Бег за солнцем

Лешка совсем серенький, невзрачный и тихий. У него светло-русые волосы, вечно топырящиеся на макушке. Серые большие прозрачные глаза, которые он прячет за толстыми линзами очков, и небольшой ростик. Он учится в девятом классе и еще не вступил в фазу быстрого роста, и единственное, чем он примечателен, так это его друг и бывший сосед по квартире одиннадцатиклассник Иван. Именно из-за этого верзилы все девочки в классе пытаются подлизаться к Лешке, попасть к нему домой и в конечном счете закрутить с Ванькой. Ибо завидный парень-старшеклассник — это круто! Хотя Лешке по большому счету по фигу, и ждет он Ивана не потому, что тот приходит каждый день за ним после уроков и провожает его, как верный цепной пес, до дома. Ему-то что, все равно в одну сторону. Алексей, как и половина девушек в его классе, что не сохнет по изумрудным глазам Ивана, до одури влюблен в Ванькиного друга, одноклассника и сокомандника по баскетболу — Сергея. Каштановые волосы и синие очи. Они снятся Лешке каждую ночь, вызывая мокрые сны. Это когда вся простынь и весь живот с пижамными штанами заляпаны поутру белым и тягучим. А на душе после этого тяжело и неприятно. А еще к Лешке все время пристает Вячеслав. Их негласный принц класса. Так как девицы, попускав слюни на недоступных взрослых красавчиков, в конечном счете обращают взоры на своих одноклассников, и как раз Славка был в этом лидером. На первом месте. Он уже сейчас обогнал Лешку на голову и развернулся в плечах, конечно, до Ивана и Сереги ему еще как до луны пешком, но все же. Элегантный, утонченный красавец с цыгановатой внешностью и черными омутами глаз убивал девушек на подлете прицельно, наповал. — Слышь, Лешка? Ты в спортзал сегодня идешь на тренировку нашей команды? — начинает юлить хитрый Славка. — Придется, я слово Ивану дал. Делано возмущается Лешка, но млеет глубоко внутри: благодаря этому слову он сможет наблюдать открыто за игрой своего любимого Сергея. И на официальных правах пялиться на его оголенные ножки, обтянутую шортиками аппетитную попку и мощный размах плеч. — Я с тобой! Говорят, они с другой школой неофициально сегодня играют, — придумывает на ходу Славка, и Лешка пожимает своими плечами, ему вообще все равно: он полный дуб в спорте, да и вечный медотвод из-за слабого зрения и здоровья. Девицы, услышав про игру, тащатся в спортзал за парнями, это беспокоит замкнутого по природе Алексея и совершенно не задевает наглого Славку. А в зале вовсю идет игра. Взмыленные подростки, запах гремучей смеси молодых тел: пота, бушующих гормонов и мускуса — шибает по носу. И зрители, растянувшись по периметру балконов, с наслаждением приникают глазами к страстям, закипающим внизу. Девицы визжат от восторга: капитан школьной команды вихрем доскакивает до кольца и забивает в корзину, взлетев ласточкой над кольцом. Серега откидывает свои коричневые волосы картинно назад и, осмотрев балконы победным взором главаря команды, хотя им и не является, цепляется взглядом за соседа Лешки. Дерзкий взгляд черных, как ночное небо, глаз, сексуальная улыбка и совершенное тело. Такого хочется загнуть и трахать всю ночь до утра, не переставая. А еще хочется заляпать, кончить на лицо, забрызгать спермой чернявые волосы и смазливую рожу. Чтобы, сука такая, понял, чья он дырка. Его, Сереги! Именно благодаря связке с Серегой Иван забил мяч. И теперь они откатываются к своему кольцу и, виртуозно перехватив мяч, снова нападают. Сергей и Иван как одно целое — неделимое. Мощь школы! На них держится команда, и будущей осенью они собираются вместе поступать в один и тот же университет. Теперь забивает Серега, срывая свои аплодисменты и свист. Он снова смотрит на балкон, но вот незадача — единственный, кто не обращает на него внимание, это как раз предмет его страсти. Который смотрит все время в сторону от него и стоит… Постой-ка, а стоит он с серой очкастой мышью, которая так небезразлична Ивану. План по захвату территории