Цветы с блинами для любимой дамы

Сегодня было очень хорошее утро. Потому что любое утро выходного дня у Хван Чан Сона автоматически становилось хорошим. Мужчина немного повернулся, чтоб не потревожить сон спящей рядом женщины, и осторожно вылез из-под ее руки, приподняв лежащую поперек груди конечность. Боже, как он вставал! Да он так на концертах не изгибался, как пытался сейчас встать с постели и не заскрипеть какой-то вражеской пружиной в матрасе. Чан был уверен, что Соня в отместку поставила ее там, чтоб просыпаться каждый раз, когда он вставал, потому что в начале совместной жизни, когда его музыкальная карьера была на взлете, он частенько пропадал посреди ночи или, наоборот, приходил ранним утром. Сам он как-то привык к такой жизни, но Соня почему-то все время старалась встречать его и провожать. Русская женщина-загадка... Но вот препятствие в виде своего же ложа преодолено и Чан в полной темноте крадется к двери. Окна их спальни зашторены, потому что Соне не нравилось, что они выходят прямо на дом, где проживали теперь чужие люди, а когда-то там обитали все остальные члены банды под названием 2РМ. Те вечно любили что-нибудь этакое покричать по утрам. Чан споткнулся раз, другой, потом ушиб коленку о передвинутый туалетный столик, на котором они вчера занимались любовью, и, наконец, поскользнулся на брошенном шелковом белье Сони, которое та порывалась одеть перед сном. У нее, конечно, ничего не получилось, потому что стоило Чану поймать ее выходящей из спальни их дочери и затащить в спальню, как тонкая тряпка полетела на пол, а женщина оказалась прижата спиной к его груди, немного возмущенно что-то мурлыкая и царапая ноготками его бедра. -Ууу, какие мы сегодня нетерпеливые,-она повернулась в его руках и прижалась к его груди своей, как всегда, восхитительно мягкой, провоцирующе скользнув рукой по его телу, потом обняла его за шею, для чего ей пришлось встать на носочки. Ему всегда нравилась их разница в росте. Он был высок и поджар, а она маленькая и пухленькая, как вкусная булочка. Уже прошло столько лет, а он все облизывался, глядя на нее. То, что последовало дальше было вполне логичным завершением дня для живущих вместе мужчины и женщины. Жаркие объятия, приглушенные стоны, хотя стены были плотными, а дети большими, прикушенные губы, ее красивое тело поддающиеся на толчки его тела... Чан снова поскользнулся и взял себя в руки. Вполне логично было бы залезть обратно в постель и прижаться к ней, но он мужественно нащупал свои штаны на полу и натянул их. Затем стараясь не шуметь, выскользнул из комнаты. Кухня... он всегда любил эту комнату в их доме. Здесь они собирались всей семьей. Особенно последние несколько лет, когда он отошел от шоу-бизнеса и занялся своими многочисленными делами. Здесь дети делали уроки, следя, как их мать что стряпает. Здесь в полной темноте эта чертовка Соня не раз соблазняла его на том самом столе, который когда-то стоял в доме парней, но потом Соня с глупой улыбкой попросила парней отдать его им. Те, конечно, согласились. Ведь, черт возьми, каждый знал, что конкретно на этом столе Чан и Соня учудили. Мужская солидарность и все такое. Чан Сон поймал себя на мысли, что уже пять минут стоит и пялится на стол. Собственно, и очнулся он от того, что его толкнул сонный Ян, прошлепавший босыми ногами к холодильнику,доставший воду и теперь пьющий ее. Он скашивал заспанные глаза на отца. Мужчина почему-то подумал, что девятнадцать лет назад он выглядел также. Те же густые темные волосы, то же нос, те же губы, те же глаза, только голубые, тоже стройное спортивное тело. Чан хмыкнул. Он и не догадывался, что так старался, делая этого парня его мамочке. Кстати, о мамочке. -Ты чего так рано?-Ян глянул на часы и почесал спину. -Дело есть. Дед звонил... -Да?- парень сразу оживился. Любовь к деду была бесконечной. Чан не разделял ее, но уважал Сониного родителя. Через пол часа оба мужчины стояли белые. Кухня была засыпана мукой. На столе горсткой лежали скорлупки от яиц, а на красивом блюде высилась приличных размеров башенка из блинчиков. -Достань сметану,-едва пересилив смех, шепнул Ян. -Как вы едите эту гадость?..-для Чана по прежнему было загадкой каким образом эта белая кислая гадость вызывала безумный восторг у сони и Яна. Слава богу, что дочь росла истинной кореянкой. Тем не менее эта кислятина не переводилась в их доме и Чан смирился. -С удовольствием!Главное, что мама любит! -Естественно. У нас доме все главное, что мама любит,-проворчал Чан, но поплелся к холодильнику. -А мама говорит тоже самое про тебя. Ей же пришлось научиться делать кимчи. -Ладно. Мы оба главные,-отец потрепал сына по волосам, от чего тот возмущенно вынырнул из-под его руки.-Давай убираться, а то... Соня сладко потянулась в постели. Тело легонько ныло после вчерашнего приятно проведенного вечера... ночи... В общем, она была рада, когда ее Чан начал проводить ночи дома. Это было... приятно. Как минимум. Она провела ладонью по кровати рядом с собой. Пусто. В туалет пошел? Соня перевернулась на бочок и приготовилась снова заснуть. Все равно, когда он вернется, он прижмет ее к себе, обнимет крепко-крепко и чмокнет в волосы. Приятные объятия развратника Морфея, единственного мужчины, с которым Чан позволял ему изменять, начали погружать ее в сон, когда словно обухом огрел дверной звонок. Дети спали. Чан Сон в туалете. Надо поторопиться. Соня выскочила из кровати и на ходу завязывая пояс халата помчалась по лестнице к дверям. -Мама!-остановил ее оклик сына. Соня остановилась и обернулась. Ее сынок судорожно что-то сгребал со стола. Темная футболка заляпана чем-то. Мука в волосах... -Что здесь происходит?-она успокоилась. Ян Сон начал было говорить, но тут входные двери открылись и показался Чан. Он не видел сони и ей стало смешно, как он старался не шуметь. В руках он сжимал красивый букет тюльпанов. -Этот старик тренирует меня что ли?-ворчал он.-Какой дурак заказывает доставку цветов на шесть утра?! Чертов старикашка! -Папа.. -Что?!-Чан, наконец, посмотрел в сторону кухни и заметил Соню, сложившую руки на груди и постукивающую ножкой по полу. -Тут Мамай прошел? Мужчинам не надо было объяснять, что Соня имеет в виду разгромленную кухню. -Любимая,-Чан подошел к ней и вложил в ее руки букет, чтоб отвлечь ее цветами и их приятным запахом.-Тут звонил твой отец... В общем, с 8 марта тебя! -Ох,-Соня вздохнула почувствовала, как глаза наполняются слезами от любви к этому мужчине. Она и не поняла, когда Чан развернул ее к лестнице и начал подталкивать в направлении спальни. -Родители... они такие родители,-Ян Сон умиленно смотрел на них. Какие они вечно влюбленные, его папа и мама. Это ощущение в его семье делало Яна счастливым. До того момента, пока он не увидел, как отец, обнимая мать одной рукой, другой машет ему, мол, порядок за тобой. Вот тебе и праздник... Ян Сон терпеливо принялся дальше убирать этот бардак. Встать пораньше ради мамы, так повеселиться с отцом, потом вкусно поесть со всей семьей. Это ли не праздник?!