Доверие

      ДЕВЯТЬ ЛЕТ НАЗАД. Стайли Стилински обожала утро, особенно, в День Рождения. Каждый год мама готовила какой-нибудь необычный завтрак. В том году была яичница в виде волка, в позапрошлом году-вафельки, похожие на бегемотиков. В этот раз Стайли всю ночь гадала, что же будет изображено на еде. Быстро умывшись, девочка вприпрыжку отправилась на кухню, где вовсю кипела работа. Мама Стайли-Клаудия, подпевая песне из радио, стояла возле плиты и готовила кофе, которое так любила вся семья Стилински. Девочка, пробежав взглядом по помещению, от удивления открыла ротик, когда увидела на столе еще дымящийся завтрак. Она восхищено присвистнула, удивляясь маминым ловким рукам. На столе стоял Железный Человек, сделанный из вафель. - Ох, мамочка, спасибоспасибоспасибо! Это так круто! – Стайли лепетала без умолки, обнимая Клаудию. - С Днем Рождения, милая! Садись за стол, - женщина вновь повернулась к плите, а девочка, послушав мать, ловко запрыгнула на стул и стала размышлять, что же съесть первое: руки или голову. - Стайли, ты помнишь какой сегодня день? – Клаудия, наконец, села напротив дочери и начала разговор. - Мой день Рождение? Кстати, а где тетя Талия и дядя Питер? Сегодня отменяется экзекуция над моим маленьким прекрасным тельцем? Круто! А можно я к дяде пойду? Он обещал меня сводить в парк, представляешь? Сказал, будем кормить уточек, круто, правда? Я… - женщина прервала предложения, что вылетали из девочки, как из пулемета, просто закрыв ее маленький ротик. - Нет, милая, я не про это. Какой сегодня день? - Суббота? – мило улыбаясь, пролепетала девочка. - Это да, а что еще? - 15 октября? – наивно хлопая ресницами, предложила вариант Стайли. - Ну, и это правда. Но что еще? - Мам, ну, что ты хочешь услышать?! Я помню о полнолунии. Мне опять придется просидеть одной в подвале, да? Это несправедливо. Питер рассказывал, что стая Талии в полнолунии никогда не остается одна, но почему меня держат отдельно? Я же тоже член стаи? Питер говорил, что так и есть. Я не хочу сегодня быть под цепями. Я могу контролировать себя, мам, понимаешь, могу! Почему этого никто не понимает? – девочка скорчила такую грустную мордочку, что Клаудия не могла не обнять ее. Она хотела забрать всю боль и обиду. - Талия попросила передать, что сегодня ты будешь вместе со стаей. Пришло время тебя со всеми познакомить. – Проговорила женщина, нежно поглаживая спину дочери. - Правда? Но почему нельзя было сделать это раньше? - Милая, понимаешь, хоть ты и твой волчонок еще мал, но вы оба слишком сильны. Ты-особенная, не такая, как все. Ты - настоящий, истинный оборотень, а мы-другие. Мы не можем, как ты, превращаться в волка. Талия может, но она этому училась долгие годы, а ты можешь с рождения. Поэтому, стаю нужно было подготовить к твоему приходу. - Я поняла. - Ну, тогда доедай своего героя, а после, отвезу тебя в школу. - Нуу, ма-а-ам, ты же обещала, что в дни Рождения я не учусь! А обещание надо выполнять, так тетя Талия говорит! - Раз тетя так говорит, то все равно доедай и поедем уже к Хейлам. - Ура! Спасибо, мамуль! – Стайли стала быстро орудовать вилкой, при этом подкармливая маму. Через час они подъехали к дому стаи, где вовсю кипела работа. Женщины готовили еду на следующее утро, так как после полнолуния все настолько голодные, что готовы съесть слона. Мужчины тренировались, чтобы хоть как-то вымотать себя для крепкого сна в эту ночь. В тот момент, когда Клаудия и Стайли вышли из машины, все присутствующие с удивлением воззрились на прибывших оборотней, а точнее, все смотрели на маленькую девочку. Она, не прячась за мамиными ногами, как делают почти все волчата этого возраста, внимательно рассматривала всех членов стаи, гордо подняв голову. - Здравствуй, Стайли! Я рада тебя видеть, – вмиг и все расслабились, так как альфа стаи рада принять новенького волчонка. - Доброе утро, тетя Талия, а