рождается сразу — вечеринка по поводу сегодняшней победы и желательно на его территории. А уж там он сделает все, что необходимо, дабы мальчик оказался под ним. Почему Иван сохнет по этому блеклому очкарику, Серега без понятия, да это его по большому счету и не волнует, главное — темноволосый красавчик будет в досягаемости, а там уж, как говорится, увидел, трахнул, победил. А после эта черноокая красотка еще сама за ним будет бегать как миленькая, а он постарается ему не изменять. Очень сильно постарается. Видит Бог! Они выиграли с таким преимуществом, что соседней школе и не снилось. Силы были слишком неравны. Повезет тому универу, в который попадут Серега с Иваном, а школа через год останется без своих сильнейших игроков. Иван подлетает к Лешке счастливый и возбужденный. Он не видит рядом с собой замершего Славу: его влажный взгляд и его восхищение. Он хватает в охапку блеклого мальчишку и жамкает от всей души. У Ивана практически белые волосы и яркие зеленые глаза, как изумруды. Локоны, отросшие до плеч, у него собраны сегодня в игривый хвостик, который на этом здоровенном парне смотрится очень задорно и сексуально. Лешка пытается дышать в железных тисках своего друга, а еще старается не покраснеть, потому что сзади Ивана замирает ожидающий его со скукой в глазах Сергей. — Мы победили! — кричит Иван, вся команда поздравляет его и орет, что надо это отметить. И тут же подключается праздно скучающий Сергей, предлагая по пивку и у него. Но парни шумят, ворча, что Иван капитан их команды, а не Сергей. И все толпой прутся к Ивану. К существованию Лешки в команде привыкли давно, Иван — признанный лидер, и о его неразделенной любви давно сложены между парней легенды. «Конечно! Была бы девчонка, сразу бы все точки поставили над i, а то — парень!», — шептались ребята меж собой, но специфический выбор своего капитана не осуждали. Это его дело, кого любить — сиськастую девку или худого парнишку с толстыми линзами очков. Да вот беда, Лешка его воспринимает только как друга. Иван с малолетства присматривал за ним еще с детсадовского возраста и знает, какие прекрасные у Алексея глаза. Только очки портят сильно внешность Лешки, но Ивану это только на руку, ибо он совершенно не собирается отдавать никому свое маленькое сокровище. «Сокровище» идет под боком и тихо переговаривается со Славой. О том, зачем с ними увязался Вячеслав, никто даже не задумался. Баскетболисты решили, что он просто друг Ивановой безответной любви. А Ваньке было все равно, сколько к нему ползет человек. Одним больше, одним меньше. Зато цвел Серега, хотя «отметить» на его территории так и не получилось. Пиво покупали, естественно, Сергей и Иван. Еще бы, эти короли школы выглядели как студенты, причем красивые студенты престижного университета. Все остальные же постояли за углом, ожидая своих кумиров. Лешка кутался в тоненькую курточку и мелко дрожал от холода, по вечерам уже было прилично прохладно. Славка торчал рядом и, прислушиваясь к беззлобному трепу возбужденной команды, тихо вздыхал. Делал он это исключительно про себя. Все-таки уважал он свою гордую сущность, но никак не понимал Ивана. Ну как может ему нравиться «такое»: мелкое, серое, дрожащее? — Мышонок! Замерз? Ванька же считал по-другому, он перекинул сумки со жратвой своим товарищам и, содрав со своего тела теплую спортивную куртку, накрыл палаткой стучащего зубами паренька, а потом еще и пригреб к себе под горячий свой бок для верности. Команда на это даже шутки не отколола, будто ничего из ряда вон выходящего и не случилось. Только черноглазый задохнулся от горькой ревности, пристраиваясь в хвост новоиспеченной парочке. Но его уединение тут же разбил наглый как танк Сергей, посверкивая синью своих пронзительных глаз. — Ты друг Алексея? — крайне заинтересованно. — И что? — сердито в ответ и отмораживающе. — Да ничего особо! Так ты с нами на пирушку или как? — замирая рядом. — Если только Лешка пойдет с