Треугольники

– Рицка, я могу сегодня вечером пойти в клуб? – Конечно, Нисей? А что ты там делаешь? - вопрос вырвался прежде, чем Рицка успел закрыть себе рот. У него были предположения о том, чем занимался там Боец. – Я пою в группе, правда не уверен, что они примут меня, ведь давно не появлялся и ушел, не объяснив ничего. Возможно у них уже другой солист, - глаза стали грустными. – Ней, тебе нравится петь? – Да, ты не против? – Конечно не против. У Соби есть рисование, я интересуюсь психологией и рад, что ты чем-то увлекаешься. А хочешь, могу с тобой сходить, для поддержки. – Давай лучше тебя и Соби приглашу на наше выступление, если меня возьмут назад. – Я уверен, что все будет хорошо, иди. Скажи, а Сеймей знал, что ты в клубе поешь? – Нет, конечно. Это был единственный глоток свободы. И если бы он о нем узнал, то запретил бы. Нисей выскочил из дома в отличном настроении. – Ну, Рицка, и чем бы ты хотел заняться? – Увидишь, - загадочно ответила Жертва, - и, Соби, не двигайся, хорошо? - уточняет, руками расстегивая рубашку Бойца. Соби замер на месте, внимательно наблюдая за расшалившейся Жертвой. – Моя маленькая Жертва решила поиграть? – А что, ты против? - глаза с хитринкой смотрели на Бойца. – Я весь в твоей власти, ты можешь делать со мной все, что хочешь. Рицка снял с Соби рубашку, расстегнул пуговицы на брюках и потянул. Соби приподнялся, помогая снять брюки и белье. Теплые руки начали с путешествия по лицу, исследуя все, что успели запамятовать за полгода разлуки. За руками начали вспоминать губы. Медленно опускаясь на грудь, не спеша, направлялись все ниже и ниже. Тело Соби напряглось, ему всегда нравилась такая сладкая пытка Рицки. Желание постепенно завладевало телом, а Жертва все продолжала вспоминать. Жар разливался по телу, с каждой волной все сильнее и сильнее. Член налился кровью, спина выгибалась сильнее в попытке прижаться к такому желанному телу Рицки. Эта пытка приносила наслаждение, хотелось впиться губами в губы своего мучителя. Сдерживаться становилось все сложнее. И когда мягкие губы коснулись стоящего члена, стон вырвался из горла. – Рицка, разреши мне двигаться. – Нет, Соби, не разрешаю и приказываю оставаться без движения. Голова нырнула к паху, и требовательный язычок пощекотал головку. Крышу окончательно снесло. Пытка переросла в истязание, тело пылало желанием, руки сжались в кулаки. Перед глазами запорхали разноцветные бабочки. Рицка поднял голову и улыбнулся, ему хотелось видеть лицо любимого в такой момент. Ему нравилось так мучить своего Бойца, но свое желание было уже трудно удержать. Перебирая коленями, Жертва подползла к лицу. – Да, - ответил на молчаливую мольбу Бойца. Его схватили родные руки и опрокинули на спину. Требовательные губы впились в распухшие губы Рицки. Соби трясло, остановиться сейчас невозможно. Он целовал каждый кусочек лакомого тела. Закинув ноги себе на плечи, Соби опустился вниз, язык скользнул по головке, не останавливаясь, облизал яички и пробежал по ложбинке между ягодиц, к такому манящему колечку. Рицка стонал, руками зарывшись в волосы Бойца. Желание обоих сжигало и требовало большего. – Соби, ну же, я так долго этого ждал, - каждое слово приходилось выталкивать из горла. Боец подчинился, приставив свой член к входу, медленно начал входить. Приходилось прикладывать все силы, которые были, чтобы не войти сразу и полностью. Медленно погрузив весь член в такое желанное тело, Боец и Жертва поменялись ролями, теперь Соби мучил своего любимого, неспешными движениями, препятствуя все попытки ускорить темп. Они наслаждались их единением чувств и желаний. Когда ты любишь и любим, желаешь и желаем, в этом мире, ты больше не одинок. Ради такого стоит пройти ад. И ад для них двоих закончился. Все же Соби поддается желанию тела и ускоряет темп. Последние движение, разряд тока по мышцам и такое облегчение, ощущение нереальности всего происходящего. Руки продолжали скользить по телам друг друга, обмен поцелуями. – Соби, мне так хорошо с тобой. Я люблю тебя. – Я тоже люблю тебя, мой котенок. – А теперь спим, - говорит, зевая во весь рот, - но под утро можно повторить, я еще не насытился тобою. Боец улыбается и зарывается носом в волосы своего котенка. Рицка, оказавшись в коконе рук Соби, засыпает.