Zero

— Серёга! Ты где? — оклемавшийся Антошин, потирая ушибленный затылок, шел вдоль стены. Завернув за угол, Дэн обнаружил коллег, сидящих на земле.  — Да не ори ты, — прошипел Глухарев, вытирая кровь из разбитой губы. К его удивлению, все остальное было целым, ныло от ударов, пусть и не сильных. Ольга, оставленная сидеть на каком-то ящике, тряслась от страха и холодного ветра, пытаясь запахнуть пальто, с оторванными пуговицами. Уже через пару часов трио вышло на дорогу, по которой пошли в Москву. Проезжавшие мимо автомобили даже не собирались останавливаться, чтобы довезти девушку и двоих мужчин до первопрестольной. — Странно, что они деньги оставили, — задумчиво сморщил лоб Глухарев, убирая «лопатник» во внутренний карман. — Блин, попали мы, — бухтел Денис, то и дело потирая ушибленную голову. — Диня, не нуди, я тя умоляю, — искренне попросил друга Сергей. И без того было муторно. Дэн, не смотря на возмущение, шел быстрее, а Глухарь, обняв за плечи Олю, шел чуть позади. Если для друзей подобные переделки были почти привычным делом, то для Авдеевой такое было едва ли не в первый раз. — Ребят, долго еще? — замерзшая, с подтеками туши на лице, лейтенант больше всего хотела оказаться в тепле и покое. — Не очень. Главное до остановки дойти, — оптимистично прогудел Серега, вглядываясь в окружающий пейзаж. Шум машин становился громче, а на небе, предательски затянутом тучами, словно по заказу появились проблески.