вами, — прошипели в ответ, отрываясь в толпе. Лешка с Ванькой дошли до дома в обнимку, забив на мнение всех остальных. Мышонок грелся в нужном ему тепле, а капитан млел от так необходимой для него близости. Иван никогда не смотрел на других: ни на девушек, ни на парней. Хотя по пьяни периодически еб лезущих к нему доступных девиц. Но для его сердца был только единственный и неповторимый «Мышонок». И даже таких невинных прикосновений хватало, чтобы подогревать у юноши робкую надежду. В доме у Ивана было просторно и уютно. Родители как Ивана, так и Сереги — богатые люди. Да и вращаются в одном круге бизнеса, являясь партнерами и друзьями. Куча комнат в элитной двухъярусной квартире, в которую переехали несколько лет назад. А ведь раньше жили в старом доме за углом, где до сих пор в небольшой двухкомнатной квартирке вместе с мамой обитает Алексей. Когда-то отец Лешки был другом отца Ивана, более того, у них был общий бизнес. Но отцы разбежались разными дорожками, родители у Алексея развелись, и он остался с мамой в скромной квартире. Тогда как отец женился на другой и отгрохал крутой коттедж в поселке, что начинался в аккурат за их многоэтажными домами. А ведь было время, когда их старенькая хрущевка стояла на краю города прямо в пшеничных полях. Лешкин папа возвращался домой счастливым и беззаботным. Он целовал любимую маму и вел ее в кино на ночной сеанс. А Лешка оставался дома с Иваном, сыном его друга. Они либо играли в его квартире, либо шли к Ваньке, где устраивали настоящие баталии, ругаясь с его старшей вредной сестрой. Но после в поле построили два элитных дома. Лешка помнил эту стройку, она началась в сентябре и отложилась в его памяти странными замысловатыми картинами. Навезли кучу стройматериалов. Их кидали прямо в спелые колосья неубранного золотого хлеба. Колхозники ругались со строителями, но ничего поделать не смогли. Потому что их родной колхоз продал земли под шумок втихую налево под застройки частной компании, а та даже не удосужилась подождать окончания уборочной. И Лешка всю осень наблюдал, как желто-белесые колосья, тяжелые от урожая, втаптывают в землю колесами грузовики. А зимой кое-где кусками между уложенным бетоном так из-под снега и торчал неубранный хлеб. Его любимое поле, в котором они часто играли с Ваней — погибло. И это стало отправной точкой, когда стало рушиться его привычное, любимое пространство вокруг. Начали ссориться родители… А семья Вани, купив пай в строящихся элитных домах, переехала, как только сдали первый из них. К этому моменту родители Алексея начали бракоразводный процесс. И Леша чаще всего ночевал в семье Ваньки, которую попросили приглядеть за маленьким замкнутым мальчиком. По ночам он часто плакал и засыпал только на горячей груди Ивана. А родители его друга только качали головой, прекрасно понимая, в каком состоянии сынишка их близких друзей. Что уж делили его родители, Лешка не знал. Но через год вся эта бодяга прекратилась. Мама на фоне развода завела себе любовника, и Мышонок снова оказался не у дел. Мужчина ходил в его доме королем, задирал тихого мальчика, и тот старался снова ночевать у Ваньки. Потом был другой любовник, третий… Пятый или шестой — Лешка уже сбился к этому времени со счета — оказался богачом, в доме появились дорогие вещи и продукты, о которых Лешка даже не мог мечтать. Его мама цвела и пахла, отец и вовсе забыл дорогу в их дом. И теперь у его маман был конфетно-букетный период, когда она дома просто не ночевала, окончательно наплевав на повзрослевшего сына. Посему квартира Ивана для Алексея была более уютной и привычной, чем его собственное кинутое жилье. Он смотрел, как возбужденные парни, гудя, расположились в столовой, оккупировав барную стойку, и оперативно вытаскивали из холодильника оставшуюся еду. Лешка устроился скромно в уголке подальше от суеты, и ему под бок приземлился хмурый Вячеслав. — А где все родственники хозяина? — цыгановатые глаза отслеживали красивого