего по направлению в страну Дождя.       - Вы там так и будете стоять? – не поворачиваясь, спросил демон.       Курама на это действие только хмыкнул и пошел за ним. Наруто и Гааре ничего не оставалось, как последовать его примеру. Мальчику было немного грустно покидать своих друзей, но он понимал, что так нужно. К тому же, никто ведь не запрещает поддерживать с ними связь. Конечно, вряд ли им получится часто видеться, но блондин не собирался забывать Шику и Акимичи. А сейчас его ждет новое приключение в компании своего красноволосого друга и двух биджу. Как тут можно грустить?