Люби меня, Скотина!

— Ты приятно пахнешь, — произнес шатен, поправляя очки, начиная целовать девичью шею. Розоволосая, которой и был предназначен этот комплимент, закатила глаза, из сумочки вытянув сотовый телефон, то и дело смешно сморщивая нос. «И как ты до такого докатилась?» — в розовой макушке прозвучал голос собственного Инера, из-за чего девушка ещё больше нахмурила тонкие брови. —«Соблазнить девственника? Ох, Учиха за это должен тебе Оскар дать.» — Заткнись, — неосознанно вслух ответила Сакура, набирая заветный номер телефона. — Чт-то? — парень отстранился и растерянно взглянул на девушку, облизав и так влажные от слюней губы. — Ты ч-что-то сказала? — Нет, — розоволосая мило улыбнулась и, притянув парня к себе, продолжила: — Продолжай, мне это. ахх. как нравится, — с кислой миной произнесла девушка. Учитывая то, что шатен был ровесником Харуно, он явно был девственником, что чуть ли не высвечивалось у него на лбу. Сакуре не очень-то хотелось совращать бедного невинного парня, но было одно большое и жирное НО. Как-никак Учиху нужно понервировать, и это она уж точно ему устроит. После длинных и раздражительных гудков трубку, наконец-то, подняли, в результате чего Харуно победно заулыбалась. — Ох. давай. ещё. мм, — сладко бормотала девушка, от чего очкарик улыбнулся, а в телефонной трубке послышались маты сонного парня.  — Харуно, ты, блять, ахуела, звонить в три часа ночи? — хрипло спросил голос из телефона. — Оу, Учиха, извини, нечаянно. ах. набрала твой номер, — делая вид, что она здесь не при чём, ответила розоволосая. — Да неужели? — усмехнулся парень. — Это уже восьмой раз за эту неделю. Поздравляю, Сакура, ты побиваешь все рекорды. — А тебе чё, завидно? — в ответ усмехнулась розоволосая. -Было бы чему завидовать, — выдал смешок Саске. — Бедный паренёк, после ночки с тобой уж точно станет геем. — Ты ведь не стал, или же. — девушку прервал Учиха, громко засмеявшись. — У меня психика железная, в отличие от твоих жертв, — произнес Саске, тем самым в очередной раз вгоняя девушку в бешенство. — Заткнись, козлина, — прошипела розоволосая в телефон, не обращая внимания, что такой милый разговор может, подслушивать новый знакомый. — Только после тебя, стерва, — бросил в ответ Саске. — Урод, — сквозь зубы прошипела розоволосая, бросив трубку. Отстранившись от ничего не понимающего шатена, Сакура обратилась к нему: — Спасибо за помощь, — и, бросив телефон в сумочку, направилась к выходу. — П-подожди, мы ещё не ко-кончили, — неуверенно произнес парень. — По-моему, ты уже давно кончил, — напоследок бросила Сакура, кивнув на штаны парня, а затем скрылась за дверью. *** — Вот стерва, — усмехнулся Учиха, бросив телефон на ночной столик. — Я прям возбудился, — добавил брюнет, прикрыв глаза. И так каждый раз. Каждый раз она звонит ему и говорит, как ей хорошо. Каждый раз её сладко-фальшивые стоны издаются из его сотового. Каждый раз он делает вид, что ему всё равно, хотя это было не так. Ревность — страшная штука, и в этом мог убедиться каждый, кто хотя бы на миг задерживал свой взгляд на розоволосой. Харуно, конечно, даже не подозревала, что Саске знает обо всех клоунах, с которыми она разыгрывала этот цирк, практически всё. И знал то, что после милого разговорчика по телефону она бросала своих, так называемых, любовников и скрывалась с места преступления. Он также знал, что, кроме него, никто больше не смеет к ней прикоснуться, а если так случится. бедняга уж точно получит визит к собачьему ветеринару на кастрацию. Конечно, Саске тоже принимал условия этой весьма забавной игры. Ведь это он первый позвонил Харуно и похвастался, с какой очаровательной брюнеткой в компании находится. Это он взбесил её, что полтора часа спустя она перезвонила ему и тоже похвасталась своей «находкой». Конечно Саске не обрадовался новостью, но узнав, что все встречи доходили лишь до поцелуев в шею, успокоился. До того момента, как узнал, что Харуно всё же поцеловала одного парня. В щёку. Пострадали все, кто находился от Учихи в радиусе двух километров, но, наверное, больше всего пострадал тот наглец, которого поцеловала Харуно. Всё же Саске не считал себя виноватым и думал, что паренёк слишком легко отделался. Подумаешь, Учиха вломился к нему в квартиру посреди ночи с убийственным лицом и лезвием в руках, которым хотел сделать всю грязную работу за ветеринара. Конечно, Саске одумался и