где дядя Питер? – Талия быстро приближалась к гостье. А когда остановилась на расстоянии вытянутой руки, она быстро наклонилась и поцеловала девочку в лоб. - Он приедет ближе к вечеру. А теперь пошли, я представлю тебя стае. С этого дня ты, Стайли, становишь полноценным членом стаи. – Женщина, улыбнувшись Клаудии, взяла за маленькую ручку волчонка и повела знакомить со стаей. Девочку приняли все радушно. Стая была рада новому члену стаи, а особенно такому, который успевал всем помогать. Стайли нарезала овощи вместе с женщинами, тренировалась вместе с мужчинами. Мужская часть стаи сразу поняла, что перед ними-сильный волчонок. Девочка была ловкой, быстрой и сообразительной. Она выматывала оборотней за пару минут, тогда как сама не получала даже отдышку. Стайли все воспринимала, как игру. Ей так было легче. Ее так научил Питер, когда она приходила к нему зализывать свои раны от тренировки с Талией. Дядя в такие моменты ее крепко-крепко обнимал и говорил, что это игра, в которой никогда не будет победителей, но надо быть сильной, чтобы дойти до финала. Вечер настал незаметно. Казалось, прошло каких-то минут с завтрака. Стая начала собираться в подвале, где каждый помогал друг другу приковать себя цепями к стене. Талия и Клаудия подбадривали маленьких детишек в их полнолуние, которое было для них болезным испытанием. Стайли сновала от одной кучи людей к другим, успевая одновременно, как и помогать, так и мешать. - Стайли, детка, позвони Питеру и передай ему, чтобы не забыл забрать с тренировки Лору и Дерека. – Талия нежно погладила по спине девочку, подталкивая ее к выходу. - Хорошо. – Стайли быстро выбежала из дома. - Привет, красавица! Как ты? – ответил хриплый мужской голос на другом конце трубки, когда Стайли вышла на улицу и позвонила. - Дядя Питер, вас все ждут, и еще тетя Талия сказала передать вам, чтобы вы забрали Дерека и Лору. - Золотко мое, я скоро буду. Лучше скажи тебя все поздравили? Сколько тебе исполнилось, волчонок? - Дядя Питер, сколько раз вам говорить, не называть меня "Золотком"? И вы не лучше меня знаете, сколько мне теперь лет и…. – Последнюю фразу было так и не суждено сказать вслух, так как Стайли уловила посторонние звуки на территории. Девочка только повернулась к дому, и уже хотела сделать шаг, как увидела как из леса прямо в окно подвала, где сейчас находится вся стая, как люди, так и оборотни, летят две подожженные бутыли с какой-то жидкостью. За минуту до того, как бутыли разобьются об пол в подвале, девочка уже знала, что будет. Сердце начинает стучать, будто собралось пробить ребра, а в голове появилась пустота и все тело будто занемело. Она смотрела и видела все, как в замедленном действии. Стайли видела, как одна бутыль пробивает окно, как стекла летят в разные стороны. В момент, когда первый коктейль Молотова приземляется на пол, девочка бросает на землю телефон, в котором звучит взволнованный голос Питера. Стайли с воем полного отчаяния вбегает в дом. Все в дыму, но она не собирается останавливаться. Девочка вбегает в подвал, где огонь начал свою игру. Несколько женщин и мужчин были полностью в огне. Они кричали так громко, что, казалось, у всей стаи лопнут барабанные перепонки. Стайли видела, как стая в панике пытается тушить огонь, но наоборот его только больше распространяют по всему помещению. Она кричит им, чтобы они уходили, но те не слышат ее вопля. Девочка переводит взгляд с одного члена стаи на другого, пытаясь увидить в этом ужасе двух женщин. Стайли не замечает, как огонь добрался до ее ног. У нее одна задача: спасти вожака стаи и свою мать. В какой-то момент она замечает до боли знакомые волосы и бежит в эпицентр пламени. Она находит мать, которая пытается потушить огонь с одного из мужчин стаи. Талия стоит рядом и также помогает его тушить. Ничего не выходит, а пламя уже вовсю орудует прямо на их руках, быстро перебираясь