блондина с хвостиком, что накрывал в темпе аврала стол из подтаскиваемых к нему продуктов. Даже здесь баскетбольная команда работала слаженно и оперативно. — Старшая сестра вышла замуж. У нее свой дом, дети и отдельная жизнь, — Лешка помнил зловредную Марию очень хорошо, она часто подкалывала пацана насчет его блядливой матери, что как перчатки меняла любовников. И отца, который и забыл совсем, что у него есть практически взрослый сын: — Родители же, кажется, в отпуске на Канарах, их еще месяц точно не будет дома. Лешка же смотрел на Сережку, тот посылал в их закуток такие взгляды, что внутри Мышонка что-то ухало вниз и там осыпалось кучкой пепла, невыносимо вспыхнув от боли при падении. Парни, накрыв на стол, подтащили его к угловому диванчику, где прятались мелкие мальчишки, и стали с радостью усаживаться вокруг, предусмотрительно оставляя свободное место рядом с Лешкой для своего любимого капитана. Иван опустился рядом со своим Мышонком под бок, а со стороны Вячеслава приземлился Сергей, выгнав внаглую кого-то из зазевавшихся парней. Но на это никто особого внимания не обратил, так как посадочные места вокруг Ивана уже были заняты, и парни посчитали, что второй их лидер команды просто захотел сесть поближе к своему закадычному другу. Вот и все. Сергея терпели в команде только из-за Ивана, хотя и видели, как тот выкладывается на полную в каждой игре, и прекрасно понимали, что без человека, который работает в связке как единое целое с их капитаном, такие легкие победы им бы не светили. Почему Сережку невзлюбили сразу, объяснялось легко. Ибо все девки парней рано или поздно оказывались на члене первого красавца школы. А тот, не думая о своих друзьях и товарищах, просто их трахал, растягивая удовольствие максимум на две встречи, а затем кидал, как расхожий материал, так как очередь из баб к нему не иссякала, и раздвинуть ножки перед парнем своей мечты хотела каждая текущая пизденка в округе. Пиво полилось рекой. Парни, распаленные победой, переживали каждый миг выигранного им матча, каждый забитый мяч капитана, совершенно не выделяя заслуги Сергея. Но тот давно привык к такому положению вещей, и потом его интерес, посверкивая черными омутами глаз, сидел рядом, и от него одурманивающе пахло свежестью морского одеколона. Или туалетной воды. Запах был ненавязчивый, приятный, с горчинкой. И очень шел этому красавчику. Сергей вовсю пытался разговорить этого брюнетика, но никак не выходило, мальчик отвечал односложно и чаще всего тут же поворачивался к Лешке, влезая в разговор между своим одноклассником и Иваном. Ваньке же снесло крышу. «Сегодня же признаюсь, и когда все свалят… Зажму!» — думал капитан команды и по подмигиванию товарищей прекрасно понимал, что те желали ему удачи, быстро прокумекав, что родителей Ивана нет дома. Ну, а кого более всего жаждал их лидер, для парней было и так очевидно. Команда у капитана была понимающая, дружная и надежная. Ванька влил в себя для храбрости целую бутылку пива и совершенно не отследил, когда на столе появилась водка. Ее предприимчивые дружки тоже достали из загашника огромного холодильника. И то ли по своей дурости, то ли от желания помочь подлили капитану. Иван подмахнул смесь пива с водкой и, обильно порозовев, в наглую привлек к себе выпавшего от такого расклада Лешку. А позже при всех поцеловал взасос… Поцелуй длился целую вечность. Команда улюлюкала, радуясь прогрессу своего капитана. Вячеслав пялился, как зомби, на развратное действо, что развернулось у него под боком, а вернее чуть ли не на его коленях. Так как именно туда Ванька спьяну и завалил свою безответную любовь. А Серега, потирая свои виски, хмуро ждал, когда закончится радостный свист подначивающих Ивана парней. Ванька отпустил обмусоленного Лешку неохотно и только потому, что тот забился под ним от нехватки кислорода. А когда Мышонок понял, что хватка ослабла, он вскочил с места и прямо по коленям сидящих парней кинулся к выходу