Ради общего блага

Только сейчас он понял, что Лира стала слишком много значить для него. При мысли о ее смерти им завладевал липкий страх и хотелось выть от безысходности. Чудилось будто костлявая рука самой Хель сомкнулась на его сердце. Но при мысли о ней живой, здесь, прямо перед ним, Локи охватывала волна слепой ярости и хотелось придушить ее своими руками, выплеснув всю боль и злость. Эта ядреная смесь разъедала разум, словно кислота. Она заставляла его метаться по комнате подобно дикому зверю и крушить все, что попадалось под руку. Раньше весь его мир четко разделялся на друзей и врагов. Все было легко и понятно: одним он помогал, прикрывал спину, поддерживал, других - ненавидел всей душой и старался уничтожить. Но сейчас все было по другому - Лиру ему хотелось поцеловать и убить одновременно. Она не вписывалась в его привычный мир, вызывая сразу и любовь и ярость. Он убил бы ее. Да! И ненавидел бы потом сам себя, держа в руках ее безжизненное тело... "Нет! " - Локи резко швырнул книгой в стену. "Все не должно быть так. Она не должна умереть, не должна..." Внезапная волна ужаса заставила его осесть на кресло. Никто больше не придет к нему, не будет смотреть таким любящим взглядом и говорить таким нежным голосом, если ее не станет. А самое страшное, что винить в этом было некого, кроме самого себя. Все эти мысли все больше загоняли Локи в холодный, липкий омут апатии. За неимением стимула он бессильно погружался в него все глубже и глубже, пока звук открываемых засовов не вытянул его обратно. В камеру вошел стражник, сказавший всего два слова: "Она очнулась." И рука Хель все же отпустила его сердце. "Если я умерла, то после смерти мне совсем не легче," - думала Лира едва очнувшись. Открыв глаза, она еле сдержала разочарованный стон - над ней нависали белые потолки лазарета. Заметив движение к ней тут же подошел лекарь. Бегло осмотрев ее он задал несколько общих вопросов о ее самочувствии и оставил наедине с собственными мыслями. А в этих самых мыслях творился полный кавардак. Больше всего Лира силилась понять, как так вышло, что она все еще жива. Ведь тот самый лекарь строго запретил выпивать больше десяти капель снотворного в день. Решив спросить об этом позже, Лира попыталась встать с постели. Однако при первой же попытке подняться ее одолела внезапная волна слабости. "Без последствий все же не обошлось" - невесело подумала Лира, откидываясь на подушки. "Есть хотя бы время подумать". По закону подлости в тот же момент дверь в палату открылась, впуская царицу Фригг. Совесть внутри тут же подняла свою праведную голову. Лира не сдержала обещания не сдаваться и помочь Локи. И в самом деле, куда пропала вся та решимость, что заставляла ее жить дальше? Как она могла забыть об обещании? Как она могла бросить Фригг в одиночку справляться со всем этим? Только сейчас Лира начала осознавать всю глупость своего поступка. Разве ее смерть помогла бы хоть кому то? К тому же, лишившись жизни она только еще больше подставила бы Локи под удар. Ведь именно его бы обвинили в этом. "Дура, какая же я дура!" Но царица не спешила предъявлять обвинения. Более того, на ее лице сияла улыбка, совершенно не свойственная ей в последнее время. - Ты очнулась, хорошо, - радостно начала она. - Спешу тебя обрадовать, все вышло как нельзя лучше. Твой план просто гениален. Заставить Локи думать, что действительно хотела покончить с собой очень умно. И это сработало! Он всю ночь метался по камере, круша все вокруг, очень волновался за тебя. "Так, стоп. Что? Какой к черту план?" - ошарашенно думала Лира, силясь понять в чем дело. А Фригг тем временем продолжала: - Но мы, разумеется, не сообщим ему о том, что зелье безопасно. Пускай его помучает совесть. И Один это заметил. Я видела, что он немного смягчился к нему. Мы на верном пути, - она ободряюще сжала ее руку. - Ты молодец. Еще немного поговорив с Лирой, подробно описав как именно повел себя Локи узнав о том, что случилось, Фригг ушла. Наконец оставшись в одиночестве, Лира задумалась. То, что разуверять Фригг в ее версии случившегося не стоит, было ясно как день. И то, почему она выжила, тоже было вполне понятно: ни один доктор не дал бы ей в таком состоянии опасное для жизни зелье, это было бы по меньшей мере глупо и неосмотрительно. Зато она осталась жива, чему сейчас была несказанно рада. И готова продолжить попытки спасения Локи во что бы то ни стало.