не лишил парня будущего потомства. И парень отделался парой визитов к психологу. Сакура, конечно, не знала об этом инциденте, как и психолог, который не верил, что к «больному» вломился сам дьявол с бесплатной кастрацией. Даа. всё же Саске хорошо поработал. — Ну, что ж, Сакура, — произнеся имя так, будто пробует его на вкус. — Пора заканчивать эту глупую игру. *** Делая вид, что внимательно слушает каждое слово лектора, Харуно мысленно проклинала Учиху и всё, что с ним связано. Вчерашний разговор не закончился благополучно, как и все с тех пор, как они расстались. Да и вопрос возникает: смогут ли они нормально поговорить. Наверное, всё дело в их гордости и упрямстве, как у козла. Как говорил общий знакомый этой парочки Наруто: «Сакура — женская версия Саске, только без яиц и с более привлекательной грудью». И это точно было правдой. Оба были тяжёлого характера, из-за чего не уступали друг другу. И расстались они из-за её вспыльчивости. Наверное. Хоть и Сакура винила во всём Учиху. Это произошло ещё два месяца назад. Во время завтрака Саске намекнул, что у розоволосой слишком большой лоб. так всё и началось. сперва в Учиху полетели тарелки, кружки и вилки. Когда казалось, что Харуно осталась без снаряжения, брюнет добавил, что она ещё и истеричка. От гнева Харуно запустила в него чайник, который, в отличие от другой посуды, благополучно «приземлился» ему на голову. Матерясь и проклиная всё вокруг, Саске даже не заметил, что след розоволосой уже давно успел остыть, и с тех пор они друг друга не видели. Конечно, розоволосая хотела с ним помириться, но чувство гордости не позволило этого сделать, как и Учихе. Из раздумий девушку вывел мобильный телефон, который завибрировал в кармане. Взглянув на дисплей сотового, розоволосая нахмурила брови и подняла трубку, которую приложила к уху. То, что она услышала, мягко говоря ей не понравилась. Яростно заскрипев зубами, девушка с силой сжала телефон. — С-сакура-чан, — робко произнесла рядом сидящая Хината Хьюго, которая являлась не только однокурсницей розоволосой, но и лучшей подругой. Прикусив нижнюю губу и взглянув на розоволосую таким взглядом, Сакура сразу же поняла, что Хината всё слышала. Розоволосая не пыталась скинуть трубку, да и то, что про неё подумают окружающие, тоже мало волновало. Просто. она была в таком гневе, что захотела прикончить Учиху, который явно теперь не пирожки печет. Учиха уж точно перешёл всё границы! Во-первых, они созванивались только ночью. Во-вторых, как считала Харуно, дальше поцелуев у него ничего не заходило, по крайней мере, когда он звонил ей. А в-третьих. — Да ты кобель поганый! — яростно воскликнула розоволосая, не стерпев и резко вскочив с места, сильно сжала телефон, тем самым привлекая внимание окружающих. — И-извините? — лектор поправил очки, уставившись на девушку. — Ой., — Сакура покраснела, осознав, что ляпнула лишнее. Учиха смог ей не только настроенные испортить, но и выставить полной дурой перед всем классом. — И-извините я лучше пойду, — извинилась девушка, и собрав все свои вещи, поспешила скрыться с глаз преподавателя. — Ну держись, Учиха. — сквозь зубы прошипела девушка, покинув территорию университета. *** — Да иду я, иду, — протянул брюнет, не спеша идя к двери. Конечно, Саске знал, кто так яростно стучит в его дверь, но всё же ему захотелось позабавиться с «званой» гостьей, которая была явно зла на него. « Вот чёрт, опять возбудился!», — усмехнулся брюнет, начиная медленно открывать дверь, тем самым усугубляя «спокойное» состояние розоволосой. Всё же в яростном виде Сакура на него весьма положительно действует. — Ах ты скотина! — не успев даже переступить через порог квартиры, розоволосая уже словесно набросилась на Учиху, ткнув пальцем в обнажённую, широкую, и твёрдую грудь. — Где она? — и, так не дождавшись ответа, розоволосая двинулась в гостиную, откуда исходил женский голос. Усмехаясь, Учиха поплелся сзади, устремив свой взгляд на соблазнительную пятую точку девушки, на которой были надеты короткие шорты. — Какого.? — Харуно растерянно взглянула на включённый плазменный телевизор, из которого и исходили женские голоса. хлюпанье. и стоны. — И кого же ты здесь ожидала увидеть? — усмехнулся брюнет, приближаясь к розоволосой. — Мм? Сакура напряглась, чувствуя обжигающее дыхание брюнета, который прижался к её спине. — Никого, — пробормотала девушка, тяжело сглотнув и