из квартиры. Иван бросился за ним следом, поймав в прихожей, где снова заключил в горячие руки, жамкая до синяков и пьяно шепча: — Хочу тебя трахнуть! Прямо в попку! Ваньку понесло, и он совершенно не понимал, чего творит. Он уже распластал мальчишку на тумбочке у зеркала, что висело рядом с гардеробом, и полез оперативно Лешке в трусы. Когда к ним попытался пробиться через толпу подвыпивших и не пускающих его в коридор Вячеслав, на его сторону вдруг встал нелюбимый всеми Серега. Команда дружно решила, что Ивану не следует мешать. И что капитан, наконец-то набравшись смелости, трахнув свою вожделенную дырку, будет счастлив. Ибо заслужил этого как никто, а мариновать себя несколько лет безответной любовью было, по мнению всех, не сахар. — Эй, дружок, попридержи коней. Дай им трахнуться! — начал один щербатый, преградив путь Славке. — Ты идиот, он же пьян! — Вячеслав видел, как Ивану подмешали водку, но предупредить не успел, тот намахнул не глядя практически одним глотком весь стакан. — То, что нужно. Для храбрости! — хмыкнул другой шкафчик, становясь с щербатым рядом. Вячеслав имен этих придурков не знал и не желал знать. Главное для парня было пробиться сквозь заслон в коридор и остановить Ивана. Конечно, Славке было до барабана порванная задница Лешки, он просто хотел, чтобы Иван стал его и не более того. — Мы специально капитану подлили, иначе он от своего спермотоксикоза помрет молодым. А так глядишь, добьется своего и переболеет! — хмыкнул Щербатый. — Он его изнасилует! — нашел аргумент Вячеслав и услышал в ответ дружный ржач от датых мужиков. — И что? Тебе-то какая печаль? Или тоже без ума от этой вылинявшей моли? — шкаф похабно перебил всех присутствующих парней и, состроив блядливо глазки черноволосому красавчику, поддел плечом ржущего рядом щербатого. — И чего это вы все на его тощие мощи ведетесь? Ну, был бы хотя бы девкой или красавцем, как ты, к примеру. А так — ни кожи, ни рожи. А вот тебя бы я трахнул! — Эй, пропусти его! — сзади Славы синью зажглись яростные глаза Сергея, и шкаф с щербатым потухли. Связываться с этим Дон Жуаном ни у кого не было особого желания. Все прекрасно знали, что в гневе Серега страшен. — Ты бы тоже не лез… — парни недовольно посторонились, пропуская обоих заведенных юношей. — Для Ивана же стараемся. Твоего друга, вообще-то! — И как вы ему завтра глядеть в глаза будете? — поинтересовался, хмыкая, зловредный Серега. — Если он по пьяни изнасилует любимого человека? «Любимого человека» резануло всех по натянутым нервам. Команда враз усохла, а у Славки вдруг ни с того ни с сего навернулись слезы. Он затравленно глянул через плечо на натянутого Серегу, что до сих пор играл в гляделки со своей притихшей командой, и шмыгнул в коридор, где к тому времени Иван уже вовсю разложил на тумбочке для обуви пытающегося сопротивляться тонкого мальчика. У Лешки была распахнута рубашка, расстегнуты штаны и приспущены чуть трусики, оголяя круглые молочные ягодицы. Иван одной рукой выворачивал его руки, заломив их над головой, над испуганными, распахнутыми серыми глазами, а второй вовсю мял ягодицы. Ноги Лешки были задраны вверх и перекинуты через руку, что держала в железных тисках его запястья. Иван его зажал просто сногсшибательно: ни вздохнуть, ни пернуть — терзал жадным ртом губы мальчика, шуруя уже двумя пальцами в его сомкнутой от испуга дырочке. Вячеслав, увидев «ТАКОЕ», налетел на невменяемого Ивана сразу, пытаясь здорового парня снять с хрупкого, загнутого буквой зю, трясущегося тела. — Ты совсем охуел?! — он заорал в подернутые дымкой желания зеленые глаза и почувствовал, как к его бедру на миг прижалось полыхающее даже через плотные штаны каменное хозяйство Ивана. — Ты сам придурок! Охуел! Не лезь между нами, паскуда! Иван разъяренным зверем, которому не дали трахнуть вожделенную задницу, залепил оплеуху однокласснику своей любви, и тот улетел метко на мягкую кушетку возле стоящего в полном ауте Сереги. Он