Мисс Популярность

Прошло около недели с того момента, как я узнала, что не я одна являюсь поклонницей Акунина. Тем временем оставалось несколько минут до звонка на урок. В кабинете русского парты стояли совсем иначе. Это были не парты вовсе – столы. Вокруг каждого круглого стола стояло по три стула, а в центре – маленькая свечка. Дело в том, что наша преподавательница Ангелина Владимировна, маленькая женщина милой наружности, считала, что лучший способ изучать литературу – это читать ее при свечах. Конечно, она заботилась о нашем зрении, и поэтому читала книги сама. Порой она приносила совсем не то, что мы должны были проходить по программе. Ангелина Владимировна доходила до середины и плакала. Она восклицала: «какой же этот Ромашов подлец!» и плакала. Сердечно выкрикивала: «милейшее создание, Николенька Иртемьев!» и плакала. Такая была Ангелина Степановна, учитель русского языка и литературы. Но сейчас у нас был именно русский, а значит, свечи не зажигались, а шторы так и оставались растворенными. Мы с Лизкой всегда сидели за дальним столиком у окна. Лизка, конечно, никогда бы не села так далеко, ну, а я не разместилась бы близко. Лиза отлично знала русский (собственно, как и любой другой предмет), а у меня, как говорила подруга, была «врожденная грамотность». Поэтому иногда мы просто сидели у окна и болтали о своем. Сейчас ситуация была та же. - Эй, Лизка! – к нашему столику подбежала (если на таких каблуках это вообще возможно) одна из цоколок. Так как по собственной воле она приблизилась бы к нам только в параллельной вселенной, то сейчас ее точно подослала Каролина. Наверняка, распускает слухи. Эти цоколки были у Каролины вроде послов. У нее, наверное, был свой «Табель о рангах» - младшая цоколка, цоколка-придворная, цоколка-гонец, цоколка-правая рука… - Чего тебе? – Лизка посмотрела на Натали (а это была именно она) весьма скептически. - А Макс только что пригласил Каролину на Весенний Бал! – на лице под слоем косметики читалось явное самодовольство. - О, неужели! – скучающе отозвалась Лиза. – Надеюсь, он успеет поцеловать ее до полуночи, пока она не превратилась обратно в жабу! Цоколка надула губки и, вскинув голову, ушла. Лизка фыркнула. - Глупости! На самом деле это Каролина пригласила Макса, а не он ее. - Думаешь? – рассеянно проговорила я. -Ну, конечно! – Лизка всегда говорила по делу, а значит, переспрашивать было бессмысленно. – Каролина специально распускает такие слухи, знает, что никто не посмеет переспросить. Да и я слышала, как цоколки говорили об этом. - Ммм… - пробормотала я. Мысли были где-то далеко. - А ты? – Лизка посмотрела на меня, застав врасплох. - А что я?.. - Идешь на бал? О бале нам объявили еще два дня назад, но я, признаться, совсем не думала об этом. - Наверное, нет… Лизка вздохнула. Ну, понятно. Сейчас она начнет меня уговаривать. Дело в том, что уже три года подряд я не ходила на этот Весенний бал. Почему? Сама не знаю. Я могла бы сказать, что мне там жутко скучно (по крайней мере, в шестом классе было именно так), но истинной причиной, вероятно, было то, что идти мне туда было совсем не с кем. - Ты должна пойти! – как предсказуемо… - Ну, а ты с кем идешь? – меняю тему… и снова предсказуемо. Лиза улыбнулась и сделала вид, что ей безумно интересны бантики на ее балетках. Что ж, понятно. Лизку, как и каждый год, пригласил Костя Шабашкин. Везет ей! После неудачной Костиной попытки завоевать холодное сердце Каролины, он нашел настоящее, теплое и любящее сердечко. Я была рада за Лизку, что уж тут говорить. - И все-таки ты пойдешь! - Говорю же, нет! - Это не вопрос! Ну, а тут прозвенел звонок. Он всегда звенит в самое неподходящее время. Теперь весь урок придется слушать уговоры и просьбы… Хотя, кажется, на этот раз Лизка настроена гораздо решительнее!