Треугольники

Рицка. Разговор с сенсеем был трудным, особенно после того, как Ритсу назвал Нисея калекой. Я уж подумал, что Боец разнесет в щепки весь кабинет. Пришлось применить силу, но не душить его, как это не раз делал Сеймей, а погладить по внутренней стороне бедра. Вспоминаю огромные глаза Нисея. Ох, дорого обойдется мне его молчание в кабинете. Но, думаю, Соби в обиду меня не даст. Перевожу взгляд на Соби. Кажется, он в курсе моей выходки и его это веселит, а вот Ней кипит, как чайник. Обнимаю за талию Нисея одной рукой, другой обнимаю Соби. – Соби, перенеси нас домой. Миг, искривление пространства и мы уже дома. Пытаюсь быстренько смыться. Не удалось. Ней хватает меня за руку. – Рицка, тебе не кажется, что надо кое о чем поговорить? – Ней, а давай попозже. Я устал. – Нет, многое необходимо решить, от этого будет зависеть, как мы сработаемся в бою. Останавливаюсь и больше не вырываюсь. Нисей прав, настало время все выложить на чистоту. Соби, прости меня, я долго откладывал этот разговор. – Да, ты прав, идите за мной. Поднимаюсь в гостевую комнату. Здесь большая кровать, на которой мы можем втроем разместиться. Чувствую, что разговор затянется и вытянет все нервы. Располагаюсь в центре кровати. – Садитесь. Они присаживаются по обе стороны от меня. – Я хочу выяснить все. По себе знаю, чем больше в паре доверия, тем она сильнее. У нас много тайн, и от этого мы уязвимы. Итак, хочу услышать на все мои вопросы правдивые ответы. Сначала прошу, но если понадобится, прикажу. Соби, ты смотришь на меня глазами побитой собаки. Знаешь, что я сейчас спрошу и от этого тебе больно. Беру тебя за руку. Она холодная и безвольная. Крепко стискиваю. – Что произошло в тот день? Тебе приказал это сделать Сеймей? - ты молчишь. Ох, Соби. Ну не хочу я тебе приказывать, но, видимо, придется. – Я приказываю, Соби, рассказать, что заставило тебя так поступить, - вижу твое отчаянное противостояние моему приказу. Молчишь, только сильнее стискиваешь зубы. – Вот видишь, Рицка, он тебя за Жертву не считает, - говорит Нисей, из-за чего получает от меня подзатыльник. Но эти слова сломали-таки твой барьер, Соби, я вижу это. – Соби, еще раз повторяю: тебе Сеймей приказал? – Нет, - едва слышу ответ, - я сам, изнасиловал Нисея. Нисей дергается, приходится другой рукой уже ухватиться за него. Большим пльцем руки глажу запястье Нея, успокаивая и прося не вмешиваться. Он постепенно поддается. Мысли путаются, если брат не приказывал, тогда, что толкнуло его на такой поступок. Думай, Рицка, думай, сейчас от тебя зависит все. Мысль влетает, как молния. – Тогда, что тебе Сеймей предложил взамен? Соби опускает голову еще ниже. Я не тороплю, даже задерживаю дыхание, неужели я ошибся? – Свободу, - все-таки слышу ответ. Фух. – Значит, он пообещал тебя отпустить? – Да, к тебе, – заканчивает Соби. Смотрю в его глаза. Я понимаю, но как мне это донести теперь до Нисея? Перевожу на него взгляд, он задумчив. Вижу, что принял какое-то решение. Меня это пугает. Что он решил? – Ней, ты хочешь что-то сказать? - забрасываю первый камушек. Надо его разговорить. Лучше пусть выскажется, а не опять закроется в своей скорлупе. Ней резко поднимает голову, в глазах решимость. Черт, я боюсь, что он сейчас скажет? – Агацума Соби - кун, - начинает он, а звучит, как вызов на поединок, - я прощаю тебя, знаю, каково быть вещью для Сеймея, по себе знаю, а ведь ты был в паре с ним дольше и ради Рицки… - дальше его голос срывается, но на меня такое облегчение наваливается, что слезы катятся градом. Это уже истерика от всего перенесенного. Нисей бросается ко мне. – Рицка, что случилось? - пытается заглянуть в глаза, и в это время Соби тоже, видимо, решил это сделать. Вы стукаетесь лбами надо мною. Мне кажется, что я слышу звон или у меня в голове шумит? Реву, не переставая, не могу остановиться: усталость этих дней, переживания, нервы - все выливается в этот поток. Соби щупает свой лоб и обращается к Нисею: – Кажется, это истерика, пойду поищу чего-нибудь в аптечке, а ты тут посиди. Ней согласно кивает головой и в немом шоке смотрит на меня. Соби выбегает из комнаты. В голове проносится: только бы ноги себе не поломал, а то представляю, как мы через неделю возвращаемся опять к тому же доктору с новыми переломами. И вместо смеха снова слезы. Блин, мне же не двенадцать лет. Рицка, успокойся, а то вон, Нисей уже испуганно на тебя косится. – Рицка, - рукой, осторожно трогаешь мое лицо, - маленький, я тебя чем-то обидел? Чуть успокаиваюсь. – Вот хоть ты не говори, чтобы я тебя наказал. – Ну, в принципе, ты же моя Жертва… - начинает он, и я срываюсь уже на хохот. Все, они меня довели. Соби быстро входит, смотрит на теперь уже хохочущего меня и топчется возле кровати. – Нисей, что ты ему сказал? – Отвали, Соби - кун. Я не знаю, предложил меня наказать, если я его чем-то обидел. – Понятно, - вздыхает Соби, - это у него натуральная истерика, держи стакан с водой, а я попытаюсь дать ему успокоительное. Тихонько уговаривая и гладя меня по голове, Соби пихает в рот таблетку и тут же Нисей, чуть не вылив на меня весь стакан с водой, пытается дать запить. – Придурки, - уже бурчу, - оба придурки. – Ну вот, теперь очередь за руганью. Соби, и как часто с ним такое? - спрашивает Ней. – А что, – тут же влезает моя вредность, - хочешь Жертву поменять? Вижу по глазам, что обидел. – Прости, Ней, я просто сейчас не в форме. – Да ладно, я все понимаю, Рицка, я не хочу уходить от тебя, разве что ты сам… – И не мечтай, не отпущу ни тебя, ни Соби, а если и природный объявится, то вообще будет весело. – Да уж, - говорит Соби, - ты хоть объясни, с чего это мы придурки? – Да вместо того, чтобы пихать в меня всякую дрянь, лучше бы поцеловали. Застыли оба, так натурально, прямо загляденье. Начинает клонить в сон, что за гадость ты мне дал, Соби? – Когда отомрете, никуда не уходить, сидите рядом и думайте над своим поведением, а я посплю.