и не думал, что Иван, его друг с первого класса, мягкий компанейский Ванька, может быть таким — буйным и неуемным опасным зверем. Но увидев, как скривился от удара об стену Вячеслав, отмер. В принципе, ему было все равно, трахнет Иван Лешку или нет. Но, видно, Славе с этого была какая-то надобность. И он решил-таки влезть в интимные отношения своего друга, отведя праведный огонь Ивана на себя. Так как увидел повод подмазаться к желаемому черноволосому мальчику. — Остынь, Иван, и протрезвей! Ты хоть думаешь, что творишь? Серега встал на середину коридора, прикрывая своей спиной распластанного Славку, который, скрипя, потирал ушибленный о стенку и спинку дивана ноющий затылок. — А ты вообще бы молчал! Я тебе не мешал ни разу, когда ты уводил чужих девиц и трахал. Так и мне не мешай! — оскалились в ответ и, поигрывая мышцами, повернулись к замершему за собой Мышонку. Лешка пытался прикрыть непослушными трясущимися руками свое обнаженное тело. Он был без своих очков. И посему не соображал и не видел четко, что происходит вокруг него. Все присутствующие для него без его толстых стекол были размытыми пятнами в радужных оболочках. И кроме того он не понимал, почему на него напал его рыцарь Иван. — Валите отсюда. Оба! Я хочу ебаться! — самец в Иване, подогретый основательно спиртным, вырвался на волю, а Серега недоуменно поглядел в сторону Вячеслава. Тот скрипнул от резких слов Ивана челюстью и, сжимая кулаки, попытался встать с кушетки. «Вот ненормальный!» — подумал Сергей, мешать сейчас его другу было бесполезно. Он бы и сам навалял Ваньке, если бы тот сунулся в процесс ебли и попытался его оттащить от разложенной девицы или этого чернявенького красавчика. Но видя, что Слава не отступится, с несчастным вздохом положил руку Ивану на плечо. Сейчас он огребет по полной. Смотри, Черноокая красотка, и цени. Серега только из-за тебя лезет под убойные кулаки своего озверевшего друга. Реакция Ивана не замедлила проявиться ни на секунду, он развернулся всем обнаженным торсом и попытался пробить защиту Сереги. Но по пьяни промахнулся. Друзья закружились на пяточке между замершими испуганными мальчишками. Еще один замах и очередной удар. Иван все-таки умудрился зацепить скулу Сереги, и тот, отпрыгнув в сторону, наступил на что-то хрустнувшее особым высоким звоном. — Очки… — прошептал сбоку отмерший Лешка, он кинулся на звук лопнувших под ногами Сереги стекол и попал к тому в жаркие объятья. Серега и не думал обнимать этого тонкого, неприглядного мальчишку, очки которого умерли смертью храбрых под его мощными лапами. Просто обнял автоматом, так как Алешку здорово вело в сторону, и мальчишка буквально упал к нему в руки. Лешка задрожал, ибо понял сразу, куда угодил, он вспыхнул соблазнительным румянцем и близоруко поднял свои огромные очи на обнимающего его молодого мужчину. — Простите, но тут кажется… были мои очки, — пробормотали искусанные в кровь губы. А до Сереги вдруг дошло, почему Иван так запал на эту неприметную моль. Так как эти серебряные наивные глаза стоили многого, а вкупе с порозовевшим лицом заставили пропустить удар до сих пор замороженного сердца Сергея. — Гнида! — Иван обрушился на обнимающихся парней разбушевавшимся цунами. — Не смей лапать его! Он мой! Серега в последний момент как-то умудрился задвинуть за спину растрепанного Лешку и принял на свою широкую грудь всю мощь нехилого удара. Стекла схрустнули под ногами еще раз, превратившись окончательно в пыль мелких осколков. А Серега сумел-таки перехватить своими руками яростного вепря. — Я на него и не претендую! Но ты явно не в себе. Он никогда не видел, чтобы Иван так поехал от пива, но, видно, смесь пива с водкой была явным для него перебором. И держа дергающегося в руках Ивана, вдруг недоуменно почувствовал, как к его спине прижимается, до сих пор дрожа, щуплое, тонкое тело. И та беззащитность, что просила помощи, подкупала, заставляя сердце учащенно биться. — Ты его совсем