От "А" до "Я"

- Ты ошибаешься, если думаешь, что это того стоило, - говорит Йен. Микки поднимает голову, уверенный, что увидит эту кривую усмешку на губах Галлагера, но тот лишь хмурится, уставившись на свои руки. - Два месяца, Мик, - Йен вздыхает и прикусывает нижнюю губу. - Хотя, я тебя и дольше ждал. Микки снова молчит, шумно выдыхая в трубку. Если бы стекло между ними не было таким грязным, то можно было бы сделать вид, что его нет. Что они просто сидят за столом, скажем, в кафе. А что касается оранжевого комбинезона Микки... Что ж, Милкович никогда ведь не заботился о внешнем виде. Йен прикладывает ладонь к стеклу, прямо как в первый раз, когда он навещал Микки в тюрьме. Милкович усмехается в трубку. - Если сейчас же не уберешь руку... - То ты вырвешь мне язык? - Йен поднимает брови. - Нет. Думаю, я найду твоему языку лучшее применение, - Микки покусывает губу, одновременно показывая средний палец странно косящемуся на них зэку за соседним стулом. - Вот как? Для начала тебе придется выйти отсюда. Поэтому постарайся не заколоть никого заточкой. - Даже если кто-нибудь из этих ушлепков стащит мое желе? - Особенно, если кто-нибудь стащит твое желе, - с улыбкой предупреждает Йен. А потом он опускает взгляд и неловко теребит тонкий браслет на руке. - Я скучаю, - признается он. - Иди уже, - мягко говорит Микки и встает. - Завтра увидимся? - Конечно. Ты ведь и дня без меня не выдержишь, - Микки кидает на Йена такой взгляд, что рыжий впервые радуется, что между ними стекло, иначе ничто не удержало бы Милковича от того, чтобы задушить его. Ну, почти ничто.