Секрет «Аптекаря Сатаны» +11

Джен — в центре истории действие или сюжет, без упора на романтическую линию
Pet Shop of Horrors

Основные персонажи:
Граф Ди I (Софу Ди), Граф Ди III
Пэйринг:
Ди третий, Софу Ди, Кирин
Рейтинг:
PG-13
Размер:
Мини, 3 страницы, 1 часть
Статус:
закончен

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
Зарисовка о небольшом инциденте, произошедшим с третьим графом Ди в Ватикане, сделках с Дьяволом и слишком увлеченных своей работой историках.

Посвящение:
Для Чжан, которая заказала: джен-историю про Кирина с оригинальными персонажами, желательно, но необязательно использование истории 20 века, но не немецкой.
Но с 20 веком не получилось.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Текст старый. И беты нет. Но он напоминает мне замечательные междусобойчики в фандоме ПетШопа.
16 мая 2014, 19:21
После спешного отъезда из Берлина третий граф Ди побывал в Вене, Праге, Брюсселе, Мадриде, Париже, Бухаресте, Копенгагене, Талине, Стокгольме и Гааге. Но задержаться где-то больше месяца оказалось невозможно. За спиной маячил силуэт детектива, которому ни в коем случае нельзя было попасться на глаза. По крайней мере, граф старательно убеждал в этом себя и обитателей Магазина, раз за разом срываясь с места в очередное путешествие. А что ему просто не было уютно ни в одном из этих аккуратных почтенных городов, то конечно вина самодеятельной погони детектива, а вовсе не назойливой червоточины – мысли: «Дом не здесь».
Следующей остановкой станет Венеция. В паутине её каналов и молчаливой обречённости обязательно найдётся место ками с ворохом чудес в рукаве. Но Венеция будет потом, через неделю или две, ведь нужно сильнее запутать следы и оторваться от преследования детектива. Поэтому, а вовсе не наоборот, как бездумно предположил Тенко, граф приехал в Ватикан. Городу-государству Святого Престола Магазинчик чудес не нужен, за ними здесь ходят в церковь. И совершенно не замечают, что чуда не происходит. Ватикан не нуждается в ками, и ками не нуждается в нём. Поэтому, Ди дни напролёт бродит по городу, наслаждаясь ощущением собственной ненужности и непричастности.
Должно быть, благодаря этим непривычным успокаивающим чувствам, в которые он погрузился, как в глубокий спасительный сон, только спустя неделю граф понял, что за ним следят. И следят неумело, не первый день, не детектив. Человек шёл в толпе за тремя-четырьмя спинами после него, нырял в переулки, тупики и подъезды, чтобы не быть замеченным, но скрыть интереса не мог совершенно. И графу стало любопытно.
На закате десятого дня в Ватикане Ди свернул в глухой тупик и исчез. Минут через десять появился немолодой итальянец, высокий, грузный, запыхавшийся. Он рассеянно огляделся, подождал и, не выдержав, начал простукивать стены. Ди улыбнулся и соскользнул на землю, перекрывая единственный выход.
- Зачем вы за мной следите? – Ситуация казалась смешной, и то, как испуганно вздрогнул человек, только больше развеселило графа. – Не отпирайтесь, из вас никудышный сыщик.
Последнее слово колючкой прокатилось по языку, Ди закусил губу. Человек же понял это по-своему, подскочил к графу и заговорил очень быстро, горячо и путано.
- Не пугайтесь, сеньор! Я, Луиджи Бонати, историк и теолог. Не хотел вас напугать. Я работал с документами в закрытых архивах папства. Вас я просто увидел во вторник около полудня, рядом с кондитерской «Dolcézza». В дневниках церковного хрониста XVI века – Гапара Боназзи – упоминается невероятное! Я, как вас увидел, сразу подумал, что вы можете что-то знать!
- Не понимаю. – Ди насторожился. Назвавшийся Луиджи Бонати больше всего напоминал фанатика – лихорадочный блеск глаз, бессвязное бормотание, опасная, не терпящая возражений, убеждённость. Не лучший собеседник даже для праздной траты времени. Граф отступил назад. Итальянца, будто холодной водой обдало. Он встрепенулся, заморгал, словно только проснулся, и успокоился.
- Простите, я так взволнован. – Медленнее и степенно, как приличествует возрасту, Луиджи продолжил, беспомощно улыбаясь. – В хрониках, что я изучал, содержатся очень интересные и важные сведения. И я думаю, вы можете помочь разобраться в них.
- Я? – В свою осведомлённость Ди не поверил, но интерес вернулся.
- Да-да, я уверен, вы всё поймёте, если согласитесь взглянуть на них.
Бонати чуть склонился вперёд и переступил с ноги на ногу.
- Пожалуйста, не отказывайтесь!
- Хорошо.
Почему бы и нет? Взяв себя в руки, человек стал совершенно другим - увлечённым своим делом и оттого немного ненормальным. Но с людьми это часто бывает. Погружаясь в работу, они могут забыть про отдых, сон, пищу и даже собственную жизнь. Быть может, изыскания Бонати смогут развеять пресыщенный спокойствием вечер.
Спустя час граф оказался в заваленном старинными монографиями, рукописями и бумагой кабинете. Виновато улыбаясь, Бонати спихнул стопку документов со старого продавленного кресла, предложил гостю сесть. Ди пристроился на самом краю, опасаясь утонуть в обитом твидом чудовище. Немолодая женщина принесла чай с печеньем «Dolcézza», поставила на стол поверх бумаг и, скосив на графа подозрительный взгляд, молча вышла. Бонати снова извинялся протягивая Ди чашку и печенье.
