Eye color cornflower

"Я не верю в судьбу. Каждый из нас, вероятно, сталкивался с такими словами, как "такова судьба...", "так судьба решила...", "так судьбой предначертано..." и тому подобные. После этих слов уже действительно принимаешь свои происшествия или поступки за что-то такое, что обязательно должно случиться. Кто же такая она, эта судьба? Почему ей дозволено вершить все? Судьба, сама по себе, это "стечение жизненных обстоятельств, не зависящих от воли человека ход событий (толковый словарь Ефремовой). Здесь уже можно поспорить. Начнем с того, что то, как сложатся дела у человека, решает сам человек. Если в нужное время не встать с дивана и не найти себе, предположим, хобби, то можно всю жизнь прожить, не сделав ничего приятного для себя. Нельзя брать в пример работу - она всегда, со временем, надоедает, и ты хочешь сбежать от рутины... Но уже не можешь. "Судьба" ведь такая. Изначально судьбу, по описаниям из словарей, можно представить, как некую "руку", которая направляет действия человека так, как она хочет. Невольно появляется вопрос: а кто она такая, и почему ей все дозволено? Нас с детства учили, что человек "сам вершит свою судьбу". Что же получается? Значит, нас всю жизнь направляла какая-то там всемогущая чья-то часть тела? Но, по словарям, это слово не однозначно. Второе значение: "участь, доля, жизненный путь". Это больше как-то похоже на правду, нежели вера в руку." *** Закончив читать, юноша убрал помятый листок из поля зрения. Его голос, во время чтения бывший таким серьезным и напряженным, уже к концу новой статьи приобретал знакомые тем, кто знал его, черты. Он снова взял в руки ручку. Но в этот раз его взгляд был направлен в сторону своего собеседника. Это был парень, лет 26. Среднего телосложения, одетый в самую простую толстовку и свободные джинсы. Именно его мнение должно было решить судьбу только что написанной статьи. - Ну... Как тебе? - Сопли. Розовые сопли двухлетней девочки. - Это было ожидаемо. Саша (а именно так звали слушавшего), никогда не пытался в чем-то подольстить кому-то. Если он видел, что что-то не так, то всегда говорил об этом напрямую. Именно это качество делало его мнение достойным того, чтобы к нему прислушаться. - Но заставляет задуматься. - И почему я не удивлен? - Просто пиши о серьезном. - рука "недо-критика" легла на голову "недо-журналиста". - Политика, например. - Тебе не понять. - пробубнил начинающий писатель и, скомкав листочек, кинул его на край стола. - Я старался, работал... - Просто ты не умеешь принимать критику. Да и плохого я ничего не сказал. Вместо ответа парень только поднялся с табуретки и, не начиная что-либо говорить, пошел на кухню. Саша улыбнулся. Он знал, что сейчас будет. - Ну твой ж асфальт! - крик с кухни не заставил себя долго ждать. - Что там? - делая вид абсолютно невинного, парень уже мысленно обшаривал квартиру в поисках выходов для экстренной эвакуации. На всякий пожарный. Вместо ответа в двери, ведущей в комнату, нарисовалось злобное, яростное создание, одним только взглядом метавшее молнии. В его правой руке был нож - похоже, юноша собирался нашинковать не только колбасу для бутербродов. - Я. Тебя. Спрашиваю. - тщетно стараясь успокоиться и выговаривая каждое слово, прибывший напоминал сейчас немного тронувшегося умом, который только-только учится говорить самые простые слова. Сходство придавали синяки под глазами, разбитая нижняя губа и взгляд вампира-убийцы. - О чем? - Саша принял вид ни в чем неповинного ангелочка, который только что прибыл на землю с целью дарить людям лучи добра, дружбомагии и поней. - Я вчера пожрать купил. Вопрос. Где еда? - В холодильнике посмотри. - Её там нет! - А ты тот холодильник открыл? - У нас он только один! - А точно именно ту дверцу? А то там еще морозилка есть... - парень в открытую издевался. Но, судя по волнам отрицательных энергочастиц, исходящих от троллируемого, эти волны по топят его, разъедят, подобно серной кислоте, а после захоронят на веки-вечные в своих недрах. В прямом смысле. Успокоившись, юноша вздохнул и вернулся обратно ни с чем. Видя, что все бесполезно, он уже перестал предпринимать какие-либо попытки. Как только он скрылся за дверным косяком, Саша достал свой рюкзак, в котором хранились его вещи для тренировок. Из кармашка, находившегося сбоку, юноша достал пачку KitKata и, спрятав за спиной, решил немного порадовать отчаившегося бедолагу. Этот "бедолага" сейчас на кухне пил чай. Вид он уже имел довольно-таки мирный, а агрессией не веяло вообще, как сиренью в декабре. Саша присел рядом. Его рука легла на плечи юноши. - Это тебе. И успокойся. - он протянул ему сладость. В глазах писателя "розовых соплей", отягощенных небольшими мешками от недосыпа, проявилась некая искорка радости. Он любил их. А Саша любил его. Это была вторая неделя, как они жили вместе. И все же. Судьба существует?