отстранившись от брюнета, добавила: — А ты, Учиха, козёл. Розоволосая пыталась держаться спокойно, но черт побрал бы Учиху. одним лишь своим видом он выводил её из себя. Конечно, придя сюда, Харуно не понимала, что творит, и тем более не поняла бы, если обнаружила бы в постели у брюнета какую-нибудь шлю. кхм. девушку. Но. Учиха всего лишь пошутил над ней, а она повелась на эту уловку. Дура. Дура. Дура. — Неужели ревнуешь? — выдавил смешок брюнет, подозрительно сузив глаза. Конечно, он знал, что Харуно ревнует, но всё же решил над ней поиздеваться. — Козёл, не будь в себе так уверен, — в ответ усмехнулась розоволосая, мысленно пытаясь совладать со своими эмоциями. — А жаль, — тяжело выдохнул Саске, делая вид, что слова розоволосой хоть как-то его зацепили. — Так, может хотя бы присоединишься? — вопросительно изогнул бровь брюнет, кивнув на телевизор и присаживаясь на черный кожаный диван. — Уж точно с тобой такого не буду смотреть, — быстро ответила розоволосая, слегка вздёрнув курносый носик. Сакура конечно была любительницей таких весьма пикантных фильмов, но Учиха. Учиха. Ах. Розоволосая тяжело сглотнула, услышав исходящий от телевизора стон наслаждения. Видимо, она не меньше Саске была возбуждена. Как-никак перед ней сидел и усмехался чуть ли не сам Аполлон. Но единственное, что мешало ей набросится на Учиху, это была, гордость. проклятая гордость. — Неужели вкусы изменились? — насмешливо усмехнулся брюнет. — Если хочешь, могу поставить что-нибудь. Лесбийское. — Ч-что? — удивлённо воскликнула розоволосая, не удержавшись. Он её назвал лесбиянкой. Этот придурок. Козёл. — Скотина! — прошипела Харуно, быстрым шагом удаляясь из комнаты в намерениях покинуть квартиру. Вот дура! И чего она ожидала, придя сюда? Что Учиха встанет на колени и извинится? И будут они долго и счастливо заниматься сексом, пока смерть не разлучит? Дура. Дура. Дура. Почему-то в сознании девушки мелькнула некая обида. Всё же не каждый день называют её лесбиянкой. Да ещё человек, который ей нравится. которого она любит. Учиха реально перешёл все границы. — Эй, — брюнет кинулся за Сакурой, явно не ожидая такой её реакции. Конечно, он не хотел её обидеть, просто ему нравилось выводить её из себя, нравилось наблюдать, как она злится, обзывает его. Она превратила его в какого-то садиста, а он её — в озабоченную извращенку. Идеальная пара. — Да откройся ты! — яростно обратилась девушка к двери, которая явно не собиралась выпускать. — Ты куда? — прозвучал сзади бархатистый мужской голос. Харуно прислонилась к двери, тяжело вздохнув. Не надо было поддаваться на провокации Учихи. Наверное, впервые Саске за столь долгое время почувствовал себя виноватым. Он просто пошутил, а она приняла всё близко к сердцу, а ведь надо было это предвидеть, зная какой у неё вспыльчивый характер. — Я не хотел, — тихо произнёс брюнет, прижавшись к розоволосой. Сакура вздрогнула, но на этот раз от него не отстранилась, наверное, от шока, который испытывала. — Я не хотел тебя обидеть, — повторил Учиха, кончиком носа проводя по гладкой коже розоволосой. Крепкие руки легли на тонкую девичью талию, слегка сжимая ткань голубой кофты. Сакура чувствовала, как мягкие и горячие губы целуют её шею, как крепкие руки забираются под кофту, прикасаясь к коже. Чувствовала и стояла, как вкопанная. Разве не этого она хотела? Разве не за этим пришла сюда? Ей хотелось большего, ей хотелось увидеть, что она для Учихи не пустое место, а не только способ скинуть напряжение. И только теперь она это поняла, только теперь осознала, что она хочет, чтоб он извинился. — Извини, — Харуно затаила дыхание, чувствуя, как сердце ушло в пятки, словно Саске признался ей в любви. Видимо, она для него не только пустое место. Саске грубовато развернул растерянную девушку. Еле ощутимо прикоснувшись к устам розоволосой, он влажным языком провёл по ним, а затем, чуть отстранился. — Неужели всё придется делать самому? — спросил Саске, облизав свои губы. А затем... а затем Харуно не сдержалась и прильнула к его губам. Страстно впившись в его губы и запустив обе руки в мягкие на ощупь чёрные волосы, Сакура ещё теснее была прижата к двери. Переместив руки с талии на округлые бёдра, Саске подхватил Сакуру, от чего она в ответ ногами обвила его бёдра, чувствуя, как возбужденное мужское достоинство упирается в внутреннюю часть бедра. «Отпечатав» Сакуру от двери, Учиха на