- Итак! – Наконец важно сказал он, скормив гостю все сладости и дважды подлив чаю. – Перейдём к делу.
Перед лицом графа оказались копии исписанных аккуратным почерком страниц, местами выцветших, с надорванными или вытертыми краями - явно старых.
- Это труд Боназзи. Простите, копии плохого качества. – Бонати отложил листы на стол. – Я расскажу по порядку. Гаспар Боназзи занимался исследованиями касаемо Родриго Боржия – папы Александра VI. Вокруг этого человека и его семьи, и тогда и сейчас, невероятно много слухов. Боназии было доверено разобраться.
- Зачем? – Ди с интересом смотрел на Бонати.
- Это не так важно. – Пробормотал тот, но, спохватившись, продолжил. - Хотя, что это я, если желаете знать, значит важно. Юлий II планировал посмертное отлучение своего давнего врага от церкви и собирал доказательства. Суд не состоялся и сам факт практически не упоминается в истории. Считается, поэтому работа Боназзи под замком. Но я так не думаю. Собирая слухи и свидетельства современником – слуг, служителей церкви малых рангов, наёмников – кого смог найти, Боназзи сделал удивительные выводы.
Бонати наклонился вперёд, вытягивая шею, и, понизив голос, сообщил.
- Слухи о том, что Боржиа помогали тёмные силы - правда. Возвышение Родриго началось внезапно и стремительно, будто кто вёл его за руку мимо всех ловушек и опасностей. Оппоненты погибали от загадочных ядов, которые так и не смогли определить, или исчезали. Слуги, в разные года и в разных городах, утверждали, что иногда из покоев Родриго доносился топот копыт, но животное там не могло бы поместиться. Несколько человек слышали тихие разговоры в кабинете или спальне, хоть их хозяин совершенно точно был один. И самое странное и страшное, что голос собеседника то делался тоненьким и звонким, как у молоденькой девушки или ребёнка, то становился глухим и низким, рокочущим, как гром. Приближённые недоумевали, как Александр VI мог поддерживать связь с сыном - Чезаре, когда тот был у французов в качестве залога лояльности папы. Изучив все рассказы, карты и хроники, Боназзи пришёл к выводу, что и побег Чезаре - дело рук Сатаны. Не нашлось ни одного свидетеля или участника этого побега, а в одиночку выбраться не смог бы ни один человек. И, однажды, дочь Родриго – Лукреция - видела таинственного собеседника! Она услышала шёпот в спальне отца и ворвалась к нему, по словам Боназии, движимая ревностью к очередной любовнице. Её крик перебудил весь дом. Белую, как мел, полубезумную от ужаса, Лукрецию увели в её комнаты, а на следующий день отправили в монастырь. Там она и оставалась до конца жизни. Этот факт тоже не упоминается в официальных хрониках, но Александр VI объявил её сумасшедшей и запретил любые контакты с людьми. Однако некоторые сведения сохранились, Боназзи нашёл слугу, что помогал увести Лукрецию в её покои. Он долго отказывался говорить, но, в обмен на отпущение грехов, согласился. Слуга рассказал, что Лукреция в бреду повторяла, будто видела рядом с отцом Дьявола – жуткое существо, покрытое чешуёй, с телом лошади, мордой дракона и рогами оленя!
- А что же случилось после той ночи? – Ди перебил Бонати, не слишком красиво, но очень учтивым тоном.
- После удача отвернулась от семьи Боржиа. Родриго и Чезаре были отравлены. Первый скончался, а второй утратил влияние, бежал и всё равно был убит. Словно силы, что почти привели Боржиа к абсолютной власти в Италии, оставили их.
- Нарушение контракта неизбежно влечёт расплату. – Граф тихо промурлыкал, но Бонати услышал.
- Я был прав! – Он вскочил со своего места. – Это были вы!
- Прошу прощения? – Ди не понравилось, как переменился собеседник, снова вернулся фанатичный огонёк в его глазах, затряслись руки.
- Одно из самых ранних свидетельств! Я специально не упоминал! Незадолго до начала возвышения Родриго к нему приходил человек. Незнакомца, укутанного в плащ с низко надвинутым капюшоном, видело несколько слуг, а один смог разглядеть лицо и не забыл его до самой смерти! Незнакомец был как видение, невозможное в нашем мире – тонкий, бледный, будто не видевший солнца, с плавкими и одновременно острыми чертами лица, небывалыми глазами, вытянутыми, будто у щурящейся на солнце кошки. Это были вы! Я понял это, когда увидел вас! Это вы помогли Родриго заключить контракт с Преисподней! - Бонати схватил графа за плечи, алчно вглядываясь в его лицо.
- И вы поможете мне! С той силой, что получил в помощники Родриго, я поднимусь на самый верх! Я добьюсь власти и могущества! – Бонати трясло, как в лихорадке. Из глаз исчезла осмысленность. Он убеждённо, будто сокровенную тайну прошептал. – Ведь вы поможете мне.
- Боюсь, нет. – Ди легко сбросил руки человека и встал. – Кирин не выбирал вас.
Бонати потянулся скрюченными пальцами к шее графа. Но сам захрипел, захлёбываясь пыльный воздухом кабинета и грузно осел на ковёр. Ди обошёл тело, взял со стола бумаги, аккуратно свернул их и спрятал в рукав.
- Жаль, что вечер не получился. Но, всё равно, благодарю вас, господин Бонати. Завтра вы не вспомните ни меня, ни труды Боназзи.
Той же ночью граф отбыл в Венецию.