Право на отказ

- Не смей подходить! Проваливай! – кричал Лайт, отползая на кровати от Фера как можно дальше и зарываясь в одеяло лицом. – Уходи! - Лайт… - Фер попытался было коснуться руки друга, но тот завопил громче. - Не смей смотреть на меня! – крик перешел в рыдание, заглушенное одеялом, которым Лайт закрывал лицо. Фер неуверенно переступил с ноги на ногу и услышал тихий хруст. Посмотрев себе под ноги, Фер увидел на полу осколки небольшого зеркала. - Боже, Лайт… Лайт всегда следил за своим лицом. В свои тридцать четыре он выглядел на двадцать, а его чистой, гладкой коже могла позавидовать любая девушка. Уйму времени и средств парень тратил на уход за своим лицом и, как результат – ни прыщей, ни черных точек, ни родинок или, не дай бог, шрамов. Лайт гордился своим лицом. И у него была причина так заботиться о себе. Об ориентации Фера блондин знал и относился к этому спокойно, но никогда не рассказывал о своих предпочтениях. За Лайтом бегали все девочки, которые работали в его клубе, и они ему нравились, но по-настоящему он любил другого человека. Лайт был влюблен в своего начальника, хозяина борделя. Высокий, красивый мужчина, при одном взгляде на которого у парня перехватывало дыхание. Безнадежная, безответная влюбленность Лайта длилась уже почти семь лет. Он был предан своему шефу, как пес, и всегда старался выполнять любое его желание, даже самое незначительное, как можно лучше. Лайт не пытался рассказать мужчине о своих чувствах. Он знал, что шеф никогда не ответит взаимностью, потому что был убежденным натуралом. Лайт не хотел рисковать сложившимися отношениями и был рад тому, что имеет. Однажды мужчина обмолвился, что у Лайта красивая кожа. Поэтому влюбленный парень так тщательно следил за чистотой своего лица. Поэтому старался выглядеть как можно лучше, хотя и знал, что будь он даже писаным красавцем, босс не посмотрит на него так, как парень этого хочет. «Я урод… - думал Лайт, вжимаясь в одеяло. – Нет и шанса, что он теперь заметит меня…» Фера Лайт не винил. Даже если он возненавидит друга, его лицо не станет прежним. Его уродливое лицо… - Лайт… - Фер понял, что как только врач закончил свою работу и вышел за дверь, друг сразу схватился за зеркало и, видимо, отражение напугало его. – Чертов придурок! Фер залез на кровать, прижал Лайта своим весом к матрасу и силой оторвал от лица друга ненавистное одеяло, заламывая руки, чтобы тот не отбивался. - Кретин! Главное, что ты жив! Не важно, какой: больной, здоровый, красивый или со шрамом – самое главное, что ты жив! Рана на щеке выглядела ужасно. Да, доктор очень аккуратно обработал её, зашив рваные края прозрачными нитками, которые со временем растворились бы, исключая необходимость снимать швы. Ожог расползся по всей щеке, от края глаза до подбородка и выглядел, мягко говоря, неприятно. Повязку врач не наложил, зато покрыл обожженное лицо прозрачным гелем, который застыл твердой прозрачной коркой, которая местами треснула из-за того, что Лайт кричал. - Ты живой, а все остальное неважно! – заверял Фер, удерживая одной рукой запястья друга, а другой удерживая за подбородок, вынуждая смотреть себе в глаза. - Я урод… - выдавил Лайт. С ресниц по щекам побежали прозрачные слезы. – Я чудовище, которым детей можно пугать! Какого хрена ты вытащил меня оттуда?! Лучше бы я умер. Лучше сдохнуть, чем после такого жить! Психика парня не выдержала и у Лайта началась истерика. Он кричал, захлебывался слезами, и раз за разом повторял, что хочет умереть. Фер терпеливо удерживал его, опасаясь, что, потеряв над собой контроль, Лайт раскурочит покрытую лекарством рану. - Тише, тише… Лайт, ты красив, как прежде… - пытался говорить Фер, но друг не слышал его. Крамли стоял в дверях, наблюдая, и не знал, что ему делать. Подойти и тоже попытался успокоить? Да что он может, если даже Фер, лучший друг Лайта, беспомощен? - Разрешите, - раздался тихий голос за спиной Крамли. Элайдж отошел, позволяя мужчине войти в комнату. Потрясенный происходящим, Крамли не заметил, что стоит прямо на пороге, перекрывая проход в комнату. - Там… все ужасно? – тихо спросил мужчина, касаясь своей щеки и кивая на Лайта, который все еще кричал и не заметил его прихода. - Не знаю, - так же тихо ответил Крамли, обеспокоенно глядя на мечущегося по постели Лайта. – Я толком не видел. Но, судя по крикам… видимо, да. - Дерьмо, - выругался незнакомец и направился к постели. – Фер, ты не оставишь нас на минутку? Едва завидев приближение мужчины, Лайт вскрикнул и снова закрыл лицо одеялом, воспользовавшись тем, что Фер ослабил хватку. Фер же, коротко кивнув, поднялся и вышел из комнаты, утянув за собой Крамли. - Кто это? – спросил мужчина, когда Фер осторожно прикрыл за собой дверь. - Босс Лайта, - хмуро бросил Фер и внимательно посмотрел на Крамли. – Иди в комнату. Мне надо будет с ним поговорить. - Но… - Элайдж хотел начать возражать, но Фер устало вздохнул и жестом попросил не спорить. - Мне надо с ним поговорить, - повторил снайпер, тяжело приваливаясь к стене. – Я скоро приду к тебе. Просто иди в комнату. Элайдж послушался. Закрывшись в спальне, он лег на постель, заложив руки за голову, и начал гадать, о чем Фер хочет говорить с хозяином борделя. *** - Мистер Кендал… - забормотал Лайт, когда мужчина присел на край кровати. – Простите, я… - Лайт, покажи, - потребовал Майкл Кендал, взглядом указывая на одеяло. Лайт на это только отчаянно замотал головой. В блестящих серых глазах, сверкавших над белым полотном одеяла, снова начали собираться слезы. - Я уродлив… - еле слышно прошептал Лайт, едва сдерживаясь, чтобы снова не разреветься, как девчонка. - Ну же, - мягко проговорил Майкл, успокаивающе проведя ладонью по плечу подчиненного. – Убери эту чертову тряпку. Дрожа, Лайт медленно отодвинул одеяло от лица и повернулся к шефу боком, позволяя рассмотреть рану. - А ведь ничего страшного, - спокойно изрек Майкл через несколько безумно долгих для Лайта минут. – Рана как рана. Заживет – будет не так уж и заметно. Лайт, шрамы вообще украшают мужчину. Лайт неверяще посмотрел на шефа и одними губами проговорил: «Правда?» - Конечно. Мне иногда кажется, что тебя вообще ничто не может испортить, - улыбнулся Кендал, желая поддержать парня. – Симпотяжкой был, симпотяжкой остался. Лайт слабо улыбнулся в ответ и тут же поморщился от боли. - Ложись, отдыхай, - посоветовал Майкл, вставая. – Я зайду позже. Блондин снова слабо улыбнулся и закрыл глаза, измотанный переживаниями и постоянной болью. Кендал вышел и наткнулся на Фера, который караулил его в двери. - Сэр, - голос Фера был пропитан ядом. – Могу я спросить кое-что?...