***

Черная Инфинити неслась на приличной скорости, по на удивление, не вставшему шоссе. Стас, ткнув в одну из кнопок на приборной панели, включил печку, подумав, хотел было включить радио. Но передумал, погружаясь в не самые радужные мысли. Через сорок минут они оказались в отделе. Станислав Михайлович отправился решать проблемы с очередными представителями криминального мира, а Ирина Сергеевна разруливать все то, что с утра пораньше успели принести терпилы и родные подчиненные. Не успела рыжеволосая женщина скинуть пальто, как к ней в кабинет постучались. — Войдите, — отозвалась Зимина, нервозно перекладывая бумажки. На пороге маячил Агапов, с подбитым глазом и возмущенным лицом. Дар речи снова покинул Иру, при виде «фонаря». — Ирина Сергеевна, Воронов превышает полномочия! — взмахнул руками Андрей, призывая начальницу к активным действиям. — Вы что подрались? — возмутилась Ирина, глядя на штатного клоуна отдела. «Цирк уехал, а Андрюшеньку мне оставили.Вот же чудо. Только его и не хватало сейчас, ко всем проблемам» — в который раз за время работы подумала Зимина. — Он первый начал! Я просто шел, а он. — обиженно протянул старлей, касаясь пальцами синяка. — Агапов, иди работай! Или у тебя дел мало? Могу еще несколько подарить, — усмехнувшись, предложила Ира. — Ухожу-ухожу, — Андрей, выглядевший разнесчастным, вышел к двери. Рассерженно отодвинув от себя папку с документами, Зимина посмотрела на часы, вздохнула, зачем-то покрутила в руках телефон, заправила за ухо рыжую прядь, и только после этого принялась к подписи бумажек. Подполковник, вернувшись в кабинет, откинулся в кресле, и стал перебирать варианты расправы над Морозовым И.Е. После детальных и кровавых планов, поиска и договора с няней для Леонида, перерыва на кофе, Стас понял, что так или иначе, Морозов ответит за всю ту хрень, что творится в отделе, по его милости. Они и без того непозволительно долго тянут, пока бывший детдомовец торгует наркотой, и вообще, ведет себя непотребно. Прерывая бумажную работу, Карпов то и дело набирал номер Антошина. Механический голос сообщал, что абонент не абонент, а Станислав, после третьего раза, отложил телефон в сторону. Смутная тревога достигла своего апогея в начале шестого вечера, и подполковник, накинув поверх рубашки пиджак, решил пройтись до кабинета начальницы ОВД. Рыжая, как выяснилось давно не находила себе места, то и дело крутя в руках телефон, и получая в ответ стандартную фразу оператора, отшвыривала его подальше. — Слушай. Тут явно что-то не то. Кто вызывал Глухарева? — Стас прошел к стульям, стоящим у двери, и устроившись, сцепил пальцы в замок. — Какой-то офис за МКАД, — Зимина, постукивая карандашом по папке, задумчиво уставилась в окно, за которым уже давно зажглись фонари. Глухарев, бывало, и раньше не отвечал на звонки, но чтобы так долго. В общем, каждый из них тревожился о коллегах, особенно в свете последних событий. Мысли, как всегда были только о плохом. Просидев так еще некоторое время, подполковники снова принялись за работу. Сделать они ничего не могли, а так хоть рутины становилось меньше. Начальник СКМ, взвинченный сильнее, чем казалось внешне, пролетел почти бегом до дежурного, и взяв ключи от допросной, с пользой для себя и для дела, допросил очередного наркомана в лучших своих традициях. На выходе из допросной Станислава подловил Юра. Обычно невозмутимый опер выглядел настолько ошарашенным, что сразу стало понятно — что-то еще случилось. — Стас, Диму ранили. Они на задержании были, псих один открыл стрельбу. Нужна третья отрицательная, Воронов в тяжелом состоянии, — от подобных новостей, и без того отвратительное настроение Станислава стало ужасным. Собравшись в коридоре, возле лестницы, подчиненные Стаса решали, и перебирали возможные варианты, кто бы мог помочь. Внезапно, откуда-то сзади, раздался голос одного из клоунов. — У меня третья отрицательная. Кому нужна? — и даже когда Агапов получил ответ, что Воронову, который буквально несколько часов назад украсил его лицо фингалом, следователь попросил его подменить, и уехал спасать коллегу. Едва ноги унесли дурную, но добрую голову Агапова в больничку, на пороге ОВД появилась пропавшая днем троица. — Стас, тут такое дело… — начал опер издалека. Те несколько шагов, что разделяли Стаса и коллег, попавших в передрягу, стали для подполковника ключевыми за весь день. Не смотря на то, что все трое были живы, и относительно невредимы, Станислав чувствовал, что готов взорваться от малейшего слова или жеста. Пока они там где-то прогуливались, он тут, покой Зиминоида охранял, следил, чтобы рыжая никуда не свалила. С самого утра он был как натянутая струна, и сейчас ему стоило невероятных усилий просто идти, и не накинуться на Дэна и Глухарева с кулаками, добавив к имеющимся рассечениям и гематомам еще несколько. В качестве профилактики. — Глухарев, ты что охренел? Где вы были? — вскипел Карпов, глядя на «разукрашенных» мужчин и испуганную, молчаливую девушку. — Стасик, не кричи. И без тебя хреново, — пробормотал Сергей, забирая у шокированного Олега ключи. — Мы щас в порядок себя приведем, пойдем докладываться, — вздохнул Денис, вспомнив, что его ударили по голове, машинально приложил ладонь к месту удара.  — Подумайте, что расскажете Зиминой, — напоследок посоветовал Карпов, и пошел в свой кабинет. Авдеева, брезгливо скинув испачканное пальто, медленно побрела в женский туалет. Глухарев и Антошин же закрылись в кабинете Сергея, оттягивая тот «прекрасный» момент встречи с начальницей. Станислав, сделав несколько пометок в ежедневнике, вышел в коридор, не забыв закрыть свою обитель на два оборота. Друзья-приятели уже успели умыться, обработать водкой ссадины, и теперь жадно глотали воду. — А я смотрю, ты на ковер не торопишься, — съязвил Карпов, глядя на лысого коллегу, — Есть идея, как ответить Игоречку на его нехорошие действия, — при упоминании нового начальника СО ОВД «Пятницкий» губы Стаса скривились в недоброй ухмылке. -Ну и что ты там напридумывал? -строго, как мог, произнес Глухарев, посмотрев на целого и невредимого начальника оперов. Но только закончил лысый следователь задавать вопрос, в кабинет, оттеснив Ольгу, вошла рыжая начальница. Позади нее маячила лейтенант, робко поглядывающая на старших по званию. -Вы где бы… -сразу же закрыла рот Зимина, увидев физиономию своего возлюбленного. Начавший было строгую речь, хозяин кабинета умолк, под яростным и возмущенным взглядом своей женщины и их общей начальницы. «Черт, так и знал — сейчас паника начнется» — Серега был не рад грядущей беседе. — Под замес они попали, — Ребята Морозова вызвали Серегу на какой-то левый адрес, мы подъехали, а там бугаи, — Денис, с наименьшими травмами на лице бойко докладывал начальнице, не замечая знаков от Глухаря, что слишком распространяться и вдаваться в подробности. Стас, притулившись на углу стола, «уйшел в себя», а вернулся в обсуждение насущных проблем, выцепив из потока резких фраз Зиминой, слегка невнятные из-за травмы слова Сергея: — Эти отморозки велели никуда не соваться, в противном случае пострадаем и мы, и наши близкие. Отобрали мобильники и мою машину, — закончив рассказ, Глухарев виновато опустил глаза, поглядывая куда-то вбок, и стараясь не смотреть на Зимину. Сейчас она была не только начальницей, но и женщиной, испуганной, замороченной последними событиями. Три смерти в отделе за последние несколько дней все же многовато. — Ир, да успокойся, все нормально же, — клоун засуетился, усаживая рыжую на стул, затем, наливая воды в кружку. — Вечно вляпаешься куда-нибудь, Глухарев! Я с тобой с ума сойду. — Зимина покачала головой, пытаясь успокоиться. Первые эмоции улеглись, и Стас решил, что можно напомнить о своем предложении. — Всю эту хрень нужно заканчивать. И я предлагаю сделать это сегодня. Анонимный звонок, назначить встречу где-нибудь на отшибе., — майор и его вечный друг согласно кивнули, понимая, что имеет ввиду начальник СКМ, — А потом случайно наш дорогой попадет в ДТП, не справится с управлением, — идея устранить оборотня в погонах выглядела не в пример соблазнительнее того, чем жить в страхе за себя и своих близких. Сегодняшние несколько часов начисто отшибли у подполковника инстинкт самосохранения, и Стас был готов прикончить Морозова И.Е. самостоятельно, — Он понял, что ему ничего не будет. Каждого из нас можно зацепить только на страхе за близких, и будем все молчать в тряпочку, — усмехнулся Стас, придвигая к себе стул, и садясь на него верхом. Ирина Сергеевна, до этого молчавшая, возмущенно уставилась на Станислава.