Слепое доверие

Я стою пред тобой, Я вся во власти твоей. Я нагая душой, Но телом голей. Я развернулась спиной, И глаза я закрыла. Я получила покой, Когда страх я забыла. Но в твоих руках был пистолет, А палец тихо взвел курок. Тебе я верю. Веришь? Нет? Не веришь? Ты далек! Стрельба открыта точно в спину. Боль не выносима, кровь аж стынет. Капли крови, словно краски, Пляшут танец, срывая маски. Я не сдвинулась с места, не шелохнулась И тем более не открыла глаза. То, что сделать пыталась, у меня получилось, Доказала я веру, не зря. Теперь ты поверишь, поверишь в слова, Что были сказаны мною тогда? Руку опустишь? Слова заберешь? Прощенья попросишь? Ко мне подойдешь? Но ты стоишь и ждешь чего-то, А время всё идет. И рана зажила немного, И боль вот-вот пройдет. И снова выстрел, снова боль. Так неожиданно, но всё же, И это я стерплю, как соль На израненной на коже. Выстрел за выстрелом, пуля за пулей. Не успевают раны зажить. Будь милосердней, ведь правее ты судей, А то следующей ночи мне не пережить. Но если не можешь... Я понимаю. Ведь я тебе верить всегда продолжаю. Ты делаешь это не просто ведь так? А значит, так нужно, иначе никак. И звуки этих выстрелов, Словно печальные хлопки, Хлопки одного зрителя В большом зале пустоты. Ты стреляешь мне в спину, Я же не усомнилась в тебе. Открыл огонь беспрерывный, Всё вера крепчает во мне. Из года в год и день за днем, В спине толчки не прекращались, Но вскоре я привыкла к ним, Они уже не замечались. Но всё имеет свой конец, И ты не исключенье. Говорят, что есть венец За боли каждое мгновенье. В тот день, в тот судьбоносный день, Когда всё прекратилось. На мою судьбу, наверно, легла тень, Беда пришла, что божья милость. Спустя года, а может быть, столетья Не считала я, но все же: Три миллиона семьсот пятьдесят шесть я Минут стояла пред тобой, о боже. И вот настал тот злополучный миг, Когда оружие в твоей руке Дрогнуло, а снаряд достиг Цели по твоей вине. Пуля свой очертила путь, Который в моей памяти теперь на век. Вдох-выдох, опустилась грудь. Пуля в моей голове. Она не промазала, Но она не попала и в цель. Мысли мои она смазала, Оставив для них лишь щель. Алая кровь красной лентой По моему бежала лицу. Багровый на фоне кожи светлой, А дыра зияла во лбу. Глаза мои распахнулись Впервые с тех пор, как я их закрыла. Тело мое содрогнулось, И слезы рванули, я гордость забыла. Почему сегодня? Почему сейчас? Надоело мучить, заставлять страдать? Почему сегодня в этот скорбный час Дрогнула твоя рука, позволь узнать? Думал, мало боли мне ты приносил? Думал, я смеюсь? Глупая я, думал? Знаешь, сколько я потратила-то сил? Ведь мое сердечко в крови уж утонуло. Но ответов на эти вопросы Узнать мне не суждено. И даже теперь мои слезы Выглядят совсем смешно. А кровь всё льется, И остановит ее нельзя. А сердце почти не бьется, Море крови впитывает земля. И кровь эта не горяча, И теплой её не назовешь. Бессмысленно уже звать врача, Коснись ее и сразу поймешь. Холод, что исходит от неё и от плоти Покроет льдом кончики твоих пальцев. Он пронизывает не только кожу, но и кости, И будешь ты кричать от боли в безумном танце. Чем больше крови в моих ногах, Тем мертвее глаза в моих десницах, Тем белее губы на моих устах, Тем меньше дрожь в моих ресницах. И вот стою я, уже не человек, Но и смерть не торопится ко мне на встречу. Мы с ней друзья, но с ней вовек Не стала бы я дружбу заводить, замечу. А я молчу, не в силах посмотреть В твои глаза, ведь в них душа. А я стою, не в силах я спросить, Но почему же дрогнула твоя рука? А слезы высохли давно, Застыла тень улыбки, А я все так же, одному тебе... А я все так же, верю без остатка.