к спине. Клаудия первая замечает девочку. - Стайли, беги отсюда, быстро! – кричит она. - Нет, мамочка! Я останусь с тобой! Здесь. Вместе со всеми, – девочка уже не замечает ничего. Она видит только добрые глаза матери, полные слез. - Стайли, беги! – это уже кричит Талия, альфа стаи. Она не хочет видеть, как сгорает еще один член стаи, не хочет, чтобы Стайли умерла в этом пожаре. - Пошлите со мной! – Стайли умоляюще скулит. Она не хочет бросать дорогих людей, не хочет терять. - Стайли, я – альфа. Я должна быть рядом со стаей всегда! – Талия выпрямляет спину и отводит плечи назад, всем видом показывая, что это ее последнее решение. - Мам, а ты? Пожалуйста… - Нет, Стайли, мое место возле альфы! А ты беги отсюда и знай, мы всегда будем рядом! – не дает договорить дочери Клаудия, при этом следуя примеру рядом стоящей женщины, выпрямляется, несмотря на боль и отчаяние. Огонь уже на всей одежде женщин, но они стоят, гордо подняв головы. Они не уйдут, останутся до конца, рядом со стаей, как и положено. - СТАЙЛИ! КЛАУДИЯ! ТАЛИЯ! – кричит знакомый голос Питера. Его лицо выражает ужас, а глаза лихорадочно ищут тех, кто ему дорог больше своей жизни. Когда он видит их, то на его лице появляется три выражения, и это отчаяние, боль и понимание. Мужчина уже знает, что если и спасет кого-то, то только Стайли. Питер видит решимость в глазах Клаудии и Талии. Видит и понимает. Он бежит к ним, не замечая, что огонь добирается уже и до него. - Питер, бери Стайли и бегите отсюда. ЖИВО!!! – вопит Клаудия. И Питер, кивая женщинам, хватает девочку, у которой огонь дошел уже до живота. Сам мужчина бежит, чуть ли не босиком. Он почти добирается до выхода из подвала, когда кусок потолка падает прямо на него. Мужчина успевает только откинуть девочку прямо на выход. Кусок придавил ему ноги, и он не может даже пошевелить ими. Питер пытается руками откинуть хотя бы часть куска, но все бесполезно. Он слышит вой Стайли, полный ярости и боли. Огонь уже пробрался к нему на руки и тело. Питер чувствует, как начинает сгорать заживо. Он думает, что все, конец, но тут кусок потолка кто-то ломает пополам и у него появляется шанс. Питер смотрит, кто ему помог и видит Стайли. Он быстро ее хватает и вылетает из дома, наконец, полностью ощущая всю боль от огня, который тушат на нем пожарные, только что приехавшие, не успевшие никого спасти. Питер не может пошевелиться. Все тело как будто парализовало, но он видит и слышит, как Стайли, маленькая бедная девочка, стоит возле него на коленях и гладит его по волосам, напевая колыбельную, которую он ей пел когда-то. Он отключается с мыслью, что Стайли, Дерек и Лора живые, и это единственное, что заставляет его бороться за жизнь. Через несколько дней состоялись похороны пятнадцати людей, среди которых были Клаудия и Талия. Весь город пришел, проводить этих людей и нелюдей в последний путь. Стайли и Питер не смогли придти. Девочка залечивала раны больше месяца, при этом не могла передвигаться, а Питер очнулся только спустя полгода. Дерека и Лору после пожара никто не видел.       СЕЙЧАС. Дерек внимательно слушал рассказ, понимая, что девушка перед ним смягчает краски, но ему и так это не нужно. Он знает, каково это потерять почти всех близких. Парень смотрит на Стайли и не знает, что ему сделать, чтобы убрать эти печальные лучики из ее глаз. Он встает с земли, где сидел с начала рассказа, и просто притягивает девушку к себе, пытаясь забрать хотя бы часть ее боли. А Стайли пытается вырваться. Она не хочет жалости. - Это не жалость, Стайли! – как будто читая мысли девушки, тихо говорит Дерек ей на ушко, обдавая ее шею своим дыханием, что вызывает толпу мурашек по телу. Стайли перестает вырываться. Когда слышит слова парня, она, наконец, дает себе расслабиться в крепких, но нежных объятиях Дерека. Раздался громкий вой двух волчат в подвале: - Мы совсем про них забыли!