Свиток "о СТА днях".

Я был рад тому, что прочел на свитке, или не очень рад, но получалось так, что я все же могу что-то для нее сделать. Надпись гласила «Жизнь жрицы можно вернуть, если срок её смерти не превышает ста дней». Ясно-ясно. Я начал вертеть свиток из стороны в сторону, пытаясь найти на этой же, обратной стороне хоть какие-то указания. Ну, хоть малейший пинок, че делать-то? Единственное, что стало понятно мне, это то, что надо выполнить еще три пункта до истечения ста дней, тогда, может, и появится продолжение сего послания. Вскоре, минут через двадцать, я бросил эту затею и улегся спать. Сегодня мы спим под одной крышей в открытую, мама, поди, уже и платье ей выбрала. Я-то не против, наверное. Я ведь не представляю дальнейшую жизнь без Анноры. Оп! Оп! Сколько дней уже прошло? Развернувшись к телефону, я посмотрел в календарь и разочарованно вновь упал головой на подушку. Веселухе конец. Завтра в школу! Я ведь больше не больной, и что теперь делать? Попросить освобождение, сказав, что в моем теле живет Жрица Смерти?! Не-не-не! Не поверят же! Придется таскать ее с собою в школу... Интересно, она любит учиться? Дык памяти-то у нее нет, значит, это будет ее первый раз! - С утречком! – прокричал я, заглядывая на кухню. Мама и Жрица уже сидели там. Мама вновь умилилась тому, как мне идет школьная форма, а Аннора смотрела на меня как обычно, будто я не для нее наряжался! Хотя это и правда, наряжался я не для нее, а для школы. Но улыбнуться и сказать «Доброе утро» можно же! А хотя я размечтался, она же бесчувственная и красивая, как кукла. Сильно завтракать я не стал, взял пару бутербродов на ходу - мать уже привыкла к моему сухому питанию по утрам и ничего не сказала. - Идем, хватит засиживаться, - сказал я, находясь одной ногой на улице. - Хорошо, - сухо ответила она и пошла ко мне. Кажется, моей маме Аннора понравилась, иначе она нашла бы к чему придраться. Да хотя б к отсутствию приветствия или прощания. Пройдя два соседских дома, ее любопытство взяло верх, ну, или просто хотела уточнить, чувств-то нет. - Куда мы идем? - В школу, мой больничный закончен. - А я? - Что ты? Ты будешь делать свою любимую работу: сидеть в моей шкуре и смотреть моими глазами, а потом я покажу, как отвратна на вкус еда в нашей столовой! - Мне не нужна еда, - это единственное, что она уловила из моей огромной речи на три метра?! - Пффф. Кто тебя спросит? Тебе по долгу службы положено познавать мою жизнь. Хах! Хитрая. Хотела отвертеться от столовской еды. Не выйдет! Неужели где-то на подсознательном уровне она понимает, что ей предстоит попробовать отравы? Вот я злодей, так злодей! Накормлю бедную милашку школьным хавчиком, глазом не моргнув! Мне бы в ресторан ее сводить, да денег нет, вот и обойдемся малым и невкусным. Я хотел было сказать ей, чтобы не переживала по этому поводу, но, повернув голову, не обнаружил ее. - Спряталась? – поинтересовался я у самого себя. - Это моя работа, - ответила она ранее ей изученной техникой моего рта. - Ну тогда все ок, сиди тихо и наблюдай. - Будто я хотела пошуметь. Ну да, она же не привидение, что-то я ступил. Дойдя до ворот школы, я остановился и мысленно поздоровался с нею, прежде чем войти. Добравшись до класса, я увидел парней и девушек, которые, казалось, совсем не изменились за время моего отсутствия. - Привет Лион! - С возвращением! – услышал я приветственные выкрики одноклассников. - Приветики, - ответил я, подойдя к парням у доски, - чего столпились? - Так ты же не знаешь! На этих выходных мы едем на горячие источники, - далее шел шёпот, - обсуждаем, как пробраться в женскую раздевалку. Ты с нами? Ай-ай. Анноре, наверно, неприятно было слушать такую подлость, она ведь девушка. Что толку шептать, когда в одном из парней живет жрица-красавица, да еще и девушка! - Не-не, я же только, - но тут мне договорить не дали, - конечно, согласен, братаны! - Че? – Все уставились на меня странно, ибо такого диалектизма я раньше не проявлял. Ну, Аннора, ну, подставила! И это называется «у меня нет чувств и эмоций»? Это называется подстава! Я же хотел отказаться! Ах она!.. Я прошел и сел на свою парту, не став оправдываться, начал доставать учебники из сумки, прикрываясь одним из них, я спросил ее: - Что за подстава? - Ничего не знаю, ты сам так хотел. Хотел?! Да ты просто мстишь мне за то, что я поведу тебя не в ресторан, а в столовку! Сто пудово же! Ррр… О! А вдруг у нее начинают проявляться человеческие чувства? Или это идет как часть плана? Очень хитрого плана свыше! Тем не менее, перспектива поездки на горячий источник меня пугала. Но уже не тем, что придется подглядывать за девчонками, которые нам будут устраивать побои, а тем, что она попадет в мужскую раздевалку, вместе с моими глазами! Не дай то бог, чтобы кто-то из парней, сказал чего пошлого, или, того хуже, не показал.