ватных ногах понес в гостиную, то и дело нечаянно натыкаясь на стенку. Оказавшись в гостиной, Саске уложил Харуно на кожаный диван и, торопливо стянув с себя спортивные штаны, навалился на девушку всем весом, опять впиваясь в её припухшие губы. Когда воздуха обоим не хватило, парочка отстранилась друг от друга. Сакура часто глотала воздух, тем временем, как Учиха пытался стянуть верхнюю часть женского гардероба. Когда миссия была выполнена, брюнет приступил целовать молочного цвета кожу, постепенно спускаясь к маленькой, но упругой груди, которую прикрывал нежно-голубого цвета лифчик. Умело расстегнув верхнюю часть нижнего белья и откинув его куда-то в угол комнаты, Саске принялся посасывать нежно-розовые соски, которые от возбуждения затвердели. Изогнув спину и хрипло простонав, Сакура аккуратными коготками прошлась по широкой спине брюнета, оставляя на ней белые полосы, которые вскоре окрасились в красные. Наигравшись с сосками и спустившись ещё ниже, Учиха чмокнул аккуратный пупок, тем временем пытаясь расстегнуть шорты, которые полетели за кофточкой, как и трусики. Всё ещё покрывая плоский живот поцелуями, Учиха аккуратно пальцем вошёл в узкое влагалище девушки. Сакура вскрикнула, чувствуя, как тело окутывает некая дрожь. Всё-таки она соскучилась по властным прикосновением Учихи, ведь никто другой не мог её так завести. Да и наверняка не сможет, кроме него. Она не знала, как назвать это «примирение», а тем более не знала, как себя вести после того, что случится. Некое сомнение обуяло сознание девушки, но это ведь всё неважно. Потом она решит всё, потом, но только не сейчас. Учиха опять впивается в её губы. Разгорячённая её кожа касается его кожи, от чего Сакура осознает, что больше всего наслаждается не возбуждением, от которого сводит низ живота, а от его прикосновений, от которых сходит с ума всё тело. От его горячих прикосновений, которые мог дарить только он. До крови прикусив нижнюю губу розоволосой, Саске резко входит, от чего Харуно неожиданно хрипло вскрикивает. Уткнувшись в шею розоволосой, Саске начинает медленно (по сравнению с первым толчком) входить в неё, грубовато сжав ягодицы Харуно. Откинув голову назад, Сакура жадно глотает воздух, вздрагивая от каждого толчка, прикосновения, дыхания, которое так приятно щекочет кожу. Внезапно Учиха отстранился, от чего ловит на себе непонимающий взгляд розоволосой. Удобно усевшись на диван, а затем усадив себе на колени Харуно, уголки губ брюнета приподнимаются в неком подобии улыбки. Чмокнув девушку в приоткрытые уста, а затем резко насадив розоволосую на возбуждённый член, хрипло застонал. Крепкие и тёплые мужские ладони сжимали округлые бёдра, всё глубже и быстрее насаживая их на член. Харуно не сдерживается, прикасается к горячим губам брюнета, мимолетно целуя их, а затем чуть отстраняется, чтобы глотнуть хоть сколько-нибудь воздуха. Они не знали, сколько времени так прошло, но оба чувствовали, что конец близко. От каждого прикосновения и толчка Сакура становилась всё более чувствительной, а Учиха всё более резким и несдержанным. Прислонившись лбом ко лбу брюнета, Харуно замирает, чувствуя, как приятная разрядка накрывает тело. Она никогда не чувствовала ничего подобного, никогда не чувствовала себя так легко. За Сакурой кончает и Саске, громко застонав и еле успевая выйти, когда горячее семя изливается на плоский живот и бёдра розоволосой. Часто и прерывисто глотая воздух, Саске всматривается в зелёные глаза Сакуры, а затем хрипло говорит: — Знаешь, мне, всегда нравился твой лоб, — от услышанного Сакура густо покраснела. Впервые она услышала такого рода комплимент своему лбу и во второй раз за этот день посчитала себя дурой. И из-за того они расстались, что она тогда прервала Учиху и накостыляла ему чайником?!. — Я люблю тебя, — после пару минут молчания проговорила розоволосая. Конечно, Саске это и так знал, но всё же сделал удивлённую мину. — Что ты сказала? — вопросительно изогнул бровь Учиха, еле сдерживая улыбку. Возможность увидеть смущенную Харуно была редкой, но всё же, когда она смущалась, Учиха всегда не мог сдержать улыбки. — Я люблю тебя, скотина, — всё ещё смущаясь, повторила розоволосая, а затем чмокнула Учиху в губы. — Ахх, — оба посмотрели на включенный телевизор, где судя по всему тоже всё кончилось. — Я требую продолжения, — усмехнулся Саске и, взяв Сакуру на руки, понёс в спальную.