Исчезни

— Ты? – на лице Алисы было написано неподдельное изумление. Девушка из ее мыслей вдруг стала реальной, вот она, стоит на пороге, сцепив руки в замок, и смотрит на нее. — Я, — Элен улыбнулась. – Мы вчера так внезапно оборвали нашу прогулку… — А… Прости, это я виновата, убежала после… — Художница смущено опустила глаза. Она была почти уверена, что все, что происходит – сон, а во сне говорить можно все, нужно только вовремя успеть проснуться… — После поцелуя? – Вампирша подошла ближе, непозволительно близко, и взяла Алису за подбородок, заставив ее посмотреть на себя. Художница взглянула в ярко-голубые глаза цвета весеннего неба и еще больше уверилась, что ей это всё может только сниться. — Да… — Алиса сжала руками подоконник. Еще совсем немного, и она сорвется. А Элен мило улыбалась: — А мне понравилось. Зачем было убегать? – Она наконец отпустила Алису, немного отошла и огляделась. – Ты здесь живешь? — Да, — выдохнула художница. Сколько она ни вонзала ногти в ладонь, проснуться не удавалось, и девушке пришлось признать, что то, что творится вокруг, вовсе не сон. Элен действительно сейчас находилась рядом с ней, рассматривала небольшие картинки, развешанные по стенам… — Это всё ты нарисовала? – восхищенный вздох вампирши оторвал ее от мыслей. Девушка стояла возле любимой картинки Алисы – темно-алой розы с порезанными лепестками. Художница нарисовала ее два года назад и очень гордилась такой работой. — Я. Эта картинка – моя любимая, — девушка показала глазами на розу. — Мне она больше всех понравилась… — Элен окинула кухоньку сияющим взглядом, сделала шаг к окну и услышала под ногами хруст осколков разбитой чашки. — Ой, это надо убрать… Осторожно, не ходи там, вдруг порежешься, — Алиса присела возле осколков и стала их собирать. Через несколько секунд отвернувшаяся Элен услышала тихое шипение и взглянула на девушку. Та слизывала с порезанного пальца кровь. — Да тебе самой надо быть осторожней! Так сильно порезалась… Осколки же не руками собирают… — Элен, ни о чем не задумываясь, подняла девушку с пола и взяла ее за запястье, когда ее вампирская сущность учуяла запах крови и тут же напомнила о себе: зрачки стали сужаться в щелочки, кожа бледнеть, все чувства обострились. Элен выпустила руку Алисы и отшатнулась к стене. — Я… Мне уже пора идти, — вампирша заставила себя вспомнить, как поступают в таких ситуациях люди, и поглядела на настенные часы, а потом в зеленые глаза Алисы. – Пора. Я к тебе приду. Потом. Хорошо? Алиса, удивленная таким резким перепадом настроения, только лишь кивнула, и Элен быстро и, казалось, с облегчением, выскочила в коридор. Девушка подумала немного и кинулась за ней. — Слушай… — слова художницы поймали вампиршу за открыванием входной двери. – У тебя есть мобильный? Элен странно взглянула на девушку. В сумраке прихожей ее лицо показалось совершенно белым. — Нету, к сожалению, — ее слова прозвучали уже из-за двери. Алиса осталась стоять в темноте, прислонившись к стене и задумчиво покусывая порезанный палец. Сердце билось где-то в горле, руки чуть-чуть подрагивали, глаза не находили, на чем им остановиться… Ей показалось, или у Элен только что сверкнула на нее вертикальными кошачьими зрачками? И этот ее непредвиденный уход. Да и появление… В голове художницы теснились вопросы. Таинственная девушка обещала прийти еще, и Алисе не оставалось ничего, кроме как ждать и надеяться. Девушка со злостью помотала головой. Зачем ждать? Зачем надеяться? Откуда это всё, влечение, поцелуй, непривычно близкое расстояние между ними? Да и кто эта Элен? Алиса всерьез задумалась, не стала ли она от долгого одиночества съезжать с катушек до такой степени, что ей являются личные призраки. Но вспомнив запах черных волос девушки, теплоту ее губ, художница забыла о своих размышлениях и нервно зашагала по квартире. Пару раз не вписавшись в проем двери и ушибив ногу о стул, девушка наконец поняла, что медленным битьем себя о разные предметы она ничего не добьется, и в задумчивости обвела глазами комнату. Взгляд остановился на стареньком ноутбуке, которым она почти не пользовалась за ненадобностью. Решив, что лучшим решением сейчас будет решение отвлечься, Алиса включила недовольно зажужжавший компьютер и запустила страничку своего интернет-дневника. Последняя запись была сделана два месяца назад, в тот день, когда она приехала в Санкт-Петербург, в квартирку, которую она сняла, подружившись с хозяйкой по интернету. Хозяйка, молодая женщина, разъезжала по курортам, зная, что ответственную художницу можно оставить без присмотра на долгое время. В длинной записи из дневника были все переживания Алисы на тот момент. Девушка зачиталась своими же словами, воскрешая в голове воспоминания. Как сожалела она о том, что бросила ВУЗ в своем родном городе, и одновременно радовалась, что теперь она сможет следовать своим желаниям, а не мечте родителей сделать из нее турагента. Как сомневалась в том, сможет ли найти работу и прокормить себя. Как скучала по друзьям, оставшимся за много десятков километров от нее. С тех пор прошло два месяца, и она даже перестала вспоминать о друзьях каждый день. Она не нуждалась в них, она наслаждалась одиночеством и была погружена в свое творчество. Иногда звонил телефон, и после этого полузабытые голоса друзей еще долго наполняли голову Алисы, — но к утру от них не оставалось ничего. Лишь легкая ностальгия по прошедшим временам несколько дней светилась в глазах художницы, но и та в конце концов исчезала. Девушка заглянула в статистику посещений дневника и с неким удивлением обнаружила, что ее записи регулярно читает Некто – именно так отображался его скрытый ник. Пожав плечами, Алиса вернулась к просматриванию еще более давних записей. Ее дневник был открыт для всех, каждый, зная адрес, мог прочитать перешедшие в слова мысли художницы. Ей не от кого было что-то скрывать: всё, что когда-то ее волновало, давно прошло. Уехав в другой город, Алиса словно перевернула страницу, начав жизнь с чистого листа. Девушка пролистала виртуальные страницы дневника до конца и улыбнулась: запись, сделанная три года назад, была такой наивной. В голове художницы зароились давно забытые образы, мысли стали выстраиваться в порядок, готовые перенестись в дневник, и Алиса застучала по клавишам…