запугал. Иди, проветрись! Иван как будто ждал этого приказа, поставленного сильным волевым голосом его друга, а может, сработала старая привычка работать в команде, или смесь водки и пива окончательно сделала его невменяемым. Он пошатнулся, ничего откровенно не соображая, и упал бы тут же в коридоре, но подоспевший Вячеслав подставил свое крепкое плечо под его колыхающуюся фигуру. — Я его выведу на балкон! Сереге эта фраза показалась неуместной и странной в данной ситуации. Но к нему продолжали с испугом вжиматься в спину трясущимся телом. И эту близость не хотелось почему-то терять. — А ты отведи домой Лешку, он живет рядом! — Но? — Серега хотел возразить, видя, как его вожделение полностью принимает на свои тонкие плечи вес пьяного в дупель Ивана и ведет его в сторону спальни. — Что? — не понял Вячеслав. — Ты ему очки раскокал, а он без них слепой как крот, дальше вытянутой руки ни черта не видит! — объяснили всю случившуюся ситуацию и оставили обнимающихся парней наедине. — Это правда? — Серега повернулся к прижимающемуся к его боку Лешке и, смотря, как тот близоруко таращится во все стороны, понял сам. Правда без очков этот Мышонок был совершенно слеп. Он оглядел разорванную местами помятую одежонку и помог Лешке привести себя в относительный порядок. — У тебя настолько плохое зрение? — Да… Врачи говорят, что это даже больше психологическое… — прошептали снизу и воззрились на него снова серебристыми огромными очами. — А как-то исправить? — Серега со вздохом поискал среди весящих курток свою и Мышонка, так и не отпуская тонкой талии пошатывающегося паренька. Лешка вцепился в его руку намертво и не только потому, что ни черта не видел. Он млел от счастья, уже забыв весь неприятный эпизод с пьяным другом. Если для того, чтобы стать Сереге близким человеком, нужно пройти еще раз унижение от Ивана, он готов был пойти на это без сомнений. Все, что угодно, лишь бы подольше длилось это интимное тепло, лишь бы сильнее прижимали его столь любимые и желанные руки. А нежный голос участливо спрашивал. — Операцию делать рано… И потом, врачи надеются, что зрение улучшится, если принимать препараты, витамины и жить спокойной жизнью, — прошептал Лешка тихо в ответ. Сереге пришлось одеть сначала мальчика, а затем напялить и свою куртку. — Первый раз слышу, чтобы зрение лечили правильным питанием и покоем. С чего это у тебя так? — хмыкнул он и помог мальчику надеть его кроссовки. Такого маленького размера были только у Лешки, так что с выбором обуви было трудно ошибиться. — Это из-за развода родителей, — ответили сверху, ожидая, когда ему зашнуруют ботинки. — А до этого? — Серега поднялся с корточек и повел слепого юношу в сторону входной двери, снова аккуратно обнимая его за талию. — Было стопроцентным, а потом за полгода резко скатилось, — Лешка прикрыл с блаженством свои серебряные глаза, с удовольствием цепляясь за любимого человека, слушая его мягкий голос и вдыхая ни с чем не сопоставимый собственный запах Сереги. Сергей пах после душа терпким травяным мылом и немного мускусом. Этот запах Лешка был готов вдыхать бесконечно. — М-ммм, извини за очки… — пробормотал Серега, ведя парнишку по улице. — Ты тут ни при чем, не ты же сорвал с меня их, — замкнулись немного в себе. — Не бери в голову, Иван просто пьян! Завтра все встанет на свои места, и он, протрезвев, будет корить себя за свое поросячье поведение. Еще увидишь, — пообещал Серега, сверяясь с номером дома, что сказал ему Лешка. — Нет, по-прежнему уже не будет… — Лешка опустил свои огромные глаза и прикрыл их чуть своими пушистыми ресницами. — Иван… он специально сдернул в первую очередь мои очки. Так как знал, что я без них совсем беспомощный. Алексей одеревенел в руках Сереги, и тому пришлось остановиться, давая мальчишке время прийти в себя. — Кажется, мы уже пришли, у тебя же десятый дом? — спросил, разбивая неловкую тишину Сергей и, увидев скупой кивок головы, повел мальчика к нужному подъезду.